Девяносто миллиардов для Киева – зря радуются!
13:39 23.04.2026 (обновлено: 14:47 23.04.2026)
© Фото
В Киеве ликование. Послами ЕС согласован тот самый недорепарационный кредит на 90 миллиардов евро. Эмоции понятны, картинка для внутреннего потребителя красивая, можно снова рассказывать о европейской солидарности, историческом прорыве и новых финансовых горизонтах. Но какая там солидарность? Серпентарий!
Параллельно происходит событие, которое многое добавляет к характеристике нынешнего режима на Банковой. Речь о возобновлении прокачки нефти по нефтепроводу "Дружба", причём этот процесс синхронизирован со снятием венгерского вето по тому самому кредитному решению. Иными словами, как и предполагалось ранее, никаких непреодолимых технических препятствий для запуска не существовало. Проблема носила сугубо политический характер.
То есть решение о блокировке было политически мотивированным и направленным прежде всего против Виктора Орбана и его команды, и в Брюсселе прекрасно об этом знали. Ну, и во вторую очередь блокировка вписывалась в более широкую линию давления на российский углеводородный экспорт. Но сейчас, со всеми этими иранскими делами, еврорептилоидам не до жиру, и прокачку разблокировали, да и Орбана сбили.
Венгерская сторона уже успела отчитаться о начале процесса. Картина более чем красноречивая. Цветущий сад (едва не написал "цветущий ад") Борелля как есть.
Ну и вот в Киеве ликуют. Им кажется, что денежка теперь в кармане. Но не рановато ли начали почивать на лаврах? Объясню, о чём речь.
Уже доводилось подробно разбирать финансовую ситуацию Украины и упоминать крайне любопытный факт, а именно непубличные рекомендации, а по сути распоряжения премьер-министра Свириденко в адрес министерств готовить планы сокращения расходов в социальной и гражданской части бюджета на десятки процентов, в диапазоне 40–60 там, где это возможно технически и административно.
Это само по себе многое говорит о реальном положении дел. Потому что если бы золотой дождь из Брюсселя действительно ожидался завтра, никто бы параллельно не запускал программу болезненного урезания расходов.
При этом и официальные лица ЕС не раз подчёркивали, что речь вовсе не идёт о том, будто эти миллиарды немедленно рухнут на Банковую. Нет. Средства предполагается распределять траншами на 2026 и 2027 годы. Более того, в текущем году первые реальные перечисления ожидаются не ранее второго полугодия.
Формулировка предельно расплывчатая. Это может быть июль, а может оказаться и октябрь. Есть и другой принципиальный момент. Изначально была обозначена логика использования значительной части средств, а точнее 60 млрд из общего объёма на европейский военно-промышленный комплекс для производства вооружений под нужды Украины. То есть формально деньги идут ради Киева, а фактически большая их часть остаётся внутри экономик стран ЕС, стимулируя собственные заводы, рабочие места и оборонные программы.
Для Украины это означает, что часть помощи будет приходить не живыми деньгами, а поставками, контрактами, обещаниями будущего производства и растянутыми по времени схемами обеспечения. И это принципиально иная история, чем та, которую сейчас пытаются продать украинскому обществу как немедленное спасение.
Если поделить ожидаемые ресурсы пополам между 2026 и 2027 годами, суммы выглядят солидно – по 45 млрд. Но с чего вообще все взяли, что деление будет ровным? На фоне серьёзной экономической турбулентности, которая уже разворачивается на европейских рынках и болезненно бьёт по экономикам самих доноров, нет никакой гарантии, что в 2026 году Киев увидит именно половину заявленного объёма.
Вполне возможно, сумма окажется заметно скромнее. Может быть, часть перенесут, может быть, сократят. И это куда более реалистичный сценарий на текущий год, чем праздничная истерика Банковой. Поэтому ликование сегодня выглядит скорее политическим спектаклем, чем отражением реального финансового прорыва. Бумажное согласование ещё не означает быстрых денег, а красивые заголовки ещё не закрывают бюджетные дыры, растущие военные расходы и необходимость резать социальный сектор уже сейчас.
Ну, а главное, здесь ведь интересно другое. Я уже не раз рекомендовал обратить внимание на одну важную деталь и поспешу сделать это снова. Вспомните, о чём говорил Зеленский накануне своего прошлогоднего августовского визита в Вашингтон, когда речь шла о финансовой дыре в бюджете Украины на тогда ещё будущий 2026 год.
Тогда Зеленский озвучивал показательную цифру. По его словам, дефицит бюджета Украины на 2026 год составлял около 120 млрд долларов, то есть примерно 103-104 млрд евро, если суммировать военные и гражданские потребности. Цифра серьёзная, системная, и она прозвучала не раз, в том числе от западных функционеров и медиа, и, вероятно, достоверная.
