https://ukraina.ru/20260619/operator-navodchik-tanka-fanil-nisapov-eta-samaya-malost-spasla-nam-zhizn-1080405821.html
Оператор-наводчик танка Фанил Нисапов: "Эта "самая малость" спасла нам жизнь"
Оператор-наводчик танка Фанил Нисапов: "Эта "самая малость" спасла нам жизнь" - 19.06.2026 Украина.ру
Оператор-наводчик танка Фанил Нисапов: "Эта "самая малость" спасла нам жизнь"
О нелегких буднях танкистов, столкновениях с дронами противника, военных уловках и хитростях, а также о наградах, ранениях, боевой работе с закрытых огневых позиций и многом другом журналисту издания "Украина.ру" рассказал оператор-наводчик 6-го танкового полка 90-й гвардейской танковой дивизии группировки войск "Центр", ефрейтор Фанил Нисапов.
2026-06-19T14:38
2026-06-19T14:38
2026-06-19T14:48
интервью
авдеевка
селидово
лнр
сво
спецоперация
украина.ру
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/06/13/1080406585_130:17:794:390_1920x0_80_0_0_9e348c1bb5e675db4db086fb0ae90fd6.jpg
- Фанил, давно вы на войне?- Был мобилизован в 2022 году. Я рядом с этой дивизией живу. Буквально полчаса на электричке. Можно сказать, что вырос рядом с их полигоном и живу всю жизнь тоже неподалеку.После мобилизации определили в пехоту, а потом шел набор. Спрашивали, кто хочет в танкисты пойти. Дальше нас перебросили в Елань. Там проходили подготовку. Я-то срочную в пограничных войсках служил. Просился в танкисты, но, к сожалению, не взяли. Не я решал. А сейчас вот попал в 6-й танковый полк. Отучились, прибыли в апреле 2023 года, а где-то через месяц получили технику. Потом обслуживание, ремонт и обучение уже на месте. В ЛНР мы тогда стояли.Где-то месяца два занимались техникой, обучались стрельбе, маневрированию и прочим танкистским премудростям. А потом уехали на Кременную. Там, правда, поставили во второй эшелон. Сразу вперед не толкнули. Стояли в обороне.Потом в ДНР перебросили. И с Авдеевки все началось. Освобождение. Это зима, январь 2024 года. Начали в декабре потихоньку работать с закрытых огневых позиций. И дальше пошло: Авдеевка, Очеретино, в сторону Селидово, Мемрика. Где-то на технике, а где-то приходилось технику от "птичек" прикрывать. А прикрывать надо. Снаряд может пролететь мимо, а вот "птичка" точно не пролетит.- То есть в качестве прикрытия "малого неба" тоже на задачи ездить приходилось?- Да, чтобы ребята спокойно отрабатывали по противнику, по заданным координатам. Ну а мы старались прикрыть. Хотя в Селидово работал на технике. Пехоту завозили, в другой раз нужно было укрепы разбирать, но там не получилось. Все те же "птички", мины в полях. Тяжело пройти, действительно тяжело эти десять километров до передовой. Хотя в 2024 году еще "птички" так далеко не летали. Сейчас труднее. Тем не менее, все равно стараемся, добираемся до позиций, чтобы той же пехоте было полегче. Потому, что с автоматом да гранатометом укрепы брать тяжело. А 125-й калибр все-таки дает о себе знать. Ну и броня…чувствуешь себя в танке поувереннее. За броней не всякая "птичка" достанет.- За броней и, по нынешней военной моде, за дополнительной защитой?- Да, стараемся укрепить, обварить теми же "мангалами", дополнительную броню навесить.- В Авдеевке танки себя хорошо показали и это, если не ошибаюсь, последняя операция, в которой танки активно работали прямой наводкой.- Почему? Мы и сейчас выходим на прямую наводку. Просто работать так становится все тяжелее, поскольку "малое небо", как мы говорим, "кусается". Хоть и наши в этом небе работают, и РЭБ есть, и группы прикрытия, но танк – это штука большая. Его так просто не спрячешь, поскольку не велосипед. Порой даже пешком себя немного уверенней чувствуешь, поскольку больше времени на реакцию. Просто даже на звук.К тому же техника у врага в приоритете. По ней бьют в первую очередь. Приходится хитрить, какие-то фокусы придумывать. Использовать утренние или вечерние сумерки, использовать туман, дождь. Даже сильный ветер – это для нас плюс. Небольшой, но плюс.