https://ukraina.ru/20260125/sovet-mira--plod-tscheslaviya-trampa-fedor-lukyanov-o-mnogopolyarnoy-gegemonii-ssha-i-igre-vokrug-1074771515.html

Совет мира — плод тщеславия Трампа. Федор Лукьянов о многополярной гегемонии США и игре вокруг Украины

Совет мира — плод тщеславия Трампа. Федор Лукьянов о многополярной гегемонии США и игре вокруг Украины - 25.01.2026 Украина.ру

Совет мира — плод тщеславия Трампа. Федор Лукьянов о многополярной гегемонии США и игре вокруг Украины

Первый год Трампа был удивителен именно тем, что вся его избирательная кампания была под лозунгом "Мы займемся внутренними делами, а вся эта шелуха, на которую тратили время и деньги демократы, нам не нужна". Но именно в первый год правления Трампа на виду была внешняя политика. Это парадокс.

2026-01-25T07:07

2026-01-25T07:07

2026-01-25T07:07

интервью

сша

европа

китай

дональд трамп

николас мадуро

марко рубио

оон

нато

украина

https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e7/02/03/1043226372_77:5:864:448_1920x0_80_0_0_440ff05c869db5694f27985b0b064fd1.jpg

Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал директор по научной работе Фонда развития и поддержки Клуба "Валдай", главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Федор Лукьянов.Нападение Соединенных Штатов на Венесуэлу было грубым вооруженным вторжением с десятками убитых и раненых, заявил глава МИД России Сергей Лавров 22 января на пресс-конференции по итогам деятельности российской дипломатии в 2025 году.— Федор Александрович, после того, как Трамп захватил Мадуро, все мировое сообщество промолчало. Со стороны России и Китая были протесты, но не было какого-то организованного ответа, действий той же ООН в виде, например, санкций против Трампа. С чем вы это связываете?— Трамп и некоторые его единомышленники явственно высказываются. В частности, Советник президента США по внутренней безопасности Стивен Миллер, один из идеологов трампизма, сказал следующее: "Давайте не будем лицемерить. В мире все решает сила. Кто ей обладает и готов применять, тот и на коне. Все остальное — псевдоюридические финтифлюшки".Это утрированная точка зрения, но она демонстрирует базу международных отношений, которая проявлялась неоднократно. Если ты решителен, резок и успешен в своих действиях (поставил задачу и решил), все это проглатывают.Венесуэла — это странное и нелинейное явление. Был там сговор или нет, мы не знаем, но провели операцию эффектно и профессионально. При этом все ожидали, что это традиционный для американской политики эпизод смены режима: убирают диктатора/наркоторговца и ставят своих людей. А тут вдруг этого не произошло.Они точечно изъяли одного человека, которого будут долго и мучительно судить. Суды в Америке — это отдельный мир. Процедуры и толкования законодательства — это их отдельный вид спорта. Конечно, Мадуро и его супругу жалко, вряд ли они уже из тюрьмы выйдут. Хотя, все может быть. Мало ли, кого на кого обменяют.Что хотят американцы от Венесуэлы? "Вы там сами разберитесь, но мы хотим, чтобы условия были для нас выгодны". Неслучайно Трамп говорит про нефть. Его соратники пытаются поправлять: не только же нефть, там демократические процедуры были нарушены. А Трамп отвечает: "Ну, это да, но вот же нефть".Конечно, вялая реакция мирового сообщества показывает, что международные институты не работают по сравнению с тем, как были задуманы. Никому не хочется связываться с США, потому что они важны для многих стран — в том числе для России. И для нас важны не только экономически. Скорее политически — вопрос в тонкой и длительной политической игре, которая ведется вокруг Украины. Ставки в ней слишком высоки. И для нас это важнее Венесуэлы.А Китай вообще не любит нарываться. Его позиция в этом плане не впечатляет. Это не значит, что Китай готов бесконечно терпеть, но он явно не хочет провоцировать дополнительные трения. Тем более, Трамп тоже ведет себя интересно. В первый срок и в начале второго срока он высказывался в духе: "Сейчас мы Китаем займемся всерьез, они нас обижают". Сегодня мы этого почти не слышим. Даже в обновлённой стратегии национальной безопасности про Китай очень аккуратно сказано.— Почему?