Реформа образования, которую с подачи министра образования и науки Лилии Гриневич вскоре должен рассмотреть украинский парламент, не вызывает такой шоковой реакции, которую встретили в обществе проект медицинской, пенсионной и земельной реформы. Тем более, что Гриневич достаточно умело избегает поводов говорить о конкретике предложенных ее ведомством инициатив, ограничиваясь обещаниями, что в результате изменений в образовательной сфере наши школы и вузы будут выпускать в большую жизнь «конкурентоспособных, современных патриотов, развитые личности, инноваторов, которые будут строить современное европейское будущее Украины».

Реформа среднего образования: на янтарь, в полицию или на фронт

Не сложно догадаться, что за этой пафосной и пустой риторикой кроется немало не самых приятных сюрпризов для украинских граждан. И дело не только в очередном этапе украинизации высшего образования, который открыто обещает Гриневич — хотя в этом направлении и без того произведены все мыслимые и немыслимые меры. Гораздо важнее то, что Верховная Рада утвердит принцип создания так называемых «опорных школ» на периферии, которое будет производиться за счет ликвидации остальных, расположенных рядом школьных учреждений. Это очень наглядно демонстрирует красиво визуализированный плакат сторонников реформы, который содержит три пункта реализации данной программы, и должен рекламировать ее украинцам:

— «Точечное улучшение материального состояния опорной школы».
— «Понижение ступени или закрытие близлежащих школ».
— «Доставка учеников школ-филиалов к опорным школам».

На самом деле, именно массовая ликвидация сельских школ, которая уже три года явочным порядком проходит в различных областях Украины, является главной задачей образовательных реформаторов, перед которыми стоит задача хотя бы частично сбросить с плеч государства обеспечение образовательной сферы.  Согласно планам, которые озвучивало министерство финансов, в стране закроют более 400 школ. При этом решение о закрытии будет принимать не министерство, а местные власти на городском и областном уровнях. Для этого необходимо будет внести соответствующие изменения в бюджет. Сокращение школ, при том, что финансирование программы работы школьных автобусов, которые должны возить в «опорные школы» детей из закрытых школ, постоянно реализуется с большими сбоями, можем привести к коллапсу системы среднего образования в целом. Из-за недофинансирования дети ездят в школы нерегулярно, ходят в них пешком, несмотря на темноту и мороз, или сидят дома, получая аттестаты задним числом, за магарычи от родителей учеников.

Таким образом, получение школьного, средне специального и высшего образования уже сейчас стало проблематичным для жителей сотен населенных пунктов. После реализации реформы, оно останется гарантированно доступным только для жителей местечковых элит. И уже в течение одного-двух поколений это окончательно закрепит социальное расслоение на селе и во всей Украине, где образование станет привилегией высших и средних классов, преимущественно представляющих городские слои. Большинство жителей периферийных областей страны будут грамотными лишь на столько, сколько это будет необходимо для того, чтобы дешево продавать свою рабочую силу аграрным баронам-латифундистам или криминальным «янтарным» мафиози. Ну а социальными лифтами останутся разве что полиция или армия —  что до мелочей напоминает ситуацию в странах Латинской Америки или Юго-Восточной Азии, где многие десятилетия внедрялись классические схемы антисоциальных реформ.

Реформа среднего образования: на янтарь, в полицию или на фронт

Однако, закрытие «убыточных» школ будет иметь множество других последствий для экономики и социальной сферы страны. Во-первых, это грозит увольнениями педагогов, которые не смогут трудоустроиться по специальности в своем населенном пункте. Согласно заявлению профсоюза работников образования и науки Украины, подобные инициативы уже в ближайшие два года могут привести к увольнению около 100 тысяч учителей. Новые рабочие места получат разве что преподаватели «научного национализма», выпускники семинарий и богословских школ — поскольку правительство давно анонсировало введение курсов «патриотического» и «духовного» воспитания.

Кроме того, ликвидация школы в целом негативно сказывается на социально-экономической жизни населенного пункта, делая его жизнь еще более бедной и криминализированной. «Закрытие школ в Украине грозит вымиранием поселков» — емко пишут об этом «Подробности». И действительно — это сразу же простимулирует дополнительную миграцию из неблагополучных регионов. Социально активные украинцы, которые, обычно, и без того не видят в родном селе никаких перспектив, но еще имеют какие-то средства, будут стремиться переехать туда, где их дети, по крайней мере, смогут получить образование. Такой отток населения в целом негативно скажется на экономическом развитии оставшегося без школы поселка. Вдобавок, многолетние наблюдения в странах Третьего мира показывают, что падение или рост уровня образования практически повсеместно коррелируются с динамикой роста преступности, которая особенно усиливается в подобных гетто, без школ и работы. И было бы наивно полагать, что нашпигованная нелегальным оружием, глубоко травмированная войной и нищетой Украина вдруг станет исключением из этого правила.

Стоит напомнить: все эти катастрофические последствия, заложенные только в одном из параграфов «образовательной реформы», являются прямым результатом диктата Международного валютного фонда, который навязывал сокращение школ и увольнение педагогов полностью послушному ему украинскому правительству в качестве одного из условий предоставления кредитных траншей. «Важное условие — сокращение учителей при оптимизации школ. Это самый болезненный вопрос. Но, к сожалению, не думать о нем нельзя. На сегодняшний день украинское образование крайне неэффективно: много малых школ, слишком много учителей работает в системе. И некоторые сокращения неизбежны», — говорил об этом польский эксперт Ян Герчински.

Реформа среднего образования: на янтарь, в полицию или на фронт

Впрочем, история отношения к вопросу о сокращении числа «лишних» школ вообще является ярким примером лицемерия нынешних чиновников от образования, которые прежде, находясь в оппозиции, активно выступали против сокращения школ, справедливо отмечая их важнейшую социальную функцию в жизни отдельно взятых поселков и всей страны. Тогда, при Януковиче, они заявляли, что государство ни в коем случае не должно экономить на образовании, в том числе, и за счет сокращения школ с небольшим количеством учащихся. Поскольку это лишит множество детей возможности получить образование. 

Так, в мае 2013 года депутат-оппозиционер Лилия Гриневич горячо протестовала против намерений закрыть всего лишь школу в одном из небольших сел Запорожской области: «Дети должны быть, по меньшей мере, обеспечены начальной школой и дошкольным учебным заведением в селе. Они могут в любом количестве (даже если это три ребенка) учиться в маленькой школе и при этом получить от начального образования то, что им нужно, а именно — любовь к обучению, желание познавать мир, читать, писать, то есть навыки начального образования. Такие учреждения, которые являются центрами социальной инфраструктуры в селе, нельзя закрывать, сколько бы они ни стоили», — говорила тогда нынешняя министр образования и науки.

Сегодня эти слова можно адресовать ей самой.