Поскольку после освобождения Киева немцы были вынуждены сосредоточить основные усилия гораздо южнее, от Черкасс до Никополя, первое взятие Житомира состоялось уже в ноябре. Собственно, этого требовала и Ставка, передавшая комфронтом Николаю Ватутину приказ продолжить преследование отступающего противника. Для этого была сформирована подвижная ударная группа в составе танкового, кавалерийского и стрелкового корпусов, которая 11 ноября вышла на окраины Житомира, 13 ноября принимала поздравления из Москвы, а уже 19 ноября покинула город.

Крах «Восточного вала». Топила ли Красная армия «хохлов в Днепре», освобождая Киев
Крах «Восточного вала». Топила ли Красная армия «хохлов в Днепре», освобождая Киев
© РИА Новости, Аркадий Шайхет | Перейти в фотобанк

До сих пор среди местного населения жива легенда о том, что главной причиной отступления стали цистерны со спиртом на станции, спровоцировавшие массовую пьянку и полную неспособность воевать. Но родилась она скорее из пьяных грез самих обывателей, успевших после ухода немцев стремительно натаскать продукции спиртзавода и содержимого брошенных складов. Только потом все это перешло в руки военных, которые тоже с удовольствием пополнили запасы.

«Французский коньяк, португальские сардины, шоколад являлись для нас невиданными деликатесами. Все это было незамедлительно выпито и съедено. Как ни странно, в Житомире сохранились склады с армейским обмундированием, оставленные Красной армией в 1941 году, что позволило многим из нас обновить свою поношенную и потрепанную одежду. Особенно хороши были довоенные артиллерийские фуражки с черным околышем, которыми мы заменили свои полинявшие пилотки», — вспоминал сержант-артиллерист Олимпиев, подтвердив при этом, что спирт в его распоряжении тоже был. Только наливал он своим бойцам строго по графику и не в ущерб стоящим задачам.

А задачи были серьезные.

Через несколько дней противник пришел в себя, собрал резервы и окружил Житомир. Расположенные в городе части заняли круговую оборону, которой руководил командир 1 гв. кавкорпуса генерал-лейтенант Виктор Баранов, только что награжденный орденом Суворова II степени за лихое освобождение. Ударом с немецкой стороны руководил генерал-полковник Эрхард Раус, ветеран австрийской армии, только что сменивший уставшего Германа Гота на посту командующего 4-й танковой армией.

В целом перед ним стояла задача удара по Киеву, однако осторожный Раус рассудил, что легче атаковать ближний фланг и выровнять фронт, чем сразу бежать на дальнюю дистанцию. Основной упор делался на танковый кулак из лучших на тот момент частей.

Освобождение Киева: Герои, сражавшиеся за город
Освобождение Киева: Герои, сражавшиеся за город
© РИА Новости, Аркадий Шайхет | Перейти в фотобанк

«25-я танковая дивизия и танковая дивизия СС "Рейх" должны были обеспечивать правый фланг корпуса, а 68-я пехотная дивизия и 7-я танковая дивизия должны были наступать на левом фланге. Главный удар наносился в центре, где испытанные в боях и полностью укомплектованные 1-я танковая дивизия и танковая дивизия "Лейбштандарт" имели задачу наступать из района Чернорудки к железнодорожной линии Киев — Житомир. 15 ноября они неожиданно для русских нанесли удар по их левому флангу. 17 ноября 1-я танковая дивизия и дивизия "Лейбштандарте" вышли на железную дорогу и оттеснили русских на северо-восток. Связанные полученным приказом, мы должны были теперь повернуть на Житомир. Дивизия "Лейбштандарте" заняла оборону, чтобы прикрыть наши войска с востока, а 1-я танковая дивизия совместно с 7-й танковой и 68-й пехотной дивизиями (оба эти соединения уже испытывали известную усталость, но зато сохраняли высокий боевой дух и прекрасно управлялись своими командирами) начала наступление на Житомир. Ночью с 17 на 18 ноября 1-я и 7-я танковые дивизии ворвались в Житомир — типичный старый русский город с древними церквями», — писал о тех событиях Фридрих Вильгельм фон Меллентин.

Вплоть до середины декабря немцы успешно вели контрнаступление, тесня Красную армию на восток и снова захватив Коростень.

Манштейн пишет про огромные трофеи и пленных. Меллентин утверждает, что настроения в штабах были ликующие, вырисовывалась вторая «битва при Танненберге», уничтожение 2-й армии Самсонова в Первой мировой войне. Однако неожиданно для самих себя немцы уткнулись в непреодолимую стену огня на рубеже Чоповичи-Радомышль-Брусилов-Фастов. А в канун католического Рождества началась Житомирско-Бердичевская наступательная операция: в штабе 1-го Украинского фронта решили прекратить лихие наскоки и взяться за дело фундаментально. 

Именно эти события описываются в одной из лучших книг о войне, повести «На войне как на войне», по мотивам которой был снят фильм с Михаилом Кононовым в главной роли:

Одна переправа и четыре штурма. Как освобождали Черкассы
Одна переправа и четыре штурма. Как освобождали Черкассы
© reibert.info

«Он хладнокровно огляделся и наметил две огневые позиции: основную и запасную. Основной была хата с высоким забором, запасная — тоже хата, только без забора. С первой Саня наметил уничтожить "тигра" на площади, со второй — танк за палисадником. Вернувшись к машине, Саня доложил полковнику, что в селе немцы и что двух "тигров" он видел сам. На вопрос Дея, какое он, Малешкин, принял решение, Саня твердо и решительно заявил: "Уничтожить!"