— Трамп вдруг понял, что Китай уже не тот, что в прошлом. Если просто попытаться вырвать у него то, что ты хочешь, получишь в ответ. США сначала объявили высочайшие пошлины, а Китай в ответ ограничил экспорт редкоземельных металлов. Вроде бы договорились об откате назад и те, и другие.Вернемся к вашему вопросу. Венесуэла показательна в двух смыслах. Во-первых, сейчас на международные правила можно смотреть как на реликт прошлого. А второй аспект компенсирует первый: даже такая могущественная страна как США осознает пределы своих возможностей. Влезть в Венесуэлу с полноценной сменой режима, завязнуть там и разбираться с местной герильей Трампу не импонирует. Внутриполитический эффект есть. Соседние страны притихли. При этом издержки минимальны. США получили, что хотели, и быстренько свалили. Не знаю, насколько это профессионально, но эффект есть.— Вы согласны с мнением, что в южноамериканских странах происходит "правый поворот". Это означает, что левые идеи теряют популярность, а выразители этих идей не справляются с вызовами времени? Может быть, именно с этим мог быть связан возможный сговор внутри венесуэльской элиты, который помог Трампу захватить Мадуро?— Правый поворот есть. Это не новость. Латинская Америка десятилетиями так двигается. Был период в 1950-1960 годы, когда там были распространены классические военные диктатуры (Чили, Аргентина, Бразилия), но в 1980-1990 годы они из моды вышли.Возьмем ту же Венесуэлу. Чавес первый раз пытался прийти к власти посредством военного переворота, как это у них было принято. Но не получилось. Его быстренько подавили, от отсидел срок в тюрьме. Позже Чавес получил власть на законных выборах, потому что действительно был яркой фигурой.Эти колебания происходят постоянно. Сейчас после сильного левого крена пошел правый. Что касается Венесуэлы, то это страна крайне проблемная. Мадуро и его супруге можно посочувствовать. Но то, что они довели этот потенциально богатый край до убогого состояния — это факт.Что дальше будут делать США? Трампу нужны громкие победы. Около него есть Рубио, выходец из семьи кубинских эмигрантов, которые резко против Кастро, и для него эта тема главная. Для Рубио это профессиональный джихад — чтобы на Кубе и в Латинской Америке не было “левых” правительств.Но опять же: одно дело объявить цель, а другое — считать издержки. Сколько до этого на Кубе было разных попыток свергнуть социалистический строй — не получалось. Сейчас там ситуация не очень, но это не значит, что можно прийти и объявить, что к власти возвращается правнук Батисты. Последствия будут нежелательные.Венесуэла американцам была нужна, чтобы показать: "Ребята, сидите и не дергайтесь. Нам нужно вот это и вот то. Давайте обсудим". В какой-то степени это работает. Трамп себя зарекомендовал как решительный человек, готовый договариваться, но на своих условиях. И если есть выбор между судьбой Мадуро и условиями Трампа, многие выберут второе.— При этом известный экономист и философ Михаил Юрьев, ныне покойный, однажды сказал: "Конечно, западное полушарие целиком и полностью будет американским. Только это будет Латинская Америка. Она завоюет США, а не наоборот. Это будет примерно на дистанции в 50 лет. Надорвутся США, потому что живут не по средствам и за чужой счет. А Латинская Америка живет за свой. Более того, она обладает такими ресурсами, которыми США давно не обладают". На ваш взгляд, это фантастический сценарий или все же реальный?— Этот сценарий преувеличенный, но не абсурдный и не выдуманный. То, что делает Трамп как раз нацелено на то, чтобы этого сценария не допустить.Тема контроля над ресурсами — очевидна. Но есть и вторая важнейшая тема: переток людей с юга на север. Он достиг большого масштаба при предшественниках Трампа. Это связано в том числе с жадностью американской экономики, которая извлекает из ситуации выгоду.Трамп и его соратники, которые объявили важной задачей борьбу с нелегальной миграцией, это понимают. Но вряд ли они осознают, как решить проблему не силовыми, а социально-экономическими методами. Судя по социологическим опросам, американцы признают, что Трампу удалось сильно ограничить миграцию и начать депортацию. Курс этот реализуется. Но этот процесс имеет и обратный эффект.Трамп все время говорит о необходимости использовать армию внутри страны: для депортации, и не только. Для США это важно. Да, там силовики пользуются авторитетом, но это не значит, что ты можешь послать их куда-то и потребовать исполнять твои "хотелки". Это не в духе американской мечты.