Друзья мои! У меня просто замечательные новости.

Весна таки пришла. 17 октября я отправлюсь в Генеральную прокуратуру и получу уточненное подозрение. Да-да. Пришло время ответить за «похищенные средства на исследования по евроинтеграции».

По всей строгости закона и со всеми неизвестными мне «соучастниками».

Как я такое люблю! Какой сильный ход, мсье Рябошапка!

Напомню, что первоначально подозрение мне было состряпано 28 мая 2015 года.

Тайны зеленского двора — о чем рассказал пресс-фастфуд президента
Тайны зеленского двора — о чем рассказал пресс-фастфуд президента
© REUTERS, Gleb Garanich | Перейти в фотобанк

Правда, уведомили о нем не меня и защиту. Первым делом ГПУ посчитало необходимым уведомить… госпожу Верховного представителя ЕС Могерини. С отметкой «конфиденциально».

Так появилась моя «конфиденциальная пидозра». Для того, чтоб ЕС не снимал с меня придуманные для унижения и расправы санкции. Потом была «блестящая операция» по моему задержанию, немного тюрьмы, залог и масса выигранных у ГПУ и ее функционеров судов.

Рядом были прекрасные друзья и тома хлама из ГПУ.

Шли годы.

Имущества в ЕС никто не нашел. Санкции были сняты. Дело пылилось на полках, переезжая то в САП, то в НАБУ, то в опять в ГПУ….. Но закрывать его боялись все причастные.

Само следствие было приостановлено именно ГПУ с высокой целью получения международно-правовой помощи из Канады. Не спрашивайте меня: что там в Канаде? Я не знаю. Обычная процессуальная уловка, чтоб дело не закрывать.

Дошло до того, что даже Луценко пришлось публично заявить, что у Генеральной прокуратуры недостаточно доказательств для предъявления мне обвинения, и его замы отказываются что-либо подписывать в отношении меня.

Короче. Искали и ловили меня с 2014 года при Махницком, Яреме, Шокине, Севруке, Луценко, но нашли при Рябошапке.

Ну и славно. Весна таки пришла. До встречи, новая команда.