В 2016-18 годах Крестные ходы Украинской православной церкви (УПЦ) проводились в атмосфере идеологической истерии. СМИ постоянно нагнетали страсти, «порохоботы» обвиняли церковь в осуществлении «гибридной агрессии» и призывали к репрессиям. В этих условиях само участие в Крестном ходу было актом гражданского мужества. Сейчас же главной особенностью праздничного мероприятия была его будничность.

Победа над Порошенко

Ни для кого не секрет, что религиозное противостояние на Украине постоянно провоцировали политики. Даже в начале 90-х процесс возвращения приходов УГКЦ мог бы проходить намного более мирно, если бы не «помощь» националистов и нагнетание ситуации в СМИ.

Расколы в православии также во многом были следствием проведения определённой политической линии. Тот же Филарет не смог бы получить такого влияния, если бы не поддержка (достаточно явная) со стороны Леонида Кравчука. Позже Ющенко сделал попытку «переключить» украинское православие на Константинопольский патриархат, но она была сорвана желанием Филарета непременно остаться «патриархом». Когда-нибудь мы узнаем, как именно Порошенко удалось убедить Филарета остаться только «почётным патриархом» и уступить место более молодому руководителю. Впрочем, интерес тут будет чисто исторический. Чем дело кончилось, мы и так знаем.

Нельзя сказать, что именно УПЦ и православные сыграли решающую роль в конечном политическом поражении Порошенко, но очевидно, что массовые акции УПЦ (в первую очередь грандиозный всеукраинский Крестный ход 2016 года) поставили под вопрос прочность его власти. А неудача при создании ПЦУ, в которую перешло всего несколько православных иерархов, была сильнейшим политическим поражением Порошенко. Очень характерно, что сразу после получения томоса президент от церковной тематики отошёл — её провальность была уже очевидна.

Крестный ход в Киеве: Слава богу, нас не стало меньше
Крестный ход в Киеве: Слава богу, нас не стало меньше
  

Победа над расколом

От православных требовалось только проявить стойкость. Они её проявили. Всё остальное раскольники сделали сами.

Филарет расколол и ПЦУ, а заодно её делигитимизировал. Впрочем, откровения Филарета о том, что он является расстригой и анафемой, а потому рукоположение им того же Епифанию нелегитимно, вряд ли на кого-то произвели впечатление. Всё же ПЦУ, равно как и УПЦ КП, в первую очередь политическая организация. Не удивительно, что за её создание (так же, как раньше за УПЦ КП) агитировали сектанты, греко-католики и прочие «атеисты Киевского патриархата» (чеканная формула, говорящая об этой организации буквально всё).

Соотношение сил легко оценивается по событиям 27-28 июля: шествие УПЦ поддержали 300 тыс., ПЦУ — около 15 тыс., УПЦ КП — 300-400 человек.

Надо, впрочем, понимать, что, с точки зрения человека верующего, ни о какой «победе» в данном контексте говорить не стоит. Происходит то, что должно происходить. А главное — это уврачевание раскола, которое видится не победой и преодолением, а внутренним перерождением людей, возвращением их к Богу и в Церковь. До этого, как вы понимаете, ещё далеко.

Томос оказался термосом: Филарет разоблачил Порошенко
Томос оказался термосом: Филарет разоблачил Порошенко
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк
  

Политическая составляющая

Именно благодаря сопротивлению плану Порошенко по ликвидации УПЦ, связанному с именем митрополита Онуфрия, церковь стала реальной политической силой в стране.

Разумеется, церковь (если она именно церковь, а не УПЦ КП) не является политической организацией. Однако определённые политические цели она всё же имеет. Церковь как минимум заинтересована в невмешательстве государства в её внутренние дела и нормальном диалоге с властью относительно интересующих её вопросов. Например, понятно, что проведение многосоттысячного Крестного хода — это вопрос не только церковной организации, но и власти, которая должна обеспечить безопасность этого мероприятия.

Это не говоря уже о самой философии УПЦ, которая призывает к гражданскому и международному примирению и прекращению войны. Опять же надо помнить, что УПЦ, будучи совершенно самостоятельной, всё же находится в единстве с РПЦ и поминает на службах патриарха Московского. Для современной Украины это тоже политическая программа.

А тут ещё решением Синода УПЦ создана группа, которая будет заниматься обменом пленными (кстати, УПЦ и РПЦ и ранее принимали участие в гуманитарной деятельности такого типа).

Вадим Новинский: При Зеленском для УПЦ настало время передышки
Вадим Новинский: При Зеленском для УПЦ настало время передышки
© Вадим Новинский

Проблема представительства

В этом отношении очень важным является политическое представительство интересов церкви. Сейчас прямое представительство через депутатов-священников не принято. Последний раз они избирались в 1990 году (тогда, например, депутатом стал митрополит Винницкий Брацлавский Агафангел), после чего УПЦ не благословляла участие священников в выборах в качестве кандидатов.

Потому представительство интересов церкви осуществляется через верующих, и тут трудно обойти фигуру Вадима Новинского, который стал не только благотворителем, но и в значительной степени политическим представителем УПЦ.

Политический вес Новинского существенно вырос именно в связи с сопротивлением планам Порошенко по ликвидации УПЦ.

Думается, это обстоятельство сыграло важную роль в том, что именно Новинский занял место Юрия Бойко на посту главы фракции «Оппозиционного блока». Кстати, интересно, что на нынешний Крестный ход Новинский пришёл вместе с Бойко. Сигнал? Возможно…

Самому ОБ повышение авторитета Новинского никак не помогло ни на президентских, ни на парламентских выборах. Зато Новинский стал одним из шести депутатов-мажоритарщиков, переизбранных от ОБ в новый состав Рады. В 57-м избирательном округе в Мариуполе за него проголосовали 42,6% избирателей — не рекордный, но очень достойный результат.

Кстати говоря, в «Оппозиционном блоке» Новинский является чуть не единственной значимой персоной, с которой в России ведут диалог, даже несмотря на введённые ранее против него санкции.