Журналистское расследование Жана Микаллесина, во время которого он встретился с грузинскими снайперами стрелявшими из отеля «Украина» по правоохранителям и протестующим в феврале 2014 года, осталось без должного внимания правоохранительных органов. Лишь в Генпрокуратуре спустя два с небольшим дня после выхода расследования на экран сообщили, что считают фильм лживым.

«Там названы трое грузин, которые указывают, что они вели стрельбу. Они прибыли в Украину в январе и дальше находились в гостинице "Украина". Проверка показала, что они не только в этом отеле (не были, — ред.), но и вообще на территорию Украины не заезжали», — заявил глава департамента спецрасследований ГПУ Сергей Горбатюк.

Он также заявил, что показания «снайперов» о стрельбе по протестующими и правоохранителям не совпадают с заключениями экспертиз и следственных экспериментов. «Во многих моментах, где они излагают обстоятельства развития событий, нет соответствия действительности…Предварительные данные проверки свидетельствуют, что те, кто создавали этот фильм, совсем не пытались установить истину», — отметил Горбатюк.

Он также заявил, что за преступления, совершенные во время Майдана реально отбывает срок лишь один человек и тот — рядовой уличный боец сторонников властей. «О подозрении сообщили 380 лицам, обвинительные акты по 239 направлены в суд. 48 человек признаны виновными. Один человек отбывает реальный срок за решёткой, и тот — «титушка», не сотрудник правоохранительных органов», — подчеркнул Горбатюк.

За четыре года украинские правоохранители так и не смогли разобраться с одним из самых резонансных дел в новейшей истории Украины.

Дело на долгие годы

Опрошенные итальянским журналистом грузины признаются: они взаимодействовали с украинскими политиками. Именно те и отдали им приказ стрелять по толпе, чтобы «сеять хаос». Они же ранее доставили снайперам оружие.

«В те дни Пашинский и еще трое, в том числе и Парасюк, принесли в гостиницу сумки с оружием. Именно они внесли их в мой номер… В каждой сумке были пистолеты Макарова, АКМ и карабины. Еще были упаковки патронов», — указал Коба Неградзе.

В свою очередь Залоги Кварацхелия конкретизирует дату получения оружия: 18 февраля. «18 февраля кто-то принес оружие и в мой номер. Там вместе со мной были двое литовцев, они и взяли себе оружие», — рассказал он.

20 февраля те же литовцы спокойно открыли огонь по украинцам по обе стороны баррикад.

Третий грузинский стрелок — Александр Ревазишвили указывает, что инструктировал их лично Пашинский. При этом это было за два дня до эскалации конфликта, за два дня до того, как Майдан, руководимый лидерами, попытался пройти к парламенту, а его активисты сожгли офис Партии регионов, убив там инженера.

«Это было, наверное, 16 февраля…Пашинский приказал нам собрать вещи и привел нас в здание… Потом пришли еще люди, почти все были в масках. По сумкам я понял, что они принесли оружие. Они вынули его и раздали разным группам. Говорил только Пашинский. Именно он отдавал приказы. У меня он спросил, с какой стороны надо стрелять», — вспоминает Ревазившили.

Он был не в отеле «Украина», а в здании консерватории.

Примечательно, что во время интервью стрелки вспоминали о том, как их вербовали в Грузии. Более того, один из них точно указал — въезжали в Украину они не по своим паспортам.

«Мы выехали 15 января и уже в самолете я получил свой паспорт и еще один с моей фотографией, но с другими именем и фамилией», — заявил Кварацхелия.

Таким образом, контраргумент ГПУ легко опровергается. Более того, заявление Горбатюка бьет по самим правоохранителям. Оно свидетельствует насколько «серьезно» и «основательно» разобрались в деле те, кто должен быть максимально заинтересован в расследовании произошедшего на Майдане.

Украинская власть однозначно решила: фильм — фальшивка

«Я считаю это маловероятным. Люди говорят: «мы убивали», мы стреляли. Только дети в этом могут. Но наши правоохранительные органы должны проверить эту информацию, найти этих людей и допросить их. Но доверия этот фильм у меня не вызывает никакого», — отмечает в комментарии Ukraina.ru замглавы фракции БПП в парламенте Алексей Гончаренко.

При этом он уверен, что расследовать дело о Майдане быстро не получится.

«Многие в бегах. Идут суды. Но я напомню, что следствие по расстрелу в Вильнюсе зимой 1991 года длилось около 15 лет. Это большие и сложные дела, но рано или поздно в них будет поставлена точка», — утверждает Гончаренко.

Пока же подвижек в расследовании не видно. Более того, оно оказалось под угрозой. Как заявил тот же Горбатюк из-за того, что 20 ноября ГПУ утратила следственные функции, а Госбюро расследований так и не начало свою работу, дело о расстрелах и других преступлениях на Майдане оказалось под угрозой.

Невиновные и все остальные

В деле о выстрелах на Майдане есть еще один важный нюанс: как правило виновными в убийствах называют бойцов силовых структур. При этом и среди милиционеров тогда были погибшие. Однако дела в отношении того, кто же мог убить милиционеров, если и расследуются, то как-то странно: фактически, по этим убийствам ни подозреваемых, ни обвиняемых нет.

«Насколько я знаю, расследуются все убийства и вся стрельба на Майдане. Нет такого, что одно расследуется, а другое нет. Я такого не знаю», — уверяет Гончаренко.

Но комментировать дело майдановца Ивана Бубенчика, который признался украинским СМИ в том, что стрелял по милиционерам и даже более — заявил, что убил в затылок командиров «Беркута», Гончаренко не готов.

«Я абсолютно хочу, чтобы расследование было непредвзятым и все, кто стрелял, понесли наказание. Другое дело, когда стрельба велась в качестве самообороны. Но это следствие должно признать и суд должен сказать: «Это самооборона». Закон один для всех», — указывает Гончаренко.

В то же время, на практике оказывается, что перед украинским законом все граждане равны, но некоторые граждане равнее других. Так, тот же Бубенчик избежал преследования за стрельбу и убийства.

«Согласно решению Верховной Рады, все лица, которые были причастны к любым преступлениям против правоохранителей (во время Майдана — ред.), попадают под амнистию. Дела в отношении них должны быть закрыты. Они не могут быть задержаны, им не может быть сообщено о подозрении», — заявлял в 2016 году, когда Бубенчик и дал свое резонансное интервью, Горбатюк.

Вот и выходит, что даже погибшие на Майдане делятся на две группы: те, убийство которых будет расследоваться и те, убийство которых расследовать бесполезно — все равно убийцы подпадут под амнистию.

Политолог Михаил Погребинский, который, кстати, nfr;t сомневается в правдивости свидетельств героев итальянского расследования, поясняет, почему любые свидетельства вины майдановцев в смертях на Майдане не примут во внимание.

«Независимо от того, будут ли какие-то сколь угодно серьезные аргументы об участии оппозиции в расстрелах на Майдане и даже косвенной причастности лидеров оппозиции к расстрелам, эти расследования сегодняшняя украинская власть осуществлять не будет. Она включена в комплекс зависимостей, что исключает честное расследование произошедшего на Майдане», — отмечает он в комментарии Ukraina.ru.

А это значит, что расстрелы на Майдане будут, как и убийство американского президента Джона Кеннеди, так будоражить умы любопытных еще долгие десятилетия. Правды же, по крайней мере, при этой власти, не узнает никто.