А регулярные заявления Трампа в духе "Главный враг — внутри страны" — это новое явление. Ранее его в столь ярком виде не было. Многих в США это пугает. Они думают, что Трамп легитимизирует применение вооруженных сил для решения внутренних проблем. При этом многие это оправдывают, “потому что кругом наркотики и преступность". Конечно, Трамп себя видит монархом. Это его мечта. Есть риск, что он захочет использовать это в личных целях.— Почему вы думаете, что применение вооруженных сил для устранения внутренних проблем — это новое явление в жизни США? Во время протестов движения BLM их использовали. Мне кажется, американцы всегда старались подавлять массовые выступления.— Конечно, в США в этом плане жестко. Все, кто сталкивается с силовыми органами, начиная с пограничного офицера, который встречает [въезжающих в США] людей в аэропорту, знают, что они ведут себя грубо и бесцеремонно, потому что "мы тут власть". Если ты скажешь что-то, пять часов будешь объясняться.Тем не менее, американская традиция во главу угла ставит личную свободу: "Государство имеет право на силу только в тех рамках, которые мы ему разрешили".Американская государственность своеобразная. Она во многом искусственным образом создана, в отличие от европейских, которые долго росли. США — это государство, которое возникло на пустом месте за короткий срок вокруг идеи индивидуальной свободы. Ядерный электорат Трампа считает главной угрозой для Америки злоупотребление силой против граждан.Что касается BLM, то это отдельная история. Можно предположить, что они как раз использовались демократами против трампистов. А вот как раз жесткое подавление противников движения было. Достаточно вспомнить события января 2021 года, когда вторжение в Капитолий было расценено чуть ли не как государственная измена: жесткое подавление, тюремные сроки и все остальное.Повторюсь, трамписты рассматривают это как то, от чего надо категорически избавиться. Трамп, с другой стороны заходя, идет к тому же. Это интересная и запутанная вещь. Она показывает, что главная тема для США всегда внутренняя.Первый год Трампа был удивителен именно тем, что вся его избирательная кампания была под лозунгом "Мы займемся внутренними делами, а вся эта шелуха, на которую тратили время и деньги демократы, нам не нужна". Но именно в первый год правления Трампа на виду была внешняя политика. Это парадокс.— Тогда перейдем к еще одной внешнеполитической инициативе Трампа — скандалу вокруг Гренландии. В вашем материале "Скандал в ТСЖ "Атлантика", опубликованном в журнале Россия в Глобальной политике", вы пишете, что "оттяпать силой Гренландию Белый дом пока не рискнёт", потому что "такое непопулярно нигде, в том числе и в США", а "скорее всего, изобразят нечто полюбовное". Хотелось бы подробнее поговорить об этом. "Пока не рискнет" - то есть рискнуть все-таки может в будущем? При каких условиях?— Когда особо никто возражать не будет. Как в случае с Венесуэлой.США — это страна силового произвола, которая при этом юридически построена. Главный орган там — Верховный суд, за которым последнее слово в политике. Если следовать американским законам, то принять в свой состав какую-то территорию — это долгая процедура, в рамках которой придется доказывать, хочет ли этого сама территория и насколько это целесообразно. Поэтому кавалерийский наскок у Трампа не получится.Да, Трамп демонстрирует пренебрежение к НАТО, но вопрос о выходе из него не ставит. Он пытается поменять внутренний баланс так, чтобы это было выгодно США. Когда я писал про полюбовный сценарий, я имел в виду, что будет некая демонстрация того, что стороны договорились. Никто ни у кого ничего не забирает. Мы отдаем это, а получаем вот то.Понятно, что у Трампа семь пятниц на неделе. Но если то, что он объявил по итогам с Рютте, окажется правдой, то это не бог весть какая революция. Расширение американского военного присутствия и расширение прав на полезные ископаемые — это то, что Трамп получил бы и так. Другое дело, вопрос цены. Так бы Дания долго торговалась, а тут он наехал, напугал, а потом отъехал по принципу "Ладно, живи, но вот это мне отдай". Это эффективная бизнес-модель.