https://ukraina.ru/20260722/kto-stanet-novym-peregovorschikom-s-rossiey-po-ukraine-fedor-lukyanov-o-roli-staroy-gvardii-germanii--1081749839.html
Кто станет новым переговорщиком с Россией по Украине. Федор Лукьянов о роли "старой гвардии" Германии
Кто станет новым переговорщиком с Россией по Украине. Федор Лукьянов о роли "старой гвардии" Германии - 22.07.2026 Украина.ру
Кто станет новым переговорщиком с Россией по Украине. Федор Лукьянов о роли "старой гвардии" Германии
Германия вынуждена искать контакты с Россией, несмотря на поддержку Украины и протесты в Евросоюзе. Но не стоит рассчитывать на кардинальные изменения в отношениях Берлина и Москвы. А вот табу на ядерное оружие все чаще подвергается сомнению. И не только в Европе.
2026-07-22T21:18
2026-07-22T21:18
2026-07-22T21:19
федор лукьянов
германия
россия
фридрих мерц
марин ле пен
европа
эммануэль макрон
ес
еврокомиссия
война
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e7/02/03/1043226372_77:5:864:448_1920x0_80_0_0_440ff05c869db5694f27985b0b064fd1.jpg
В Евросоюзе обсуждается 21-й пакет санкций против РФ. Греция заявила, что запрет на транспортировку российского СПГ будет иметь катастрофические последствия для её судоходной отрасли.— Федор Александрович, если сейчас Еврокомиссия пойдет на частную сделку с Грецией (как с Австрией), не будет ли это прецедентом и не приведет ли это к развалу системы санкций Европы?— Прецеденты уже были, пакетов санкционных много. В самом начале СВО был мощный удар по нам, чтобы нокаутирующим образом Россию повалить навзничь. Не получилось. После этого пошла бесконечная "удавка": шаг за шагом вводить меры, ограничивающие возможности российской экономики.Довольно скоро стало понятно, что простые и символические меры — вроде расширения списков до всех граждан России или движения ценового потолка на нефть — кардинально ничего не меняют. Нефтяной рынок живет по-своему, и никто не будет соблюдать ограничения в ущерб себе.Дальше все шаги так или иначе ударяют по интересам либо Европы в целом, либо конкретных стран. И началась внутренняя смута. Одно дело — проявить солидарность с Украиной и заклеймить "русского агрессора" (в их понимании), а другое — заплатить за это упадком собственной отрасли.Но нужно понимать особенность ЕС. Европейская интеграция с 50-х годов построена на бесконечных внутренних согласованиях и торге: кто что себе выгрызет. Есть общая линия, которая менялась на протяжении десятилетий в зависимости от обстоятельств, но она всегда идет в интенсивном бодании со странами-членами. Им за уступки давали что-то взамен — например, через систему трансфертов. Та же Польша фантастически выиграла от членства в ЕС, потому что разумно распорядилась деньгами.Проблема сейчас для евромеханизма в том, что они продавливают эти меры через Австрию, Грецию, Италию, но взамен дать нечего — кроме лозунгов о защите демократии и безопасности. А это не особо работает со странами, которые не ощущают угрозы от России. Греция ведет себя, мягко говоря, не очень в отношении нас, но они не видят угрозы и, полагаю, так будет и дальше. То же касается Португалии, Испании или Италии.— Значит ли это, что у Евросоюза ничего не выйдет с санкциями?— Думаю, не значит. Примут пакет, может быть, с задержкой; сделают исключения или отсрочки на 12–15 месяцев или выведут определенные компании. Для них антироссийский проукраинский курс — главный стержень, который держит ЕС. Его трансформация в нечто милитаризованное — поиск новых "скреп", потому что по-старому евросообщество уже не держится. Они не могут от этого отказаться, им нечем это заменить.Нынешний истеблишмент ЕС предпочитает вообще не думать в сторону разворота, потому что сразу на свет "выползает" много внутриевропейских проблем, не говоря о том, что индифферентное поведение США толкает их к перевооружению. А укрепить свою безопасность можно только против кого-то — и этим кем-то назначена Россия.— Может ли экономический эгоизм отдельных стран ЕС стать рычагом, который вернет отношения России и Европы в русло Realpolitik?— Зависит от стран. Экономический эгоизм Греции или Австрии — нет, не может. Всё решают крупные игроки: Германия, Франция и, возможно, Италия (но уже меньше). Пока там не изменится настрой в отношении России, ничего не сдвинется. В Германии инерционность мышления традиционно высока. Должно произойти что-то серьезное, например, торжество демократии.