— Добро! — сказал полковник Дей. — Начинайте, Малешкин. Мы идем на помощь».

Как оказалось, собственные силы немцы сильно переоценили.

В первый же день наступления потерялись три танковые дивизии 24-го корпуса, в том числе дивизия СС "Рейх". Все, что было известно — так это то, что они понесли тяжелые потери и находятся где-то в лесах восточнее Житомира. Город был забит тыловыми частями, артиллерией, через него пришлось отступать другим танковым дивизиям, теснимым с севера. 20 тысяч человек и куча техники на житомирских улицах устроили настоящую давку. Донесения от передовых частей поступали панические, в частности, южнее 19-я танковая дивизия и часть сил 8-й танковой дивизии были отрезаны и до того, как прекратилась связь, успели радировать, что остались без горючего и атакованы. Отступать им пришлось «так, как обычно делали русские» — не по дорогам, а прямо через лес.

Тем не менее, Ватутин осторожничал, не желая второй раз потерпеть неудачу, тем более артиллерия отставала из-за неожиданной оттепели, потащившей целые реки талой воды. Противник ждал решающего удара на город 27 декабря. Но советское командование решило бить на Коростышев и Казатин, а только оттуда двигаться в сторону главного объекта. 11-й гвардейский танковый, «ввиду неясности обстановки на житомирском направлении», караулил возможную контратаку со стороны Житомира. А немцы собрали вышедшие из окружения части и тоже организовали оборону восточнее города, одновременно пытаясь противодействовать там, где в текущий момент велось советское наступление.

Шах в пять ходов. Нижнеднепровская наступательная операция
Шах в пять ходов. Нижнеднепровская наступательная операция
© РИА Новости, Владимир Гальперин | Перейти в фотобанк

Но все это было тщетно. Для описания дальнейших событий на шоссе Киев—Житомир фельдмаршал Манштейн использовал выражение «буря разразилась»:

«В этой главной ударной группе действовали 38-я, 1-я гвардейская и 1-я танковая армии, имевшие в своем составе свыше 18 стрелковых дивизий и 6 танковых и механизированных корпусов. Впоследствии в этой группе стала отмечаться и 18 армия. Южнее это главное наступление дополнялось ударом 40-й советской армии на Фастов. На северном фланге наступала 60 армия, которой мы недавно нанесли удар. Она была пополнена. Далее к северу в направлении на Коростень наступала 13-я армия, в составе которой действовало не менее 14 стрелковых дивизий и один кавалерийский корпус. Эти соединения, правда, были сильно потрепаны в результате нанесенных нами ударов.

Особенно опасным было то, что за этой армией, по-видимому, сосредоточивалась 3-я гвардейская танковая армия в составе не менее 6 танковых и механизированных корпусов. Три-четыре корпуса этой армии, правда, были сильно потрепаны в прошедших боях. Но у гидры слишком быстро вырастали новые головы! Во всяком случае, сосредоточение этих подвижных корпусов свидетельствовало о намерении командования противника дополнить прорыв на Житомир глубоким охватом через Коростень». 

«Особенно опасная» 3-я гвардейская танковая армия Павла Рыбалко полностью оправдала репутацию, обойдя Житомир с юга, создав условия для удара 1-й гвардейской и 18-й армиям и отрезав группировку немцев у Бердичева. В город вломились штурмовые отряды, созданные в четырех стрелковых дивизиях двух армий. Очищая от врага квартал за кварталом, они двигались к центру Житомира, к Преображенскому кафедральному собору. Город горел. Но к вечеру 31 декабря, в качестве лучшего подарка к Новому году, получил окончательное освобождение. И конечно, очередной орудийный салют в Москве. После этого удара немцы откатились за старую границу 1939 года.

Нелепая трагедия или зловещий план? Как на самом деле погиб генерал Ватутин
Нелепая трагедия или зловещий план? Как на самом деле погиб генерал Ватутин
© РИА Новости, Павел Гапочка | Перейти в фотобанк

После войны в Житомире появились улицы в честь освободителей: Николая Ватутина, Виктора Баранова, Андрея Гречко, руководившего штурмом города, Константина Леселидзе, Ивана Черняховского, Павла Рыбалко. Ряд улиц был назван в честь героев, погибших при освобождении — майора Василия Жуйко, убитого при штурме Бердичевского моста, старшего лейтенанта Ивана Саенко, прикрывшего своей батареей ноябрьское отступление. Однако запаса благодарности к ним хватило ненадолго.

21 января 2016 г. топонимическая комиссия Житомирского городского исполкома под председательством бывшего лектора лектором общества «Знание» и журналиста районной газеты «Зоря коммунизма» Григория Мокрицкого рекомендовала переименовать улицы в рамках закона о «декоммунизации», что и было с удовольствием исполнено в рамках распоряжения бывшего офицера-танкиста, городского головы Сергея Сухомлина. Мемориальные доски тоже были уничтожены. И даже в 75-ю годовщину освобождения города ни городской совет, ни областная власть не опубликовали поздравлений. Как будто и не было ничего.

Но история — такая штука, что простым переименованием улиц из нее не вычеркнешь великие события. А вот имена людей ничтожных, двоедушных, привыкших ловить политический момент, стираются из неё безо всяких усилий.