Не знаю, чем закончится эта история. Но было объявлено об американских базах в экстерриториальном статусе. Это изъято из датского суверенитета. Мы знаем такой пример — база и тюрьма Гуантанамо на Кубе, которая фактически передана в бессрочную и бесплатную аренду после войны с Испанией в начале ХХ века. Сделать с этим никто ничего не смог.Это не значит, что вопрос закрыт. США говорят о покупке Гренландии с последней четверти 19 века. Сейчас так, потом еще накатят. Но не надо думать, что Трамп все силой заберет, а потом будет сидеть и глумиться.— Сейчас появилось много размышлений на тему того, что страны Европы в ответ на попытку США захватить Гренландию могут поставить вопрос об уходе американских военных баз из стран Европы. Удастся ли европейцам таким угрозами отстоять Гренландию и указать американским базам на дверь?— Не думаю, что это реально. НАТО не интересно США в том смысле, что оно не дает американцам ничего особенного. Чисто с военной точки зрения, НАТО — это США и военная инфраструктура в Европе, которая необходима для контроля европейцев и для операций на Ближнем Востоке или в Африке. Просто так отказываться США от этого не будут, и дадут понять Европе, что так делать не надо.Европа может грозить чем угодно, но их главный страх не в том, что США будут злоупотреблять силой на континенте, а в том, что они уйдут. Если это случится, там встанет острый вопрос, что тогда является основой европейской безопасности. Своего военного альянса у Европы нет. Может ли он возникнуть? Наверное, может. Но это будет конфигурация не "НАТО минус США", а совершенно иная. Какие-то страны в него войдут, другие скажут, что они нейтральные.Понимание угроз, которые были заложены в НАТО и остаются, существует только тогда, когда есть эта конструкция. Если ее не будет, возникнет вопрос, какие угрозы для себя видят Португалия, Исландия или Латвия. В чем смысл этого общего европейского союза?На эти вопросы нет ответов. Поэтому высказывания европейцев [об американских базах] — пока “понты”.— Есть мнение, что России, и Китаю геополитически выгоден развал западного евроатлантизма и единства Запада, то, что сейчас делает Трамп, покушаясь на Гренландию. Но, вообще, есть ли этот развал? Идёт ли дело к этому, на ваш взгляд?— На мой взгляд, развал в данном контексте слово слишком громкое. Безусловно, идёт качественное изменение отношений [США и Европы], но в целом это всё равно страны одного культурно-исторического поля. Трамп, грубо говоря, европейцам не чужак, чтобы взять и все разрушить. Но он все-таки — некоторая аномалия, которая отражает тенденцию, сильно её утрируя.Вряд ли что-то качественно изменится в отношении США к Европе даже в случае отсутствия личного отпечатка, который привносит Трамп. Вряд ли США вдруг поймут, что “не-не, Европа чрезвычайно важна”. Это все в прошлом. Хотя ярких эскапад с открытым унижение союзников, наверное, не будет — причем вне зависимости от того, кто придет к власти в США.В качестве иллюстрации к моим словам я хочу обратить внимание на интересный ролик левого демократа, губернатора Калифорнии Гэвина Ньюсома, которого принято считать антиподом Трампа и на которого уповают европейцы. Так вот Ньюсом возмутился в отношении Европы: так себя вести нельзя, это унизительно, почему они пресмыкаются перед этим “паханом” [имеется в виду Трамп]. В общем, к Европе у него отношение тоже не очень.Поэтому восстановление Трансатлантического союза в том виде, в каком его когда-то замыслили, скорее всего не произойдет, но и полного его разрушения я тоже не ожидаю. Что касается России и Китая — выгодно ли это нам? До некоторой степени да, потому что чем больше внутренних проблем в западном сообществе, тем больше они поглощают их энергию.Что касается Европы, вопрос тонкий. С одной стороны, мы привыкли считать, если Европа освободится от американского диктата, она будет более вменяемой к России. Но, в общем, не факт. Исходя из современных реалий, я предположу, что может быть обратное. Пока Европу хоть как-то держат и вселяют уверенность, но если это уйдёт, европейцы впадут в совершенный психоз, что означает опасность для всех окружающих. Мы не знаем, как они себя поведут в таком случае.