- Но помогает это не всегда?- Бывает по-разному. Вот как однажды подорвались на мине, получилось так, что "мангал" сложился и мы с командиром из башни не могли выбраться. Хорошо, что пушка стояла 32 градуса, и мы, когда выезжали из лесополосы, где-то километров 35-40 шли. Потому, что шли на атаку, а в таких ситуациях всегда стараешься ехать быстрее. Чем медленней едешь, тем больше на тебя враг снарядов и "птичек" потратит.Вот так шли и подорвались на мине. Правую гусеницу нашу порвало. Но повезло. Мы дали круг по полю и вернулись в лесополку. Там стали поднимать люки, а они не открываются. Механик быстро выбрался и кричит: давайте за мной! Я кое как пролез. Повезло, что командир худенький. Я покрупнее буду.Выбрался из танка, а метрах в десяти-двенадцати сидит механик. К нему туда мина прилетела. Переносицу и челюсть пробило осколками. Пока осмотрел его. Свое оружие сразу забрать не смог. За мной командир выскочил и рванул к механику. А дальше как-то несуразно получилось. Они с механиком прямо побежали, а я забрал автомат свой и…не знаю, что дернуло, но побежал по полю, по диагонали. И я слышал, как там, где они бежали, рвались мины. Думаю, что мины уже в воздухе были, когда они выскочили. Командира ранило. Я в лесополку забежал, развернулся, а уже "птички" прилетели со "сбросами". Хотел выскочить за ними, но снова посыпались мины. Пришлось залечь, хотя там всего метров тридцать-сорок пробежать нужно было. "Мавики" сбросили то, что у них было. Буквально два-три взрыва и улетели. А одна "птица" стала летать вдоль лесополосы. Они же понимают, что экипаж – это три человека, не два. Я лежу под деревом и слышу, как механик кричит: "Тунгус"! Не выдержал, побежал к нему. Командир лежит на животе. Когда переворачивал, он дышал еще. А потом уж…да. Деваться некуда. Механик ранен.Пришлось выбираться. Две лесополосы пробежали, потом по "открытке" и в самом конце…повезло, что ребята отчаянные, которые на мотоциклах залетают и эвакуируют раненых. А у меня мехвод…у него с ногами плохо. "Больше не могу", - говорит. Вышел на группу эвакуации. Два мотоцикла прилетели. Я механика на мотоцикл усадил и они умчали. Я проводил взглядом. Вижу, что в лесополосу заскочили. Успокоился. Через какое-то время побежал сам, но в поле "сбросник" догнал. Повезло, что не камикадзе.Увернуться не получалось. Он заряд передо мной сбросил. Я побежал в другую сторону. Понимал, что нужно добраться до лесополосы. В поле остаться – не вариант. Прозвучал взрыв. Боль, наверное, была, но я ее не почувствовал, хотя руку сломало, икроножную мышку пробило, немного зацепило плечо. Полмагазина по нему выпустил со психу и побежал дальше.Только до лесополки добрался,и боль со всех сторон будто ударила. И опять повезло. Четыреста метров прошел, а там медики 6-го полка. Укол, перевязка. Дали сопровождающего. Так я получил свое первое ранение.- Но не последнее?- Второе ранение получил, когда прикрывали танки. Там до ЛБС километров четыре-пять было. Мы там разбирали укрепления противника. И когда танк начал работать по координатам, прилетели их "птички". Мы начали отстреливаться. Подключилась артиллерия. Но, слава Богу, в этот раз и танк уцелел, и ребята, которые прикрывали технику, все целы. Танк отработал и ушел, а за ним и мы стали выходить. Но это не сразу, а на следующий день. В ту же ночь не получилось выйти. Танк в сумерках работал, вечером. А ночами мы стараемся не двигаться, поскольку "Бабы-еги" с тепловизорами могут засечь.Заночевали в подвале разрушенного дома, а утром, когда выходили, противник в очень неудобном месте поймал. Мы не ожидали, что он надвоих пойдет. Обычно не тратятся на двоих, а тут…не знаю, в чем дело. Зашел на нас. Получил небольшое ранение в руку. Все равно пришлось эвакуацию проводить. Сослуживец заскочил на машине, погрузили меня. Но я буквально неделю отлежался и обратно в строй. Случаются моменты, да. Всего заранее не просчитаешь, а потом уже думаешь: надо было иначе делать. Но задним умом все крепки.