Николай Злобин о геополитическом выборе России, США, Германии и Украины
Николай Злобин о геополитическом выборе России, США, Германии и Украины
© РИА Новости, Нина Зотина
- Николай, Байден в речи о России перепутал фамилию Путина. Сказал «президент Клутин». Как такое могло произойти? Он действительно не помнил, как зовут российского президента? Или это было сделано намеренно?

— Байден постоянно оговаривается, говорит невнятно, путается. Это нормально для него. Врачи считают, что это потому, что он в молодости, в подростковом возрасте, страдал от сильного заикания и прошёл соответствующий курс речения. На интеллектуальные способности это никак не влияет.

— Николай, в последнее время очень сложно стало понимать логику администрации США. Пролейте свет, что происходит: почему Байден вначале называет Путина убийцей, а потом сам звонит ему и предлагает встречу? Что это за странные политические качели?

— Я думаю, надо принимать в расчёт разницу в американском и российском политических менталитетах. С точки зрения американского политика типа Байдена, никакого нарушения логики нет. Можно сначала назвать человека убийцей, потом позвонить ему и предложить встретиться, а потом буквально через два дня ввести новый пакет санкций против страны, которую он возглавляет. И при этом сказать, что ты хочешь стабильных и предсказуемых отношений с этой страной.

Это не вопрос, хорошо или плохо, это вопрос американской политической культуры.

Злобин рассказал, почему Зеленский поехал на фронт в Донбасс
Злобин рассказал, почему Зеленский поехал на фронт в Донбасс
© пресс-служба президента Украины
Россия и россияне считают, что вот есть, например, во внешней политике дружественные страны, а есть страны враждебные. С дружественными странами надо дружить, поддерживать хорошие отношения, идти на взаимные компромиссы, договариваться, делать, если надо, что-то в ущерб своим интересам, короче —  дружба по широкому фронту. Или всё, или ничего.

Американская система мышления работает по-другому. Дружить, сотрудничать и враждовать следует по конкретным поводам. По проблемам, которые интересуют США. С одной и той же страной одновременно можно тесно и доверительно сотрудничать по одному вопросу и сильно противостоять друг другу по другому вопросу. Можно сегодня быть врагом, а завтра союзником, и наоборот. То есть отсутствует понятие дружбы между странами в российском смысле этого слова.

Всем правят интересы. Если американские национальные интересы требуют разговора с Россией по каким-то вопросам, Байден позвонит Путину и предложит встретиться. При этом, если по другим вопросам американские интересы потребуют наказать Россию, он не задумываясь это сделает.

У России внешнеполитические традиции другие, и логика её поведения другая. Что касается эффективности одного и другого подхода, это вопрос для интерпретации. Однако надо иметь в виду, что американцы всегда играют вдолгую и меньше уделяют внимания тактике. Они мастера игры вдолгую и провальные игроки в короткую игру.

Другими словами, они всё время перед собою ставят задачу победить в войне, а не выиграть каждую конкретную битву. В результате они проигрывают много битв, на что не обращают внимания, имея в виду главную цель.

Многие страны работают по-другому и видят задачу в выигрыше битв одну за другой. И, как правило, проигрывают войны, в конце концов. Поэтому, если говорить о том, как должна реагировать Россия, то она должна реагировать исходя не из того, что делают или не делают американцы, не из того, что они предлагают, а исходя их своих национальных интересов.

— Каковы на сегодняшний момент национальные интересы России и США?

— У американцев сейчас есть интерес к разговору с Россией по ряду проблем, включая Украину. Главный вопрос для России сегодня заключается в следующем: с точки зрения её национальных интересов есть ли у неё необходимость говорить с Америкой, есть ли необходимость соглашаться на саммит, что ей говорят её национальные интересы? Нужен ли России сегодня разговор с Америкой? А если да, то конкретно по каким вопросам? Совпадает ли список этих вопросов с тем, что предлагают американцы?

И главное — с точки зрения долгосрочных интересов России — как ей поступить в этой ситуации?

После нескольких лет уверений, что Москва готова к разговору в Америкой в любом формате на любом уровне по любым вопросам, что это Америка виновата в том, что диалог прервался и что, как только Америка захочет, Россия готова вернуться к диалогу. Может ли Россия сегодня от этого диалога неожиданно отказаться? В её ли это национальных долгосрочных интересах или нет? Это вопрос для Кремля.

Речь идёт не только об отношениях России и США, речь идёт и о том, как будет формироваться новый миропорядок. Как миром будет воспринят возможный отказ России от предложенного американцами саммита? Сможет ли Россия найти площадку, где ей удастся заявить свои позиции столь же громко, как на встрече с Байденом? Сумеет ли Россия перехватить внешнеполитическую повестку дня у американцев?

Мне кажется, американцы поставили Москву в трудную ситуацию выбора. Соглашаться на саммит или отказываться? Начинать подготовку к нему или не начинать? Как реагировать на новый виток санкций? Путём эскалации на востоке Украины или через затягивание переговоров? Или через максимальное обострение отношений с США и, скажем, с Европой по поводу «Северного потока – 2»? У Москвы сегодня есть варианты выбора, посмотрим, что она предпочтёт.

В любом случае российско-американская встреча на высшем уровне, успешная или неуспешная, будет событием мирового порядка и вернёт Россию на политический олимп глобальной политики.

— А когда она его покинула, по Вашему мнению?

— С распадом СССР. Американцы в течение четверти века не воспринимали Россию как равного соперника, сегодня эта ситуация может начать меняться.

— Николай, каков Ваш прогноз: состоится ли саммит? И прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию с новыми санкциями.

«Ни ястреб, ни голубь». Политолог Злобин сказал, почему Зеленского можно только пожалеть
«Ни ястреб, ни голубь». Политолог Злобин сказал, почему Зеленского можно только пожалеть
© пресс-служба президента Украины
- Подготовка к саммиту начнётся с обеих сторон. Рано или поздно он состоится, что касается санкций, то к этому надо давно привыкнуть, санкции, особенно односторонние, стали популярным инструментом осуществления внешней политики многих стран мира. Мировая политика вступила в санкционный период. Я думаю, он будет продолжаться довольно долго.

Слово «санкции» не отражает суть явления, необходимо какое-то новое слово, которое будет отражать то, что происходит в глобальной политике, потому что санкции подразумевают что-то ограниченное во времени и пространстве. Сегодня это уже не санкции, это политика.

Что касается целей такой политики, как я уже Вам говорил в каком-то интервью, это максимально деглобализовать Россию, сузить её экономические и политические возможности в мире. Лишить её возможности расширить своё влияние, в том числе как мягкая сила. Загнать на обочину мировой политики, не дать выйти за пределы 2% мировой экономики и превратить по возможности в страну-изгоя.

Каждая из волн санкций эту задачу не решает и не может решить, но они постепенно набирают кумулятивный эффект и начинают действительно мешать России развиваться и продвигать свои интересы в мире. Это наверняка не последний набор санкций, которые будут использованы против Москвы. Американцы действуют довольно системно, и повторю ещё раз: они всегда играют вдолгую, они меньше интересуются выигрышем конкретной политической битвы, их интересует конечный результат.

Напомню, что даже в ходе холодной войны они уступали по очень многим вопросам. От контроля над Восточной Европой до проигрыша в космосе. Но они были нацелены на конечный результат и не концентрировались на своих тактических неудачах. Это принесло им успех. Из этого надо извлекать уроки. Успешная тактика не заменяет стратегию. Сейчас в ответе американцам Путину надо думать не о себе, а о российских интересах в исторической перспективе.