Поэтому необходимо внимательно смотреть на происходящее в Европе. И вы верно начали свой вопрос, насколько это обратимо или необратимо. Думаю, стратегически это, конечно, необратимо, потому что Запада в прежнем понимании уже не будет (нет условий, которые существовали во второй половине XX века). То есть рано или поздно мы можем ожидать полной дезинтеграции и перестройки на новых основаниях, но не в ближайшие годы.— Трамп во всеуслышание объявил, что спасает Венесуэлу, а также Иран с Гренландией от неизбежного вторжения и экономического порабощения со стороны России и Китая. Как мне видится, на самом деле Трамп откровенно разрушает многополярный мир, который пытаются строить страны во главе с Россией и Китаем, о чем мы активно говорили весь прошлый и позапрошлый год на различных форумах и конференциях в том числе в рамках конференций Международного дискуссионного клуба "Валдай". Почему страны в лице БРИКС и ШОС не могут собраться и дать жесткий ответ США? Тем более Венесуэла при Мадуро стремилась стать членом БРИКС...— Потому что многополярный или полицентричный мир на самом деле выглядит именно так. И как раз в этом аспекте мы последние годы обсуждали эту тему, в том числе и на заседаниях клуба "Валдай". При этом мы отмечали, что на самом деле полицентричный мир не похож на картинки, которые мы рисовали тогда, когда его не было.Опять же, что такое был многополярный мир в концепции того же Евгения Максимовича Примакова в 90-е годы, когда он ввел это понятие в дипломатический оборот, и на период до того времени, пока американская либеральная гегемония действительно не начала уступать место чему-то другому? Это было очень красиво.Многополярный мир хорош тем, что он против гегемонии — мы все вместе против гегемонии. На словах мы говорим, что это плохо, мы стремимся к другому, но по факту тогда мы жили в условиях централизованного гегемонического порядка. Потом он закончился. И вот, пожалуйста, наступил многополярный мир…— Но ведь то, что сейчас делает Трамп, это и есть гегемония…— Это скорее попытка гегемонии. Это гегемония не либерального типа, когда она понималась как установление единых правил для всех, через которые американцы осуществляли управление. Гегемония Трампа, если так можно сказать, как раз многополярная.Ведь в чём суть его подхода. Многополярный мир, это хорошо, но что это значит? А это значит, что каждый, кто себя считает полюсом и хочет вести себя самостоятельно, может делать это, но в силу своих возможностей. У вас какие возможности? Сил сколько? Много? Значит, давайте разговаривать. Мало сил — тогда о чём с вами разговаривать, делайте, как скажут.Понимание многополярности, в которой один полюс — Соединенные Штаты, заведомо сильнее всех. Трампу выгодна многополярность, потому что он хочет иметь дело с каждой страной конкретно: Германией, Францией, и так далее. Отсюда его глубокое отвращение к Евросоюзу. Зачем это объединение — это все необходимо убрать, потому что один на один со всеми странами мира США существенно сильнее и легче смогут достигнуть своих целей.Да, конечно, есть исключения: это большие полюса, такие как Китай, Россия, Индия, с которыми США выстраивают особые отношения. Но в целом, мир через силу — это то, что Трамп провозглашает.— Сила есть — ума не надо…— Да, ума не надо, и вообще ничего не надо. Силы нет — свободен. Делай, как я. Поэтому вот так сегодня выглядит реальная многополярность, о чём, кстати, упоминал президент России в своих выступлениях, в том числе на мероприятиях Клуба "Валдай" — что многополярность сама по себе никаких проблем не решает.Это не мировой порядок, а просто другая среда, иные условия. Как этим управлять, как гармонизировать эти отношения — это уже следующий вопрос, на который пока у нас ответа не имеется. Трамп же считает, что гармонизировать можно сугубо через силовую иерархию: что можешь, то имеешь, и наоборот.— Можем ли мы говорить о том, что силовой диктат нужен Трампу для того, чтобы окончательно избавиться от ограничений, которые накладывают на все государства международное право и Устав ООН?— Я думаю, что в понимании Трампа вообще отсутствует такое понятие как международное право и тем более Устав ООН, как его конкретное воплощение. Да, и ООН как организация. Он же сказал в недавнем интервью The New York Times: есть только одно ограничение — его личные представления о том, что можно, что нельзя.