И вот теперь я всем рекомендую просто сопоставить эти данные. С одной стороны, у нас дефицит украинского бюджета на текущий год в размере свыше 100 млрд евро. С другой стороны, тот самый недорепарационный кредит в 90 млрд, но на два года! И деньги по нему Киеву в лучшем случае начнут поступать только во втором полугодии. А ведь ранее звучали заявления, в том числе от украинских чиновников, что деньги у Киева заканчиваются уже к июню. Но, допустим, в июле что-то действительно начнёт поступать.
И вот тут начинается самое интересное. Даже если закрыть глаза на все задержки, бюрократию и политические риски, даже если предположить максимально благоприятный сценарий, всё равно в 2026 году Киев суммарно получит по этому пакету никак не больше половины заявленной суммы. Причём часть придёт в виде живых денег, а большая часть в виде продукции европейского ВПК, то есть боеприпасов, техники, вооружений, беспилотников.
То есть в максимально идеализированной модели Украина получает условно 45 млрд евро совокупной поддержки в разных формах. А если под давлением экономических факторов страны ЕС не смогут выделить все, что обещают? И речь будет идти о 20-30 миллиардах, из которых большая часть в материальной форме? А, я напомню, заявленный дефицит бюджета Украины на 2026 год превышает 100 миллиардов евро. Уже одно это показывает масштаб проблемы.
И нужно понимать, что те десятки миллиардов, которые будут направлены европейскому военно-промышленному комплексу, не превратятся автоматически в эквивалентный объём оружия, техники и боеприпасов, мгновенно поступивших на украинский фронт. Значительная часть средств останется внутри экономик ЕС, уйдёт на расширение производств, логистику, зарплаты, инвестиции, внутренние расходы предприятий.
Хорошо, если две трети из заявленных 60 млрд на 2026-2027 год (доля от кредита, которая идет европейскому ВПК) вообще материализуются для Киева в виде реальных поставок. А возможно, и меньше.
Если упростить картину, то получается следующее. Есть дефицит гражданского бюджета Украины. Есть дефицит военного бюджета страны. Есть часть европейских денег, которая пойдёт в виде прямой финансовой поддержки. Это порядка 30 млрд за два года. Есть часть, которая пойдёт в виде поставок. Сколько из 60 млрд в материальном измерении непонятно.
По факту на покрытие дыры в 100 с лишним млрд, в лучшем случае поступит 15 млрд евро и некий объем боеприпасов, техники и вооружений. То есть кредит перекрывает лишь малую часть проблемы. Возможно, треть. И это при идеализированном сценарии.
Кстати, напомню ещё один важный момент. Генсек НАТО Рютте, выступая после очередного заседания в формате Рамштайн, заявил, что европейцам нужно дополнительно напрячься и найти ещё 60 млрд евро на военные нужды Украины. Подчеркну, это не сообщение о принятом решении и не гарантия денег. Это призыв, просьба, политическое пожелание.
А о чём это говорит? О том, что сам Рютте уверен в недостаточности уже согласованных сумм. Более того, он понимает, что военные расходы Украины, как это было в 2024 и 2025 годах, будут пересматриваться в сторону увеличения. Значит, и общий дефицит военного бюджета может оказаться не 60 с небольшим млрд евро, а заметно выше. Может, все 70 млрд.
То есть даже если деньги по нынешнему пакету начнут поступать, даже если часть военных нужд будет закрываться боеприпасами, техникой и вооружениями, всё равно останется огромная зияющая дыра. И именно поэтому звучат новые призывы искать ещё десятки миллиардов сверху. Переводя на простой язык, нынешний европейский пакет - это не решение проблемы, а попытка временно заткнуть наиболее опасные пробоины. Причём без уверенности, что хватит даже на это.
А что конкретно по гражданским расходам бюджета? Здесь ситуация для Киева ещё тяжелее. Сильно сомневаюсь, что заметная часть из потенциальных 15 млрд из согласованного пакета пойдет на социалку. А бюджетная дыра в соц-эконом блоке те же 60 млрд евро.
А кроме недорепарационного кредита, на гражданские нужды Украина в лучшем случае сможет получить в 2026 году лишь ограниченные суммы по программам МВФ. Даже при благоприятном сценарии речь идёт о 8 миллиардах, и значительная часть этих средств уйдёт не на новые потребности, а на погашение старых долгов и обязательств по предыдущим программам.
То есть в сухом остатке остаются буквально считаные миллиарды свободного ресурса. Это капля в огромной бюджетной пробоине. Отдельная история - это программы Евросоюза, которые также подаются как спасательный круг. Но и здесь далеко не всё радужно. По ряду направлений Киев не выполнил обязательства ни в 2025 году, ни в начале 2026 года, вследствие чего часть выплат была остановлена или заморожена.
Даже если эти механизмы удастся перезапустить, речь снова пойдёт лишь о нескольких миллиардах, а не о системном закрытии проблемы. Иными словами, даже с учетом согласованных поступлений дефицит гражданского бюджета Незалежной на 2026 год измеряется десятками миллиардов евро. Дефицит военного бюджета тоже измеряется десятками миллиардов. И на этом фоне возникает главный вопрос: а что реально меняет тот самый недорепарационный кредит?