Я не иронизирую сейчас. Меняются общественные настроения: например, "Альтернатива для Германии" (АдГ) стабильно удерживает первое место в рейтингах с отрывом от ХДС. Во Франции Марин Ле Пен на первом месте. В Великобритании новое правительство — очередная "времянка", но, возможно и такое, что в будущем Найджел Фарадж окажется премьер-министром. Если такие изменения произойдут, тогда экономический эгоизм может сыграть.Германия здесь ключевая — ей этот эгоизм нужнее всего из-за деиндустриализации, которая нанесла мощный удар по идентичности немцев, привыкших быть лучшими в машиностроении, производстве промтоваров, и так далее. Так вот, у АдГ есть четкая установка в этом плане. (И они не то чтобы пророссийская партия, им мы, по большому счету, безразличны.) Они говорят: "Что вы творите?! Нам нужен дешевый российский газ".Поэтому, если произойдет серьёзная смена властной парадигмы, возможно, в ЕС начнутся сдвиги. Сейчас идет волна панических комментариев в европейской прессе, связанная с тем, что Марин Ле Пен разрешили участвовать в выборах. Потому что непонятно, например, как будут складываться отношения Парижа и Брюсселя, если она придёт к власти. Тоже не нужно обольщаться: революционных изменений не будет, кто бы не пришел к власти в той или иной стране ЕС, всё слишком связано внутри Европы. Британия порвала эти связи и до сих пор "чихает" от Брекзита.— Появилась информация, что переговорщиком с Россией может выступить (или даже уже выступил) немец Рональд Пофалла (экс-сопредседатель "Петербургского диалога"). В Германии обсуждают восстановление связей с Кремлем, хотя Макрон и Мерц критикуют такие шаги. Сколько тут личных амбиций Германии и общеевропейского контекста?— Критика со стороны Макрона и Мерца в адрес Антониу Кошты (нового главы Евросовета) была связана скорее с тем, что суверенные государства болезненно воспринимают, когда назначенные чиновники лезут в большую политику без мандата. "Ты кто такой? Ты куда полез?".Что касается Пофаллы, в его бытность сопредседателя "Петербургского диалога", я бывал на этих мероприятиях. И могу сказать, что это стандартный немецкий политик — меркелевской школы. То есть умеренный, но абсолютно в рамках мейнстрима.У него большой опыт, но сложно сказать, является ли он позитивным для нас сейчас. То, что было до 2022 года между Россией и Германией, уже неприменимо. При всех традициях и нашей памяти об уважаемых людях типа Вилли Бранта и Эгона Барра, которые заложили восточную политику, — то была совсем другая эпоха. Она не восстановима.Рональд Пофалла хорош тем, что не вызывает немедленной аллергии, в отличие от тех, кто призывает "расчленить Россию". Он в контактах с российскими представителями где-то на третьих площадках. Но у него узкое поле для маневра, поэтому кардинальных изменений не будет, но на эволюционные, безусловно, рассчитывать можно.Почему Германия? Потому что, да, Берлин рассчитывает на лидерскую роль в Европе. Чем хуже экономика, тем больше хочется политического превосходства. Мерц — самый непопулярный канцлер чуть ли не в истории Германии и не справляется с ворохом существующих проблем.Поэтому есть люди, в том числе и в ХДС, которые понимают, что необходимо иметь какие-то каналы связи с РФ. Но при нынешней конфигурации я не вижу перспектив. Шрёдер сейчас "непроходной" — его слишком сильно дискредитировали в Германии. Думаю, нужно подождать осени, выборов в восточных землях, где АдГ может победить. Немецкому истеблишменту предстоит выбор: допустить их к власти или пытаться запретить партию, что крайне опасно.— Если говорить об истории, Россия и германские государства веками сотрудничали, в том числе культурно, и династически. Этот фактор сегодня на что-то влияет?— Боюсь, что он мало на что влияет... Немцы после 1945 года были намеренно отсечены от своей истории. Им сказали: "Ваша история привела к Гитлеру, сидите тихо".Сейчас эта "насильственная прививка" уходит. В Германии идет внутренняя борьба: одни хотят возвращения к традиционному немецкому порядку и эффективности, другие (символом которых была Анналена Бербок) желают видеть Германию флагманом прогрессивной повестки — ЛГБТ*, "зеленой" энергетики и прочего (дескать, в этом наша исключительность). Об этом, кстати, в журнале "Россия в глобальной политике" недавно вышла статья.