Поэтому, да, он считает ограничениями лишь собственную мораль. Плюс Трамп очень не любит издержек. Обратите внимание, венесуэльская ситуация эффектна, но в целом он делает все, чтобы избежать любых коллизий, в которых можно получить сдачи.Китай и его ответные ограничения на пошлины США — это один пример. Трамп увидел, что Пекину есть чем ответить — а, тогда не надо, тогда посмотрим.Но еще более яркий пример, это начало президентства Трампа, и противостояние с хуситами в Красном море, которое показало, что война заведомо военной сверхдержавы со страной, которая воюет методами Средневековья в некоторой степени, заведомо проигрышна для первой. А самое главное, что хуситы, оказывается, могут отвечать, подбили американский военный корабль, и так далее.Трампу этого не надо. Он отошёл тихо (сейчас про это не слышно ничего), и, естественно, объявил о победе. Так что в этом смысле он гиперреалист. Там, где есть риски для Соединенных Штатов, там и морально-этические ограничения.— Хорошо, а зачем тогда Совет мира сейчас Трамп создает? Это разве не аналог ООН для легитимизации действий США?— Его не очень волнует, как мне кажется, вопрос легитимности действий. Точнее, он уверен, что это легитимно по определению.А Совет мира — это в значительной степени плод личного тщеславия Трампа. Там главное — председатель, который, судя по всему, будет избран на пожизненный срок и облечен правом принимать решения. Так вот Трамп когда-то уйдет с поста президента, а главой Совета мира останется.Если правда то, что пишут о Совете, то туда приглашены около 50-60 стран, у каждой будет свой голос, но решение принимает председатель — эдакий верховный арбитр, демиург. Плюс, деньги. Образно говоря, “пробник” у тебя бесплатный, а потом, пожалуйста, плати миллиард за входной билет. И очередь сразу выстроилась. Потому что, во-первых, раз зовут, надо идти; во-первых, престижно. Украина отказалась, но потом может согласиться.Это, конечно, дипломатические вызовы. С одной стороны, не надо в эти игры играть. Для стран типа России и Китая это достаточно опасная вещь. Потому что как бы мы ни относились к ООН, там остается некоторое зерно международной легитимности, которое, возможно, когда-нибудь прорастет. А здесь все это демонстративно отбрасывается.С другой стороны, отказаться тоже нельзя, а то Трамп обидится. А когда он обижается, начинает действовать так, что будоражит весь мир. Так вышло, что так или иначе с Соединёнными Штатами связаны и от них зависят многие страны мира. Отсюда некоторое замешательство государств в данном вопросе.Мне любопытно, как Россия в итоге выйдет из этого положения. Президент очень аккуратно сказал, что это интересная идея, но мы должны рассмотреть всё нюансы.В целом, возвращаясь к вопросу, хочет ли Трамп разрушить ООН, конечно, это ещё один пример и признак того, что с этой организацией дела не очень хороши. И, кроме всего прочего, ООН должна была резко выступить против этого [Совета]. Но она не выступит. Более того, Трамп же легитимизировал Совет, отметив, что он создан на основании резолюции, которая была принята осенью прошлого года — о том, что будет такой орган для контроля за перемирием. Кстати, мы эту резолюцию не заблокировали...Европейцы будут следовать выбранной линии, то есть тянуть время. Им нужно дотянуть до осени в надежде на то, что Трамп разгромно проиграет промежуточные выборы и Палату представителей возьмут под контроль антитрамповские силы, которые свяжут его по рукам и ногам по большей части политических вопросов и значительной части внутренних. Об этом в интервью Ирина Алкснис: Европа ждет осеннего разгрома Трампа, чтобы сохранить единство Запада.

https://ukraina.ru/20230707/1047882806.html

https://ukraina.ru/20260123/nikolay-doronin-evropa-vooruzhaetsya-chtoby-pobedit-trampa-v-gonke-za-arktiku-i-vytesnit-ottuda-1074740491.html

сша

европа

китай

украина

венесуэла

2026

Новости

ru-RU

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

интервью, сша, европа, китай, дональд трамп, николас мадуро, марко рубио, оон, нато, украина, геополитика, гренландия, венесуэла, совет мира, международные отношения

Интервью, США, Европа, Китай, Дональд Трамп, Николас Мадуро, Марко Рубио, ООН, НАТО, Украина, геополитика, Гренландия, Венесуэла, Совет мира, международные отношения