В Донбассе успешно завершился долгожданный и самый массовый в истории обмен пленными между ДНР и ЛНР, с одной стороны, и Украиной — с другой. По сути, речь идет о единственном пункте Минских соглашений, который удалось выполнить, пусть и с оговорками. Киев приписывает все заслуги себе и, как обычно, лжет, но главный вопрос сейчас в том, куда двигаться дальше.

В общей сложности Донецк передал украинской стороне 58 пленных, а получил — 165. Луганск отдал 16 человек, а вернул 74. В целом Украина должна была передать непризнанным народным республикам 306 военнопленных, но это число уменьшалось на глазах даже в день обмена, поскольку некоторые из них были освобождены ранее или же отказались возвращаться на территорию ЛДНР.

Обмен пленными между Киевом и народными республиками (онлайн)
© РИА Новости, Сергей Аверин | Перейти в фотобанк

Последний обмен пленными состоялся 15 месяцев назад, но тогда подобные акции проводились разово, по особым договоренностям и очень долго готовились. Согласно Минским соглашениям, обмен должен был проходить по формуле «всех на всех» и одномоментно. Но сперва процесс погряз во множестве формальностей, а затем был превращен Киевом в очередной инструмент пропаганды. Особенно популярны были истории о «невозвращенцах», «осознавших вину» за годы пребывания в украинских тюрьмах.

В среду именно они доставили дополнительные хлопоты организаторам, поскольку этих людей требовалось привезти на место обмена и заново при свидетелях из Красного креста опросить — действительно ли они желают остаться на территории Украины.

Обмен происходил на нейтральной территории между Горловкой и Майорском в районе чрезвычайно востребованного у местного населения КПП. Дорога там узкая и неудобная (два полосы в обе стороны), обочины заминированы. Тем не менее КПП под Майорском посчитали наиболее удачным местом для действа, хотя с обеих сторон в одночасье сгрудилось порядка 100 автомобилей.

В остальном процедура прошла без каких-либо существенных проблем или инцидентов, хотя и началась с двухчасовым опозданием: украинская сторона опоздала к месту обмена по причине общей безалаберности.

Среди обмененных с обеих сторон не только военнослужащие или иные комбатанты — участники военных действий. Например, украинская сторона должна была передать представителям Донецка гражданина России Евгения Мефедова — активиста «Антимайдана», обвиняемого в «организации беспорядков» в Одессе в мае 2014 года, когда в результате поджога Дома профсоюзов погибли 48 человек. Киев в последний момент заявил, что Мефедов якобы отказался от обмена, как и еще восемь человек, сам Мефедов это опровергает. Иначе говоря, налицо откровенный обман. Судьбу этих лиц теперь требуется перепроверить, а Меркель с Макроном уже призвали к обмену и оставшихся пленных.

В целом число задержанных и осужденных только по одной 111-й статье УК Украины (госизмена) уже исчисляется тысячами. Но мало кто из них может подлежать обмену, поскольку эти граждане не были задержаны на территории ЛДНР или взяты в плен в ходе боевых действий.

Тем временем президент Украины Петр Порошенко в новеньком военном камуфляже и с залихватски заломленным беретом спецназа на голове вылетел в Харьковскую область. Учитывая комплекцию его тела, выглядело это не столько устрашающе, сколько комично. Глава государства собрался лично встречать освобожденных в аэропорту Харькова и приветствовал первых из них по телефону, о чем тут же отчитывался в соцсетях.

Первым поздравленным стал Игорь Козловский — бывший преподаватель Донецкого университета, сторонник возрождения казачества и «козацького духа», советник гетмана Кальмиуского куреня по делам религии, казачий генерал-полковник, президент Школы айюрведы-йоги-тантры Центра Дискавери и автор книги «Кундалини йога: введение в теорию и практику». Он был осужден в Донецке на два с половиной года за шпионаж.