- Есть ли у вас награды?- Да. Кроме ведомственных, у меня есть медаль "За храбрость" II-й степени. Это я получил девятого мая, 2025 года.- Как сейчас танки работают с ЗОП?- Как я уже говорил, работать мы стараемся в сумерках. Ну или еще бывают у них "окошки". То ли они ленятся, то ли чай пьют. Этого не знаю, но бывает, что и днем проскочить можно. В общем, заезжаем на заранее подготовленную позицию. У нас есть ориентир, координаты цели и координаты нашего танка. Командир производит вычисления, я по азимутальнику навожусь на ориентир и от него начинаем работать. В направлении цели поворачиваем башню. Вычисляем расстояние до цели со всеми перепадами высот, с температурой, направлением ветра. И начинаем стрелять. Первый выстрел, как правило, пристрелочный. Дальше – поправки. Чем меньше поправок, тем лучше работаешь. Бывало, что пять-шесть-семь снарядов в одну точку отправляем и ни единой поправки. Это значит, что хорошо стреляем.- А основные цели сейчас какие?- В основном, конечно, это укрепления. Противник сидит в обороне. А пехоте тяжело пробиться через линии укреплений. Даже колючая проволока в чистом поле создает массу проблем. Те же "зубы дракона". ДОТы, укрепления – это все наши цели. Противник ведь тоже не дурак и укрепления строит довольно грамотно, а мы стараемся их максимально разрушить, чтобы на пехоту было как можно меньше воздействия. Штурмовикам ведь труднее всего.Обычно хорошо работаем. Вспомнить 2024 год даже. Мы тогда по 22 снаряда веером отправляли вдоль всей линии обороны и командир говорил потом, что пехота на том участке проходила почти без запинки. Но тогда, конечно, "птичек" поменьше было. Можно было прижаться к их линии обороны.- Танкисты нередко описывают ситуации, когда, что называется, уцелели буквально чудом. С вами такие "чудеса" случались?- Чудеса? Не знаю, можно ли назвать это чудом, но случай был. Лежал на танке бронежилет. Прилетел "камик" и ударил прямо в него. Чуть-чуть пробил броню и у него кумулятивный заряд кончился. А так мог бы у нас БК сдетонировать. То есть бронежилет этот самую малость, но придержал. Да только эта "самая малость" нам жизнь спасла.О буднях других участников СВО - в интервью Командир взвода снайперов "Рус": мы прикрываем "дорогу жизни"
авдеевка
селидово
лнр
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
интервью, авдеевка, селидово, лнр, сво, спецоперация, украина.ру
- Фанил, давно вы на войне?
- Был мобилизован в 2022 году. Я рядом с этой дивизией живу. Буквально полчаса на электричке. Можно сказать, что вырос рядом с их полигоном и живу всю жизнь тоже неподалеку.
После мобилизации определили в пехоту, а потом шел набор. Спрашивали, кто хочет в танкисты пойти. Дальше нас перебросили в Елань. Там проходили подготовку. Я-то срочную в пограничных войсках служил. Просился в танкисты, но, к сожалению, не взяли. Не я решал. А сейчас вот попал в 6-й танковый полк. Отучились, прибыли в апреле 2023 года, а где-то через месяц получили технику. Потом обслуживание, ремонт и обучение уже на месте. В ЛНР мы тогда стояли.
Где-то месяца два занимались техникой, обучались стрельбе, маневрированию и прочим танкистским премудростям. А потом уехали на Кременную. Там, правда, поставили во второй эшелон. Сразу вперед не толкнули. Стояли в обороне.
Потом в ДНР перебросили. И с Авдеевки все началось. Освобождение. Это зима, январь 2024 года. Начали в декабре потихоньку работать с закрытых огневых позиций. И дальше пошло: Авдеевка, Очеретино, в сторону Селидово, Мемрика. Где-то на технике, а где-то приходилось технику от "птичек" прикрывать. А прикрывать надо. Снаряд может пролететь мимо, а вот "птичка" точно не пролетит.