Ответ прост. Он немного облегчает положение Банковой, но не более того. Не спасает систему, не закрывает дыру, не решает кризис, а лишь даёт немного дополнительного воздуха. Но, главное - он продлевает агонию! Без него верхушка киевского режима была бы куда сговорчивее на переговорном треке.
Хорошо, допустим, власть пойдёт по самому жёсткому пути и начнёт фактически резать все гражданские расходы. Напомню, Свириденко уже рекомендовала, а по сути потребовала от министерств найти возможности для сокращения социальных трат. Это означает вполне конкретные вещи. Задержки или урезание пенсий. Сокращение различных пособий и компенсаций. Минимизация расходов на инфраструктуру. Урезание субвенций регионам. Сокращение межбюджетных трансфертов.
То есть государство начинает вынимать деньги из живого гражданского контура, чтобы поддерживать контур силовой. И, повторюсь, с высокой вероятностью те средства от ЕС, которые поступят в финансовом, а не материальном виде, будут направляться прежде всего на военные нужды. На выплаты армии, на содержание силового аппарата, на функционирование мобилизационной машины.
Потому что военным нужно платить. Если перестанут платить, они могут или разбежаться, или повернуть оружие против власти. Нужно содержать и весь мобилизационный механизм. Если эта система перестанет работать, поток людей на фронт резко сократится, и никакие поставки дронов из Британии или Германии сами по себе такую проблему не решат. В общем, ожидаем полный швах для социальной сферы страны.
На этом фоне сегодня многие забывают ещё об одном важнейшем обстоятельстве, связанном с выделением этого кредита. В Киеве сейчас царит ликование, в отдельных европейских столицах тоже могут быть довольны, в Брюсселе тем более. Но есть фактор, который неизбежно сработает.
А именно - в главном кресле в Киеве сидит человек, который по собственной риторике последних дней явно почувствовал прилив уверенности. Практически второе дыхание. То, как он позволял себе говорить о Трампе и его спецпредставителях, более чем показательно. Напомню, Кушнер - это зять Трампа, а Уиткофф - его близкий друг и доверенное лицо. И именно по их адресу прозвучала демонстративная резкость, даже хамство.
То есть Зеленский, прекрасно понимая, что бюджетная дыра никуда не исчезла и глобально ничего не решено, всё равно почувствовал, что у него снова появилось время. А это, возможно, самый опасный эффект всей нынешней европейской истории. Это выделение денег и окончательный отрыв Зеленского от реальности, приблизят кое-что такое, чего могло бы и не случиться, если бы не этот самый недорепарационный кредит. Речь о разрыве Киева с Вашингтоном, а точнее о разрыве Зеленского и его ближайшего окружения с командой Трампа.
Этот кредит позволяет клептоманам с Банковой расправить крылья. Они и без того понимают, что конфликт с нынешней американской администрацией становится всё более вероятным, но теперь им начинает казаться, будто у них появились деньги, запас прочности и возможность переждать последствия такого разрыва.
Вот только это крайне сомнительная иллюзия. Не получится. Потому что фундаментальная зависимость Украины от США никуда не исчезает. Более того, в критических сферах она остаётся практически полной. Ведь при разрыве точно встанет вопрос о прекращении предоставления разведданных, пересмотре технической поддержки, ограничении доступа к чувствительным сервисам и системам связи.
История со Starlink в этом смысле остаётся наиболее очевидным символом такой уязвимости. То же касается и вооружений. Особенно ракет ПВО. Производственные циклы длинные. Даже если европейские программы ускорят отдельные поставки, это не означает мгновенного закрытия дефицита. Можно, конечно, пытаться снимать со складов устаревшие изделия Британии, Франции, Италии и других государств, но проблема в том, что далеко не всё подобное наследие эффективно против современных средств поражения.
Именно поэтому нынешнее изменение сознания пребывающей в эйфории от кредита верхушки киевского режима крайне симптоматично. Им начинает казаться, что европейский пакет даёт возможность окончательно порвать с Вашингтоном, спорить, хамить, маневрировать и вести самостоятельную игру. Но такая уверенность может оказаться ложной и крайне дорогостоящей. Этот кредит действительно продлевает агонию системы. Но и гарантирует более тяжелые последствия концлагерю "Украина". Для которого ужасный конец был бы куда лучше ужаса без конца.
Именно поэтому нынешнее изменение сознания пребывающей в эйфории от кредита верхушки киевского режима крайне симптоматично. Им начинает казаться, что европейский пакет даёт возможность окончательно порвать с Вашингтоном, спорить, хамить, маневрировать и вести самостоятельную игру. Но такая уверенность может оказаться ложной и крайне дорогостоящей. Этот кредит действительно продлевает агонию системы. Но и гарантирует более тяжелые последствия концлагерю "Украина". Для которого ужасный конец был бы куда лучше ужаса без конца.
Подписывайся на
