Сразу хочу оговориться: в украинской журналистике есть люди, которые остались смелыми, свободомыслящими, профессиональными. Имена многих на слуху, иные таятся под псевдонимами, некоторые стали объектами публичной травли, других преследовали националисты и «профилактировало» СБУ. Есть и те, кто, используя политическую позицию владельца конкретного СМИ, тоже старается доносить правдивую информацию до читателей и зрителей. 

Однако серьёзные политические игры (в том числе игра в оппозицию) творятся в основном в столице, а в информационной сфере вообще ограничены бесконечным количеством «красных флажков». Например, через соответствующие законы СМИ предписывается постоянно подчёркивать нелегитимность реальной власти в Крыму и ЛДНР, отсюда назойливые оговорки, вроде «так называемый губернатор Севастополя», «оккупированные» и «аннексированные». В конце концов, дайте ссылку в конце текста (мол, по законодательству Украины мы «не признаём»), но вдруг патриотически настроенный читатель статьи не дочитает и поспешит с доносом в Нацсовет, Госкомитет или иной надзирающий орган? А в украинской провинции ситуация вообще безнадёжна: лучшее, что может делать публицист, — избегать острых антимайданных тем, вроде абсолютной лживости значительной части списка «небесной сотни».

Бандеровский большевизм
Бандеровский большевизм
© РИА Новости, Александр Мазуркевич | Перейти в фотобанк

В Конституции СССР тоже наличествовала статья о свободе слова, но на каждом полиграфкомбинате или в крупной редакции сидел незаметный человек, который вычитывал статьи на предмет «сохранения военной и государственной тайны», и без его согласования никакая газета в печать не шла. Сейчас похожий персонаж сидит в голове почти у каждого украинского журналиста, называется он «самоцензура».

Чрезвычайно нежелательно говорить о дружбе с Россией, о сути госпереворота 2014 года, об огромных свершениях УССР в советский период, о кровавых преступлениях украинских националистов, о грандиозном мародёрстве ВСУ и добробатов… В противном случае есть большая вероятность, что в редакцию ввалятся человечки в камуфляже. Недаром, когда речь зашла о банде «героев»-атошников, которую подозревают в убийстве журналиста Павла Шеремета, для донесения неприятной информации до общественного мнения пришлось опираться на значимость авторитета министра МВД и самого президента.

Многие коллеги Шеремета взяли сторону обвиняемых в его убийстве не только потому, что сами перепачканы выделениями Майдана, но и из-за элементарного страха: идти против ветеранов АТО и националистов сегодня куда опасней, нежели против госинститутов. Вспомните, что вытворяла камуфляжная банда в зале суда над «волонтеркой» Юлией Кузьменко, сквернословя и едва ли не оплёвывая прокуроров, а на другом заседании атакуя (вплоть до рукоприкладства) журналистов оппозиционных изданий. В цивилизованной стране этих «активистов» быстро бы переместили в тюрьму, но Украина к цивилизованным государствам, похоже, не относится.

Ещё один из мотивов лояльности майданному режиму основной массы СМИ: тщательно взращённый национал-патриотизм в исполнении нового поколения журналистов. Под видом «свободы слова» украинские СМИ активно популяризируют откровенных мерзавцев, изображая вселенский патриотизм, строчат доносы на инакомыслящих, симулируя объективную подачу информации, врут и передергивают. Вспомним, как в Харькове корреспондент телеканала «Прямой» пыталась представить пикет местных предпринимателей против строительства дороги на Барабашовском рынке за патриотическую акцию «Нет капитуляции», пока в кадр не вошёл один из пикетчиков и опроверг сказанное журналисткой. Или знаменитый случай в Рубежном, где украинский репортёр через социальные сети просто призвал СБУ арестовать человека, которого он недавно проинтервьюировал.

В подмогу свидомой поросли украинской журналистики готовится законопроект «О противодействии дезинформации». Один из его инициаторов, министр культуры, молодежи и спорта Владимир Бородянский, говорит в интервью «Зеркалу недели»: «Многие меня спрашивают: мол, почему мы делаем то, чего нет в Европе? Но в Европе нет войны, а у нас она есть. Многие нормы из тех, которые мы будем обсуждать в законопроекте о дезинформации, будут действовать до тех пор, пока часть Украины будет временно оккупирована». То есть, судя по некоторым признакам, ограничения вводятся навсегда. 

