Почему клинит ЕАЭС.

К высокой политэкономической дискуссии "какие предприятия спасать за счёт ФНБ" в правительстве добавилась дискуссия между Сергеем Глазьевым и Центробанком.

Но если первая имеет признаки лоббистского конфликта, то вторая носит характер публичного выяснения отношений. Глазьев из позиции "евразийского" министра говорит, что финансовая политика Центробанка не суверенна, не эффективна и ущербна. ЦБ отвечает, что, мол, "не ваше дело, так как не понимаете, как все у нас устроено".

Если отвлечься от идей и спуститься на тактический уровень принятия решений, то мы увидим, что в ЕАЭС такой же управленческий ступор, как и везде.

Богдан Безпалько объяснил, зачем Россия снабжала белорусскую экономику кредитами и дешевой нефтью
Богдан Безпалько объяснил, зачем Россия снабжала белорусскую экономику кредитами и дешевой нефтью
© РИА Новости, Владимир Трефилов

На днях межправительственный совет ЕАЭС не смог договориться о тарифах на транспортировку газа. Решение отложили на рассмотрение президентов.

Если главы правительств неспособны договариваться о таких простых вещах, как тарифное регулирование, то естественно, что площадку ЕЭК используют исключительно как публичную и лоббистскую. Мясникович продвигает "белорусское видение" евразийской интеграции, где в центре повестки единые тарифы на нефть и газ. Глазьев занимается любимым делом — критикует финансовую политику.

ЕАЭС превращается в VIP-площадку для продвижения каких угодно инициатив. Все принципиальные решения спускаются на национальный уровень, а сложные вопросы отдаются на суд президентов.

Эта история будет тянуться до тех пор, пока у власти будут находиться представители ещё "советского" поколения политиков. Как только на сцену выйдет поколение без "советского" опыта — в ЕАЭС начнёт заклинивать в том числе и президентский контур принятия решений.