Так вот, борьба идёт и может принять острые формы. Эта поляризация напоминает мне Веймарскую республику, и её исход сильно может повлиять на весь Евросоюз.— Хотелось бы обсудить ядерные амбиции Европы. СВР заявляет, что эксперты НАТО допускают создание Германией ядерного устройства в течение года. Как разговоры о мире в ЕС уживаются с ядерной тематикой?— Уживаются легко. Ядерный статус — это ведь не про войну, а про сдерживание, способ её не допустить. Это политическое оружие "Судного дня". Я про то, что не стоит считать ядерные амбиции шагом к одноименной агрессии — все гораздо сложнее.Кстати, ведь и Япония начинает обсуждать снятие табу на ядерную тему, что с учётом региона, где она находится, и соседей вполне естественно.Что касается технической возможности — тут никаких сомнений: и Германия, и Япония — высокотехнологичные страны. Берлин вообще родина ядерных исследований, Гитлер просто не успел сделать бомбу. При наличии политического решения изготовление изделия в данных государствах — вопрос года или даже месяцев.Но готовы ли немцы принять такое решение? Считаю, пока нет. Это был бы тектонический сдвиг, который напугал бы всех европейцев. Хотя еще в 1990 году теоретик Джон Миршаймер предсказывал, что объединенная Германия неизбежно обретет ядерный статус. Долгое время казалось, что он ошибся, но, возможно, это не так.Но все-таки это не та ситуация, когда захотел и сделал — взять тот же Иран с его амбициями. Противодействие общественное достаточно сильное. Кроме того, есть страны, которые не могут создать ядерную бомбу с точки зрения технологий.С другой стороны, Саудовская Аравия подписала с США договор о ядерном сотрудничестве, про обогащение ураном. Это не означает, что Эр-Рияд что-то создаст или применит. Скорее я бы опасался их оборонного соглашения с Пакистаном, где подразумевается, что в случае чего пакистанский "ядерный зонтик" прикроет саудитов. Франция и Дания тоже выступают на эту тему. То есть в целом такие разговоры — опасная тенденция, она расшатывает фундамент нераспространения ядерного оружия.А пока что Европа избавляется от украинских беженцев, а на Украине очередные перестановки. Об этом в интервью Грег Вайнер: Отставка министра обороны Украины Федорова и митинги в его поддержку — как сказка о Золушке.*Движение ЛГБТ признано в России экстремистским и запрещено
https://ukraina.ru/20230707/1047882806.html
https://ukraina.ru/20260720/1081593931.html
https://ukraina.ru/20260722/v-germanii-razreshili-proizvodit-yadernoe-toplivo-po-tekhnologii-rosatoma-1081742214.html
германия
россия
европа
украина
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
федор лукьянов, германия, россия, фридрих мерц, марин ле пен, европа, эммануэль макрон, ес, еврокомиссия, война, ядерное оружие, сво, новости сво, новости сво россия, чем закончится война на украине, украина, санкции, переговоры, переговоры по украине 2026, энергетика, экономика, интервью
В Евросоюзе обсуждается 21-й пакет санкций против РФ. Греция заявила, что запрет на транспортировку российского СПГ будет иметь катастрофические последствия для её судоходной отрасли.
— Федор Александрович, если сейчас Еврокомиссия пойдет на частную сделку с Грецией (как с Австрией), не будет ли это прецедентом и не приведет ли это к развалу системы санкций Европы?
— Прецеденты уже были, пакетов санкционных много. В самом начале СВО был мощный удар по нам, чтобы нокаутирующим образом Россию повалить навзничь. Не получилось. После этого пошла бесконечная "удавка": шаг за шагом вводить меры, ограничивающие возможности российской экономики.
Довольно скоро стало понятно, что простые и символические меры — вроде расширения списков до всех граждан России или движения ценового потолка на нефть — кардинально ничего не меняют. Нефтяной рынок живет по-своему, и никто не будет соблюдать ограничения в ущерб себе.
Дальше все шаги так или иначе ударяют по интересам либо Европы в целом, либо конкретных стран. И началась внутренняя смута. Одно дело — проявить солидарность с Украиной и заклеймить "русского агрессора" (в их понимании), а другое — заплатить за это упадком собственной отрасли.