В том же интервью министр рассказывает, как будут цензурироваться соцсети: «И если кто-то нарушает украинское законодательство при помощи определенного контента, например, призывает к вражде, то и будет нести за это ответственность». Насчёт ограничения пропаганды вражды к русским или иным «врагам народа», памятуя яростные промайданные речи Бородянского, очень сомневаюсь. А вот через обязательные «оккупированные-аннексированные» нивелировать в соцсетях созидательную деятельность в Крыму или истинность выбора народа Донбасса эти ограничения как раз помогут.

Кроме мер ограничения свободы слова в интернете, о которых глаголет господин министр, цензура вводится и на более высоком, международном уровне. Вчерашняя «активистка Майдана» Катерина Крук, назначенная менеджером по публичной политике "Фейсбука" на Украине, анонсировала запуск программы «фактчекинга» в ленте новостей данной социальной сети. Учитывая недавнее прошлое госпожи Крук, можно предположить, что её программа «борьбы с дезинформацией» призвана отсечь украинского читателя от фактов сотрудничества нынешних национальных героев Украины с гитлеровцами, от информации о военных преступлениях ВСУ и добробатов на Донбассе и т.п. Уже сегодня политика цензуры в украинском сегменте "Фейсбука" свидетельствует, что политические пристрастия его модераторов весьма далеки от антифашистских. 

Вообще фашистов и нацистов на Украине очень сложно напрямую называть фашистами и нацистами, хотя исповедуют они ту же самую идеологию, поклоняются гитлеровским коллаборантам, подражают нацистским ритуалам и обильно украшают себя свастиками. Фотографирующийся на фоне неонацистской цифрограммы 14:88 футболист Роман Зозуля получает слова одобрения от президента, который и сам не прочь щегольнуть в форме с шевронами дивизии СС «Мертвая голова», премьер-министр посещает концерты неонацистской рок-группы «Сокира Перуна», а министр МВД покровительствует подразделению, на штандартах которого красуется «вольфсангель».

На Украине продолжают преследовать журналистов и препятствовать их работе
На Украине продолжают преследовать журналистов и препятствовать их работе
© РИА Новости, Алексей Панов | Перейти в фотобанк

Даже лояльное Майдану «Громадське» проиграло суд неонацистской группировке С14 за то, что в одном из редакционных материалов впрямую назвало её «неонацистской». Подобному решению киевского суда изумилась и, казалось бы, привыкшая к украинским выходкам заграница. Представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Арлем Дезир прокомментировал произошедшее: «Я обеспокоен этим решением суда в Украине, поскольку оно создает вредный прецедент <…> СМИ должны иметь право добросовестно публиковать свои мнения, опираясь на информацию, которую они собрали об организации С14 и её членах, многие из которых заявляли, что присоединились к движению из-за его неонацистской ориентации».

А само дело Шеремета настоящими «патриотами» уже почти раскрыто. Оказалось, убитый был и не журналистом вовсе, а «российским пропагандистом», о чем публично сообщил украинский националист Олесь Вахний: «Читая его [Шеремета] статьи, я нашёл и материалы, где он врёт о защите так называемой Брестской крепости. То есть он бандитов, которые там сидели, назвал героями, которые боролись и первыми встретили нацистов <…> Советская армия планировала напасть на территорию Польши, где были немцы, и уже привезла смотрящих, которые занимались пленными. Разумеется, Гитлер просто был вынужден бить на упреждение». Вы слышите: он был «вынужден»!

Конечно, вместе с талантливым австрийским художником «защищались» активисты Организации украинских националистов, военнослужащие «Нахтигаля» и «Роланда», бандеровцы и мельниковцы. А Павлу Шеремету поделом, настаивает Олесь Вахний: «Тут, на Украине, он работал на откровенно антиукраинском радиоканале — "Радио Вести", которое финансируются людьми, сторонниками преступного режима Януковича, [которые] грабили украинский народ, присваивали его деньги. И у них Шеремет был таким героем. Хорошо, погиб и погиб». 

На Украине наступает новый этап ЗЕмократии, когда говорить можно почти обо всем и безо всякого эффекта, лишь бы не называть неонацистов из ультраправых банд неонацистами, убийц из УПА-ВСУ убийцами, а организаторов госпереворота путчистами. Иначе можно стать фигурантом многостраничного списка жертв насилия по отношению к представителям прессы, который терпеливо ведёт Национальный союз журналистов под руководством Сергея Томиленко.

«Нейтрализация» нелояльного журналиста — долг каждого украинского «активиста», поддакивание националистической пропаганде — долг истинного «патриота», а прозябание в нищете — долг Украины перед всем западноевропейским человечеством. Кого-то это очень устраивает.