Вторым — некий киборг Морозов. Киборг в данном случае — это профессия.

Таким образом, обмен пленными и удерживаемыми лицами по принципу «всех на всех» (хоть и тут украинская сторона пыталась схитрить в каждом конкретном случае) на данный момент — единственный пункт Минских соглашений, выполненный до конца. Пусть и с оговорками, со скрипом и под большим давлением со стороны не только Кремля, но даже и РПЦ. Пусть на самом деле всех на всех и не получилось — ДНР будет настаивать на втором этапе обмена. И все равно считается, что это событие сможет хоть как-то разблокировать переговорный процесс, причем не только непосредственно те его подсистемы, что функционируют в Минске, но и параллельные типа встреч Сурков-Волкер. Известно, что эти неформальные консультации были прерваны именно из-за того, что дата обмена пленными неоднократно переносилась.

В Киеве с преувеличенным, практически подростковым восторгом относятся к миссии спецпредставителя США Курта Волкера. Там почему-то считают его чуть ли не ангелом-хранителем Украины и возлагают особые надежды. Теперь, после обмена, на котором особенно настаивала именно российская сторона, Волкер на своей четвертой встрече с Сурковым якобы будет в ответ настаивать на обсуждении деталей «предполагаемого» введения на Донбасс неких миротворческих сил ООН. Именно так на Украине видят «разблокирование переговорного процесса».

Между тем Москва не собирается обсуждать какую-либо международную миротворческую операцию на Донбассе на тех условиях, на которых публично настаивает Волкер (и Киев, разумеется, тоже). А обмен пленными в принципе никак не связан с подобного рода переговорами с формальной точки зрения. Это действительно едва ли не первое свидетельство воплощения Минских соглашений в жизнь, но все остальные, в первую очередь политические их пункты, Украиной не выполняются. Так что «разблокирование переговоров» — это может быть, но не для обсуждения хотелок Киева, а для дальнейшей реализации минских букв и никак иначе.

Конечно, обмен пленными — акция в первую очередь гуманитарная. Но если она прописана в цепочке соглашений по мирному урегулированию, то приобретает статус важной ступени, если хотите — точки на «дорожной карте», как любят выражаться наши западные партнеры. Следовательно, относиться к ней следует не только как к поводу попиариться (а именно этим занята украинская сторона в целом и Порошенко в частности), а как к выполнению заранее достигнутых договоренностей.

Другое дело, что разница в подходах Киева, Донецка-Луганска и Москвы к дальнейшему политическому и дипломатическому процессу настолько существенна, что сложно надеяться даже на «разблокирование» переговоров в сжатые сроки. Да и сводить все к встречам Сурков-Волкер было бы слишком просто. Если бы все проблемы можно было решить путем посиделок неких двух дипломатов, то тогда и минский процесс можно отменить, и про «нормандский формат» забыть, и на волеизъявление народа наплевать.

Формат Сурков-Волкер может «сверять часы» и определять те рамки, за которые стороны не выйдут даже на максимуме своих уступок. Возможно, что именно с целью определить эти рамки Волкер и позволяет себе непозволительные с точки зрения дипломатии высказывания. Но, с другой стороны, американские дипломаты, держащие себя в руках и не учащие туземцев жить, вообще встречаются довольно редко.

В конце концов, если бы не жесткая позиция Москвы (в том числе и отказ Суркова от новой встречи с Волкером до обмена пленными) и последовавшее за этим давление американской стороны на Киев, никакого обмена пленными вообще бы не было. Так что человеколюбием и гуманизмом из Киева в данном случае не пахнет, чего бы ни заявляла местная пропаганда.

А пока остается порадоваться за тех, кто после нескольких лет пребывания в плену и в украинских тюрьмах получил возможность вернуться на Родину. Если ради этого нужно было накричать на одного американца и припугнуть сотню киевлян, то оно того стоило.

Евгений Крутиков

Оригинал публикации