Но нужно понимать особенность ЕС. Европейская интеграция с 50-х годов построена на бесконечных внутренних согласованиях и торге: кто что себе выгрызет. Есть общая линия, которая менялась на протяжении десятилетий в зависимости от обстоятельств, но она всегда идет в интенсивном бодании со странами-членами. Им за уступки давали что-то взамен — например, через систему трансфертов. Та же Польша фантастически выиграла от членства в ЕС, потому что разумно распорядилась деньгами.
Проблема сейчас для евромеханизма в том, что они продавливают эти меры через Австрию, Грецию, Италию, но взамен дать нечего — кроме лозунгов о защите демократии и безопасности. А это не особо работает со странами, которые не ощущают угрозы от России. Греция ведет себя, мягко говоря, не очень в отношении нас, но они не видят угрозы и, полагаю, так будет и дальше. То же касается Португалии, Испании или Италии.
— Значит ли это, что у Евросоюза ничего не выйдет с санкциями?
— Думаю, не значит. Примут пакет, может быть, с задержкой; сделают исключения или отсрочки на 12–15 месяцев или выведут определенные компании. Для них антироссийский проукраинский курс — главный стержень, который держит ЕС. Его трансформация в нечто милитаризованное — поиск новых "скреп", потому что по-старому евросообщество уже не держится. Они не могут от этого отказаться, им нечем это заменить.
Нынешний истеблишмент ЕС предпочитает вообще не думать в сторону разворота, потому что сразу на свет "выползает" много внутриевропейских проблем, не говоря о том, что индифферентное поведение США толкает их к перевооружению. А укрепить свою безопасность можно только против кого-то — и этим кем-то назначена Россия.
— Может ли экономический эгоизм отдельных стран ЕС стать рычагом, который вернет отношения России и Европы в русло Realpolitik?
— Зависит от стран. Экономический эгоизм Греции или Австрии — нет, не может. Всё решают крупные игроки: Германия, Франция и, возможно, Италия (но уже меньше). Пока там не изменится настрой в отношении России, ничего не сдвинется. В Германии инерционность мышления традиционно высока. Должно произойти что-то серьезное, например, торжество демократии.
Я не иронизирую сейчас. Меняются общественные настроения: например, "Альтернатива для Германии" (АдГ) стабильно удерживает первое место в рейтингах с отрывом от ХДС. Во Франции Марин Ле Пен на первом месте. В Великобритании новое правительство — очередная "времянка", но, возможно и такое, что в будущем Найджел Фарадж окажется премьер-министром. Если такие изменения произойдут, тогда экономический эгоизм может сыграть.
Германия здесь ключевая — ей этот эгоизм нужнее всего из-за деиндустриализации, которая нанесла мощный удар по идентичности немцев, привыкших быть лучшими в машиностроении, производстве промтоваров, и так далее. Так вот, у АдГ есть четкая установка в этом плане. (И они не то чтобы пророссийская партия, им мы, по большому счету, безразличны.) Они говорят: "Что вы творите?! Нам нужен дешевый российский газ".
Поэтому, если произойдет серьёзная смена властной парадигмы, возможно, в ЕС начнутся сдвиги. Сейчас идет волна панических комментариев в европейской прессе, связанная с тем, что Марин Ле Пен разрешили участвовать в выборах. Потому что непонятно, например, как будут складываться отношения Парижа и Брюсселя, если она придёт к власти. Тоже не нужно обольщаться: революционных изменений не будет, кто бы не пришел к власти в той или иной стране ЕС, всё слишком связано внутри Европы. Британия порвала эти связи и до сих пор "чихает" от Брекзита.
— Появилась информация, что переговорщиком с Россией может выступить (или даже уже выступил) немец Рональд Пофалла (экс-сопредседатель "Петербургского диалога"). В Германии обсуждают восстановление связей с Кремлем, хотя Макрон и Мерц критикуют такие шаги. Сколько тут личных амбиций Германии и общеевропейского контекста?
— Критика со стороны Макрона и Мерца в адрес Антониу Кошты (нового главы Евросовета) была связана скорее с тем, что суверенные государства болезненно воспринимают, когда назначенные чиновники лезут в большую политику без мандата. "Ты кто такой? Ты куда полез?".
Что касается Пофаллы, в его бытность сопредседателя "Петербургского диалога", я бывал на этих мероприятиях. И могу сказать, что это стандартный немецкий политик — меркелевской школы. То есть умеренный, но абсолютно в рамках мейнстрима.
