17 сентября 1939 года Красная армия после фактического разгрома немцами поляков и бегства польского правительства в Румынию вошла на территорию Западной Белоруссии, заняв фактически без сопротивления Брест, Гродно и Белосток.

Это событие теперь считается Днем воссоединения западнобелорусских земель с остальной Белоруссией.

- Всеволод, Западная Украина до сих пор, несмотря на то, что уже 80 лет пребывает в составе Украины, очень сильно ментально, политически и идеологически отличается от Надднепрянской Украины. Есть даже такое понятие, как «Западная Украина» и «западный украинец» («западенец»).

А в Белоруссии есть понятие «Западная Белоруссия» и «западный белорус»? Есть ли ментальные различия между жителями Западной Белоруссии и Восточно-Центральной?

Политолог Озимко: Как Сталин не дал Хрущеву присоединить Брест к Украине и как говорит Полесье сегодня
Политолог Озимко: Как Сталин не дал Хрущеву присоединить Брест к Украине и как говорит Полесье сегодня
© politring.com

— Понятие "Западная Белоруссия", безусловно, есть. Есть и определенные стереотипные представления о якобы большей "европейскости" западных областей страны по сравнению с восточными. Но в целом эти различия не столь разительны, как на Украине.

Во-первых, нет языкового антагонизма — и на западе, и на востоке говорят по-русски или в крайнем случае на "трасянке" — белорусском аналоге украинского суржика.

Кроме того, в отличие от той же Галиции, которая никогда не входила в состав России и после разделов Речи Посполитой оказалась под властью Австрии, Западная Белоруссия, как и Восточная, была частью Российской империи. За двадцать лет под властью межвоенной Польши серьезные различия просто не успели возникнуть.

Что касается польского влияния, то оно более или менее заметно в Гродненщине и на западе Витебской области, где живет много католиков. Брестская область — преимущественно православный регион, и его отличия от восточной части страны минимальны. К слову, там заметно украинское этнографическое влияние, и в начале 90-х даже возник западнополесский сепаратизм. Но серьезного развития это движение не получило.

- Как западные белорусы в 1939 году восприняли приход Красной армии на их земли? Было ли сопротивление советской власти? Был ли среди белорусов свой аналог бандеровцев? Если не было, то почему?

— Население восприняло Красную Армию как освободителей. Интересно, что многие воспринимали это не как воссоединение Белоруссии, а как возвращение в Россию. Другой вопрос, что потом многих постигло разочарование, когда началась коллективизация, репрессии и депортации.

Но своего аналога бандеровщины в Белоруссии не было. Украинские формирования заходили на Полесье с Волыни. Действовало польское подполье, Армия Крайова, но собственно белорусское сопротивление было крайне слабым.

Бандеровщина — это во многом наследие австрийской национальной политики в Галиции, направленной на превращение жителей Галицкой Руси в "свидомых украинцев". Всевозможные военизированные и спортивные общества, ставшие основой для массового вооруженного украинского движения, возникли именно тогда, при Австрии.

Отсюда же и влияние идей немецких ультраправых на украинское движение. В Западной Белоруссии ничего такого не было. Не было сил, заинтересованных в создании здесь "белорусского Пьемонта". Поэтому и "белорусские бандеровцы" не появились.

Политолог Константинов: Белорусов 70 лет учили, что они не русские
Политолог Константинов: Белорусов 70 лет учили, что они не русские
© Facebook, Евгений Константинов

- В Галичине есть некоторая ностальгия по временам Австро-Венгрии. А есть ли нечто подобное в Западной Белоруссии по временам Второй Речи Посполитой?

— Ностальгию по Второй Речи Посполитой пытаются раскручивать белорусские СМИ прозападной и националистической направленности. Для них межвоенная Польша — это такой аналог "европейского выбора" по сравнению с "тоталитарным СССР".

Учитывая, что объединение Белоруссии фактически осуществила Москва, понятно, что у местных националистов это не может вызывать восторга. Тем более, в белорусском национализме силен миф о Речи Посполитой как о якобы равноправном союзе белорусов и поляков. Этот стереотип переносится и на межвоенную Польшу.

Но это настроения очень узкого, хотя и весьма крикливого круга. На уровне обыденного сознания никакой ностальгии по Польше не наблюдается.