Государство под названием Объединённые княжества Молдавии и Валахии трансформировалось в Румынское королевство, продолжателем которого является современная Румыния. Персоны двух упомянутых монархов как нельзя лучше демонстрируют суть произошедшего сдвига.

Последним «полным» господарем на молдавско-валашском троне был представитель знатного рода молдавских бояр Александру Куза. Первым королём стал выходец из немецкого католического семейства Гогенцоллернов-Зигмарингенов, приходившийся ещё и родственником Бонапартам (по материнской линии), прусский офицер по имени Карл. В румынскую историю он вошёл под именем Кароль I.

Определяющее значение при выборе кандидатуры Карла имело одобрение её французским императором Наполеоном III и премьер-министром Пруссии Отто фон Бисмарком. Заметим, что всего за 35 лет до тех событий российский управляющий Дунайскими княжествами Павел Киселёв, по сути, единолично утверждал «Органические регламенты» (Конституции) для этих государственных образований и занимался их реформированием.

Почему же так существенно изменилась расстановка сил на Нижнем Дунае?

Крымская война и завершение русского протектората над Румынией

Первая причина лежит на поверхности: это поражение Российской империи в Крымской войне, прервавшее фактический протекторат Петербурга над Дунайскими княжествами.

В ходе оформления послевоенного мироустройства в Париже европейские державы (Турция, Россия, Франция, Великобритания, Австрия, Пруссия и Сардиния) гарантировали княжествам их «независимое и национальное самоуправление» при османском суверенитете.

С подачи Франции провозглашалось создание политического объединения под названием Объединённые (Соединённые) княжества Молдавии и Валахии. В лице нового государственного образования Париж стремился создать барьер по пути на Балканы для Австрии и России.

Слияние могло бы быть и более радикальным, не будь противодействия Лондона. Великобритания стремилась соблюсти территориальную целостность Османской империи. На встрече Наполеона III и английской королевы Виктории в 1857 г. был достигнут компромисс: Молдавия и Валахия должны иметь одинаковые учреждения, но разные правительства.

Тем не менее спустя два года был сделан важный шаг в деле их интеграции. Собрания выборщиков избрали на престолы обоих княжеств одного человека — Александру Кузу. Так стал складываться режим личной унии. Османская империя и Австрия такому ходу событий сопротивлялись, но вынуждены были уступить под напором «европейского концерта», в том числе с участием России.

В ноябре 1861 г. конференция европейских послов в Константинополе дала согласие на следующий этап слияния. Создавалось единое законодательное собрание княжеств, которое утвердило единое правительство. Правда, Турция признавала такую форму интеграции лишь на время правления Кузы.

Господарь проводил энергичные преобразования, попутно унифицируя порядки в княжествах. Создавались единые вооружённые силы, светское образование, общая денежная система, телеграф. Войска переводились с русских на французские стандарты. Офицеры проходили обучение во Франции.

На основе французских аналогов были разработаны Уголовный и Гражданский кодексы.

В 1863 г. произошла секуляризация земель монастырей, многие из которых были зависимы от обителей в Малой Азии и на Ближнем Востоке. Так, под контроль государства перешло около четверти земельного фонда княжеств. Данный шаг способствовал повышению церковной самостоятельности от Константинопольского патриархата.

Через год Куза и вовсе фактически ввёл автокефалию Румынской церкви, поставив её под контроль своего правительства. Церковные преобразования господаря прямо поддерживались Парижем.

В 1864 г. господарь начал весьма амбициозную аграрную реформу.

Барщина и оброк отменялись на всей территории княжеств. Барщинные земли передавались крестьянам, их обрабатывавшим, в обмен на выкуп, который выплачивался с рассрочкой в 15 лет. В результате более 2 млн гектаров были распределены между 500 тыс. семей.

Однако эти преобразования спровоцировали продовольственный и финансовый кризисы.

В августе 1865 г. в Бухаресте произошли массовые выступления, и Париж стал подыскивать замену на румынский престол. Она была найдена с учётом интересов усиливавшейся Пруссии.

В последующем Берлин перехватил контроль над Румынией. Ведь Кароль I пошёл на заключение секретного соглашения с блоком Центральных держав в преддверии Первой мировой войны, и лишь сильные профранцузские настроения в румынском обществе помешали его реализовать в 1914 г.

Кстати, возведение Карла Гогенцоллерна на престол в Бухаресте противоречило международным правовым актам по Объединённым княжествам, поскольку их правителем мог быть лишь местный уроженец.

Османская империя пыталась в связи с этим оспорить избрание немца господарем. Однако европейские державы посоветовали султану воздержаться от силовых действий и признать нового румынского лидера. Что он и согласился сделать.

Румыния как часть европейского рынка

Вторая причина утраты позиций Россией и усиления влияния западноевропейских держав — экономическая.

Вытесняя Османскую империю с Нижнего Дуная, Россия создавала условия для усиления экономического присутствия здесь европейских «партнёров». Ключевое значение имели итоги русско-турецкой войны 1828—1829 гг. и заключения Адрианопольского мира.

Османская монополия на торговлю с Дунайскими княжествами (по сути, это форма полупринудительного изъятия продовольственных ресурсов) была отменена. В правление генерала Киселёва ушли в историю внутренние таможенные границы, расширились возможности землевладельцев по эксплуатации крестьян. Дунай стал свободным для навигации иностранных судов, чем вскоре воспользовались европейские торговцы.