У него большой опыт, но сложно сказать, является ли он позитивным для нас сейчас. То, что было до 2022 года между Россией и Германией, уже неприменимо. При всех традициях и нашей памяти об уважаемых людях типа Вилли Бранта и Эгона Барра, которые заложили восточную политику, — то была совсем другая эпоха. Она не восстановима.
Рональд Пофалла хорош тем, что не вызывает немедленной аллергии, в отличие от тех, кто призывает "расчленить Россию". Он в контактах с российскими представителями где-то на третьих площадках. Но у него узкое поле для маневра, поэтому кардинальных изменений не будет, но на эволюционные, безусловно, рассчитывать можно.
Почему Германия? Потому что, да, Берлин рассчитывает на лидерскую роль в Европе. Чем хуже экономика, тем больше хочется политического превосходства. Мерц — самый непопулярный канцлер чуть ли не в истории Германии и не справляется с ворохом существующих проблем.
Поэтому есть люди, в том числе и в ХДС, которые понимают, что необходимо иметь какие-то каналы связи с РФ. Но при нынешней конфигурации я не вижу перспектив. Шрёдер сейчас "непроходной" — его слишком сильно дискредитировали в Германии. Думаю, нужно подождать осени, выборов в восточных землях, где АдГ может победить. Немецкому истеблишменту предстоит выбор: допустить их к власти или пытаться запретить партию, что крайне опасно.
— Если говорить об истории, Россия и германские государства веками сотрудничали, в том числе культурно, и династически. Этот фактор сегодня на что-то влияет?
— Боюсь, что он мало на что влияет... Немцы после 1945 года были намеренно отсечены от своей истории. Им сказали: "Ваша история привела к Гитлеру, сидите тихо".
Сейчас эта "насильственная прививка" уходит. В Германии идет внутренняя борьба: одни хотят возвращения к традиционному немецкому порядку и эффективности, другие (символом которых была Анналена Бербок) желают видеть Германию флагманом прогрессивной повестки — ЛГБТ*, "зеленой" энергетики и прочего (дескать, в этом наша исключительность). Об этом, кстати, в журнале "Россия в глобальной политике" недавно вышла статья.
Так вот, борьба идёт и может принять острые формы. Эта поляризация напоминает мне Веймарскую республику, и её исход сильно может повлиять на весь Евросоюз.
— Хотелось бы обсудить ядерные амбиции Европы. СВР заявляет, что эксперты НАТО допускают создание Германией ядерного устройства в течение года. Как разговоры о мире в ЕС уживаются с ядерной тематикой?
— Уживаются легко. Ядерный статус — это ведь не про войну, а про сдерживание, способ её не допустить. Это политическое оружие "Судного дня". Я про то, что не стоит считать ядерные амбиции шагом к одноименной агрессии — все гораздо сложнее.
Кстати, ведь и Япония начинает обсуждать снятие табу на ядерную тему, что с учётом региона, где она находится, и соседей вполне естественно.
Что касается технической возможности — тут никаких сомнений: и Германия, и Япония — высокотехнологичные страны. Берлин вообще родина ядерных исследований, Гитлер просто не успел сделать бомбу. При наличии политического решения изготовление изделия в данных государствах — вопрос года или даже месяцев.
Но готовы ли немцы принять такое решение? Считаю, пока нет. Это был бы тектонический сдвиг, который напугал бы всех европейцев. Хотя еще в 1990 году теоретик Джон Миршаймер предсказывал, что объединенная Германия неизбежно обретет ядерный статус. Долгое время казалось, что он ошибся, но, возможно, это не так.
Но все-таки это не та ситуация, когда захотел и сделал — взять тот же Иран с его амбициями. Противодействие общественное достаточно сильное. Кроме того, есть страны, которые не могут создать ядерную бомбу с точки зрения технологий.
С другой стороны, Саудовская Аравия подписала с США договор о ядерном сотрудничестве, про обогащение ураном. Это не означает, что Эр-Рияд что-то создаст или применит. Скорее я бы опасался их оборонного соглашения с Пакистаном, где подразумевается, что в случае чего пакистанский "ядерный зонтик" прикроет саудитов. Франция и Дания тоже выступают на эту тему. То есть в целом такие разговоры — опасная тенденция, она расшатывает фундамент нераспространения ядерного оружия.
А пока что Европа избавляется от украинских беженцев, а на Украине очередные перестановки. Об этом в интервью Грег Вайнер: Отставка министра обороны Украины Федорова и митинги в его поддержку — как сказка о Золушке. *Движение ЛГБТ признано в России экстремистским и запрещено
