28 июня Украина в очередной раз отмечает день Конституции. С момента принятия украинского Основного закона было понятно, что страна жить по нему не сможет, по крайней мере — сразу. Ибо с одобрением Конституции на граждан Украины не посыпались деньги (кстати, в июне 1996 ходила еще не гривна, а купон), чтобы выполнить ее статью 48: «каждый имеет право на достаточный жизненный уровень для себя и своей семьи, включающий достаточное питание, одежду, жилище». Но все же именно за прошедший год стало гораздо яснее, что украинская власть не будет себя связывать Конституцией, когда ей это выгодно.

Ведь что представляли собой нарушения Конституции раньше? Во-первых, это действия чиновников, расходящиеся с ней (впрочем, такое есть в других государствах).

Во-вторых, это принятие законов, расходившихся с декларативными конституционными статьями по объективным причинам. Например, когда принимались законы о минимальной зарплате, прожиточном минимуме. Они никак не соответствовали упомянутой статье 49. Однако хотя и можно было спорить об обоснованности конкретных цифр, записанных в тех законах, все равно было понятно, что состояние экономики не позволяет данную статью выполнить.

В-третьих — это принятие законов и других актов, которые объективно выглядят противоречащими духу Конституции. Но поскольку подобный дух — это понятие неоднозначное, то, по крайней мере, здесь были основания для споров: имело место нарушение или нет. Например, речь идет о том, как соотносятся многочисленные законы, ограничивавшие применение всех языков, кроме украинского, со статьей 10, где записано: «в Украине гарантируется свободное развитие, использование и защита русского, других языков национальных меньшинств Украины». Впрочем, в данном случае надо обратить внимание, что слова о «свободном развитии» это всего лишь декларация, тогда как в абсолютном большинстве европейских стран, в чьих конституциях есть нормы о государственном языке, перечислены конкретные сферы общественной жизни, где гарантируется использование других языков.

Новое качество попрания Конституции

Однако понадобились победа Евромайдана и ассоциация с ЕС, чтобы нарушения конституции стали качественно иными. То есть, когда текст принятого парламентом закона прямо противоречит тексту конституционной нормы, что утверждать обратное, значит называть черное белым. Причем речь идет о нормах не декларативных, а выполнимых и в нынешней экономической ситуации.

Так в феврале Верховная Рада приняла закон, которым лишила Виктора Януковича звания президента, тогда как в статье 105 записано, что это звание «сохраняется за ним (т.е. за любым главой государства, а не конкретно за Януковичем) пожизненно, если только Президент Украины не был смещен с поста в порядке импичмента». Президент Порошенко после долгих раздумий закон подписал, но все же на днях опротестовал его в Конституционном суде.

Однако озаботившись защитой конституционных прав сбежавшего президента, Порошенко ранее спокойно подписал два других антиконституционных законы, которые затрагивают права многих людей.

Во-первых, речь идет о принятых еще Радой прошлого созыва в августе 2015 года изменениях к закону «О борьбе с терроризмом», которые позволяют проводить «в районе АТО» превентивное задержание «лиц, подозреваемых в террористической деятельности» на срок до 30 суток.

А ведь в статье 29 Конституции записано: «В случае настоятельной необходимости предотвратить преступление или его пресечь уполномоченные на то законом органы могут применить содержание лица под стражей в качестве временной меры пресечения, обоснованность которой в течение семидесяти двух часов должна быть проверена судом. Задержанное лицо немедленно освобождается, если в течение семидесяти двух часов с момента задержания ему не вручено мотивированное решение суда о содержании под стражей».

То есть по Конституции максимальная длительность такого задержания — трое суток. При этом, в отличие от ряда других норм, посвященных правам и свободам, статья 29 не допускает здесь исключений, вызванных чрезвычайными обстоятельствами, в частности военным и чрезвычайным положением. Это еще раз подчеркнуто и в ее статье 64 Основного закона, где перечислен список прав и свобод, которые не могут ограничиваться при ВП и ЧП. И права гарантированные в статье 29 там также упомянуты.

И никакие объективные обстоятельства не требовали здесь нарушений Конституции. Так инициаторы закона ссылались на то, что, многие суды не работают в «зоне АТО», но ведь при необходимости ничто не мешало вывозить подозреваемых в соседние области (это лишь несколько десятков километров), где суды могли бы решать вопрос о мере пресечения.

А 14 мая Рада приняла изменения к закону «О высшем образовании», вскоре подписанные президентом, согласно которым руководителями ВУЗов не могут быть избраны или назначены бывшие или действующие народные депутаты, голосовавшие за законы 16 января 2014 года.

Новое качество попрания Конституции

Конкретно этот закон метит в четырех бывших и нынешних депутатов-ректоров. Но его потенциал не ограничен еще двумя с лишним сотнями парламентариев, которые вдруг захотят возглавить какой-либо вуз, а тогдашнее голосование за «диктаторские законы Януковича» им воспрепятствует. Нет, этот закон метит во всех парламентариев Украины, ибо ограничивая ряд депутатов в гражданских правах (причем бессрочно) на основе их голосования в парламенте, он создает прецедент нарушения ч. 2. ст.80 Конституции, которая гласит: «Народные депутаты Украины не несут юридической ответственности за результаты голосования или высказывания в парламенте и его органах, за исключением ответственности за оскорбление или клевету».

То есть упомянутый закон попрал депутатский индемнитет, то есть право парламентария на практически абсолютную свободу как при выступлениях в стенах парламента, так и при голосовании. Право, которое существует наверно во всех странах мира, в том числе и в тех, где есть депутатская неприкосновенность по украинскому образцу (то есть невозможность арестовать депутата без согласия Рады). На это положение украинской Конституции не посягал и ни один из многочисленных проектов конституционных поправок об отмене депутатской неприкосновенности. А собственно зачем — если, как видим, всё можно решить простым законом. И раз прецедент наказания за голосование имел место в одном случае, он может иметь место и в другом.

Новое качество попрания Конституции

И в случае с данным законом, и в случае с законом «О борьбе с терроризмом», никто эти акты в Конституционном суде не опротестовывал, хотя теоретически уполномоченный по правам человека может это сделать единолично. Но практически он этого никогда не сделает, ибо известно, что Майдан победил как раз во имя человека и прочих европейских ценностей. Потому-то и Запад, конечно, никогда этих законов не критиковал.

А наивным людям, которые еще думают добиваться справедливости в каком-либо ЕСПЧ, надо не жаловаться туда, а писать просительные письма примерно такого содержания: «Понимая, что Европа всегда поддерживала и будет поддерживать справедливые решения украинских руководителей, которых привела к власти Революция Достоинства, мы просим вас пояснить, как лучше оправдать не понимающим людям расхождение такой-то нормы закона с такой —то нормой конституции. Ибо беспрецедентная диктатура Януковича так сказалась на нашем сознании, что мы не можем сформулировать эти объяснения самостоятельно».