Вскоре Молдавия и Валахия стали значимыми поставщиками зерна в европейские страны. В это время в Европе набирала обороты промышленная революция, население индустриальных центров быстро росло и нуждалось во всё больших объёмах продовольствия. Его отгрузку осуществляли дунайские порты Браил и Галац, которые стали составлять конкуренцию российской Одессе.

За 30-е гг. XIX в. посевные площади в Дунайских княжествах расширились почти в два раза. Здесь происходили те же процессы, что двумя десятилетиями раньше начались в российской Бессарабии: распахивались степи, вырубались леса, быстро росло население.

Тем временем с Российской империей экономическое сотрудничество не складывалось, поскольку основой экспорта княжеств и империи был однотипный товар — хлеб. Поставки румынских вин и фруктов быстро потеряли значение из-за налаживания их производства в южных губерниях России, в том числе и в Бессарабии. Российская промышленная продукция в условиях открытого румынского рынка не могла конкурировать с западноевропейскими аналогами.

Всё это привело к тому, что именно Париж, Лондон, а впоследствии — и Берлин стали основными экономическими партнёрами Бухареста. Альтернативу такому геоэкономическому развитию Дунайских княжеств могло создать лишь непосредственное включение в состав Российской империи их целиком либо частично (в частности, Молдавского княжества). Однако на такой шаг дипломатия Николая I не пошла.

Реформы и контрреформы правительства Николая I

Третья причина кроется в непоследовательной политике на Дунайском направлении самой Российской империи.

Социально-политические реформы Киселёва и поныне воспринимаются самими румынами как пример успешной модернизации Дунайских княжеств. Не зря, несмотря на все политические трансформации, одна из основных улиц Бухареста уже много десятилетий сохраняет имя этого российского государственного деятеля.

Киселёвскими «Органическими регламентами» вводилась выборность господарей (пожизненно) и законодательных собраний (на пять лет). К государственному управлению привлекались не только знатные бояре, но и провинциальные дворяне, зажиточные горожане. Формировались независимые суды.

Проекты государственного бюджета, новых налогов и других политических решений могли вводиться в действие лишь с согласия парламентариев. Все слои населения (включая крестьян) наделялись личными правами и свободами. Неприкосновенность жизни была закреплена даже за цыганами (чего раньше не было). Отныне в княжествах их запрещалось убивать.

Однако после прекращения полномочий Киселёва в 1834 г. и вывода из Дунайских княжеств российского военного контингента политическое развитие Молдавии и Валахии пошло вспять. Господари подмяли под себя парламенты, распространился боярско-чиновничий произвол, коррупция. В 1848 г. под влиянием европейских событий на Дунае вспыхнули революционные выступления.

Символично, что Петиция-прокламация с требованиями в адрес господаря Молдовы была принята на собрании оппозиции в ясской гостинице «Петербург». Первым требованием было неукоснительное соблюдение «Органических регламентов» Киселёва. Также протестующие требовали отмены цензуры, телесных наказаний, расширения политических свобод.

Для подавления революционных выступлений в Молдавию и Валахию вновь вошли российские войска. Их важнейшей задачей также был контроль границы с мятежной Венгрией. В кровопролитиях русские не участвовали, но их допускали союзные турецкие войска. Впервые со времён Петра I русские вступили на территорию Дунайских княжеств не для их освобождения от турок, а для поддержки коррумпированных местных правительств.

Румынское общественное мнение ещё больше отшатнулось от Российской империи после заключения ею Балта-Лиманской конвенции с Турцией в 1849 г. Документ существенно ограничивал автономию княжеств, приостанавливал деятельность парламентских учреждений. Отменялась выборность господарей. Отныне они назначались султаном по согласованию с императором на семь лет. Действие этой конвенции продолжалось вплоть до Крымской войны.

***

Таким образом, экспансия Российской империи на румынском направлении принесла очень скромные результаты.

Во время войны 1877—1878 гг. Турция из этого региона была вытеснена окончательно, но доминирующее положение здесь заняла не Россия, а западноевропейские державы. Показательно, что румынское общественное мнение не воспылало симпатиями к России даже после того, как по итогам последней русско-турецкой войны XIX в. Румыния наконец-то обрела государственную независимость.

Горький осадок у юго-западной соседки России оставила необходимость вернуть Петербургу контроль над Южной Бессарабией (полученной Объединёнными княжествами после Крымской войны). Не особо помогла даже территориальная компенсация Бухаресту в виде Северной Добруджи.

Неуспех Петербурга в «румынском вопросе» был обусловлен рядом объективных обстоятельств и управленческих ошибок.

В целом же этот опыт пополнил череду неудачных попыток создания у границ России буферных формально суверенных государственных образований, или кондоминиумов с другими государствами. Обладая менее мощной, чем европейские державы, экономикой и финансовой системой, Россия, как правило, проигрывала соревнование за политическое влияние над такими образованиями.

Гораздо большую эффективность на протяжении веков показал путь непосредственного соединения таких спорных территорий с Российским государством.

Так было с Малороссией (в XVII в.), Прибалтийскими владениями, Крымом и Правобережной Украиной (в XVIII в.), Финляндией, Бессарабией и Польшей (в XIX в.)