- То есть в качестве прикрытия "малого неба" тоже на задачи ездить приходилось?
- Да, чтобы ребята спокойно отрабатывали по противнику, по заданным координатам. Ну а мы старались прикрыть. Хотя в Селидово работал на технике. Пехоту завозили, в другой раз нужно было укрепы разбирать, но там не получилось. Все те же "птички", мины в полях. Тяжело пройти, действительно тяжело эти десять километров до передовой. Хотя в 2024 году еще "птички" так далеко не летали. Сейчас труднее. Тем не менее, все равно стараемся, добираемся до позиций, чтобы той же пехоте было полегче. Потому, что с автоматом да гранатометом укрепы брать тяжело. А 125-й калибр все-таки дает о себе знать. Ну и броня…чувствуешь себя в танке поувереннее. За броней не всякая "птичка" достанет.
- За броней и, по нынешней военной моде, за дополнительной защитой?
- Да, стараемся укрепить, обварить теми же "мангалами", дополнительную броню навесить.
- В Авдеевке танки себя хорошо показали и это, если не ошибаюсь, последняя операция, в которой танки активно работали прямой наводкой.
- Почему? Мы и сейчас выходим на прямую наводку. Просто работать так становится все тяжелее, поскольку "малое небо", как мы говорим, "кусается". Хоть и наши в этом небе работают, и РЭБ есть, и группы прикрытия, но танк – это штука большая. Его так просто не спрячешь, поскольку не велосипед. Порой даже пешком себя немного уверенней чувствуешь, поскольку больше времени на реакцию. Просто даже на звук.
К тому же техника у врага в приоритете. По ней бьют в первую очередь. Приходится хитрить, какие-то фокусы придумывать. Использовать утренние или вечерние сумерки, использовать туман, дождь. Даже сильный ветер – это для нас плюс. Небольшой, но плюс.
- Но помогает это не всегда?
- Бывает по-разному. Вот как однажды подорвались на мине, получилось так, что "мангал" сложился и мы с командиром из башни не могли выбраться. Хорошо, что пушка стояла 32 градуса, и мы, когда выезжали из лесополосы, где-то километров 35-40 шли. Потому, что шли на атаку, а в таких ситуациях всегда стараешься ехать быстрее. Чем медленней едешь, тем больше на тебя враг снарядов и "птичек" потратит.
Вот так шли и подорвались на мине. Правую гусеницу нашу порвало. Но повезло. Мы дали круг по полю и вернулись в лесополку. Там стали поднимать люки, а они не открываются. Механик быстро выбрался и кричит: давайте за мной! Я кое как пролез. Повезло, что командир худенький. Я покрупнее буду.
Выбрался из танка, а метрах в десяти-двенадцати сидит механик. К нему туда мина прилетела. Переносицу и челюсть пробило осколками. Пока осмотрел его. Свое оружие сразу забрать не смог. За мной командир выскочил и рванул к механику. А дальше как-то несуразно получилось. Они с механиком прямо побежали, а я забрал автомат свой и…не знаю, что дернуло, но побежал по полю, по диагонали. И я слышал, как там, где они бежали, рвались мины. Думаю, что мины уже в воздухе были, когда они выскочили. Командира ранило. Я в лесополку забежал, развернулся, а уже "птички" прилетели со "сбросами". Хотел выскочить за ними, но снова посыпались мины. Пришлось залечь, хотя там всего метров тридцать-сорок пробежать нужно было. "Мавики" сбросили то, что у них было. Буквально два-три взрыва и улетели. А одна "птица" стала летать вдоль лесополосы. Они же понимают, что экипаж – это три человека, не два. Я лежу под деревом и слышу, как механик кричит: "Тунгус"! Не выдержал, побежал к нему. Командир лежит на животе. Когда переворачивал, он дышал еще. А потом уж…да. Деваться некуда. Механик ранен.
Пришлось выбираться. Две лесополосы пробежали, потом по "открытке" и в самом конце…повезло, что ребята отчаянные, которые на мотоциклах залетают и эвакуируют раненых. А у меня мехвод…у него с ногами плохо. "Больше не могу", - говорит. Вышел на группу эвакуации. Два мотоцикла прилетели. Я механика на мотоцикл усадил и они умчали. Я проводил взглядом. Вижу, что в лесополосу заскочили. Успокоился. Через какое-то время побежал сам, но в поле "сбросник" догнал. Повезло, что не камикадзе.
Увернуться не получалось. Он заряд передо мной сбросил. Я побежал в другую сторону. Понимал, что нужно добраться до лесополосы. В поле остаться – не вариант. Прозвучал взрыв. Боль, наверное, была, но я ее не почувствовал, хотя руку сломало, икроножную мышку пробило, немного зацепило плечо. Полмагазина по нему выпустил со психу и побежал дальше.
Только до лесополки добрался,и боль со всех сторон будто ударила. И опять повезло. Четыреста метров прошел, а там медики 6-го полка. Укол, перевязка. Дали сопровождающего. Так я получил свое первое ранение.
- Второе ранение получил, когда прикрывали танки. Там до ЛБС километров четыре-пять было. Мы там разбирали укрепления противника. И когда танк начал работать по координатам, прилетели их "птички". Мы начали отстреливаться. Подключилась артиллерия. Но, слава Богу, в этот раз и танк уцелел, и ребята, которые прикрывали технику, все целы. Танк отработал и ушел, а за ним и мы стали выходить. Но это не сразу, а на следующий день. В ту же ночь не получилось выйти. Танк в сумерках работал, вечером. А ночами мы стараемся не двигаться, поскольку "Бабы-еги" с тепловизорами могут засечь.
Заночевали в подвале разрушенного дома, а утром, когда выходили, противник в очень неудобном месте поймал. Мы не ожидали, что он надвоих пойдет. Обычно не тратятся на двоих, а тут…не знаю, в чем дело. Зашел на нас. Получил небольшое ранение в руку. Все равно пришлось эвакуацию проводить. Сослуживец заскочил на машине, погрузили меня. Но я буквально неделю отлежался и обратно в строй. Случаются моменты, да. Всего заранее не просчитаешь, а потом уже думаешь: надо было иначе делать. Но задним умом все крепки.
- Да. Кроме ведомственных, у меня есть медаль "За храбрость" II-й степени. Это я получил девятого мая, 2025 года.
- Как сейчас танки работают с ЗОП?
- Как я уже говорил, работать мы стараемся в сумерках. Ну или еще бывают у них "окошки". То ли они ленятся, то ли чай пьют. Этого не знаю, но бывает, что и днем проскочить можно. В общем, заезжаем на заранее подготовленную позицию. У нас есть ориентир, координаты цели и координаты нашего танка. Командир производит вычисления, я по азимутальнику навожусь на ориентир и от него начинаем работать. В направлении цели поворачиваем башню. Вычисляем расстояние до цели со всеми перепадами высот, с температурой, направлением ветра. И начинаем стрелять. Первый выстрел, как правило, пристрелочный. Дальше – поправки. Чем меньше поправок, тем лучше работаешь. Бывало, что пять-шесть-семь снарядов в одну точку отправляем и ни единой поправки. Это значит, что хорошо стреляем.
- А основные цели сейчас какие?
- В основном, конечно, это укрепления. Противник сидит в обороне. А пехоте тяжело пробиться через линии укреплений. Даже колючая проволока в чистом поле создает массу проблем. Те же "зубы дракона". ДОТы, укрепления – это все наши цели. Противник ведь тоже не дурак и укрепления строит довольно грамотно, а мы стараемся их максимально разрушить, чтобы на пехоту было как можно меньше воздействия. Штурмовикам ведь труднее всего.
Обычно хорошо работаем. Вспомнить 2024 год даже. Мы тогда по 22 снаряда веером отправляли вдоль всей линии обороны и командир говорил потом, что пехота на том участке проходила почти без запинки. Но тогда, конечно, "птичек" поменьше было. Можно было прижаться к их линии обороны.
- Танкисты нередко описывают ситуации, когда, что называется, уцелели буквально чудом. С вами такие "чудеса" случались?
- Чудеса? Не знаю, можно ли назвать это чудом, но случай был. Лежал на танке бронежилет. Прилетел "камик" и ударил прямо в него. Чуть-чуть пробил броню и у него кумулятивный заряд кончился. А так мог бы у нас БК сдетонировать. То есть бронежилет этот самую малость, но придержал. Да только эта "самая малость" нам жизнь спасла.
