https://ukraina.ru/20260116/bezhentsy-iz-krasnoarmeyska-my-byli-vynuzhdeny-adaptirovatsya-tak-kak-ne-znali-kogda-etot-uzhas-1074377545.html
Беженцы из Красноармейска: Мы были вынуждены адаптироваться, так как не знали, когда этот ужас закончится
Беженцы из Красноармейска: Мы были вынуждены адаптироваться, так как не знали, когда этот ужас закончится - 16.01.2026 Украина.ру
Беженцы из Красноармейска: Мы были вынуждены адаптироваться, так как не знали, когда этот ужас закончится
О выживании в городе на фоне городских боев, отношении ВСУ, эвакуации и планах на будущее, а также о холодце в гостях у российских военных, выпекании хлеба под огнем артиллерии и блокадном способе посадки картошки журналисту издания "Украина.ру" рассказали жители Красноармейска: Татьяна Викторовна Натрус и ее сын Артем.
2026-01-16T15:51
2026-01-16T15:51
2026-01-16T17:20
интервью
вадим артемов
украина
селидово
ленинград
вооруженные силы украины
беженцы
красноармейск днр
украина.ру
украина.ру
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/01/10/1074379532_105:40:821:443_1920x0_80_0_0_a7b455bf00c736f7b9fe0a5a66c817fd.jpg
- Вы коренные жители Красноармейска?(Татьяна Викторовна) - Да, с 1980 года. Жили, работали. Квартиру получили в 1990 году.- Как военнослужащие ВСУ относились к людям, вроде вас?(Татьяна Викторовна) - По-всякому. Бывало, что просто игнорировали. А бывало, что цепляли. Стояли мы как-то возле подъезда, а они подошли и спросили эдак язвительно: "русский мир ждете?" В этих словах так много злобы было. Мы впятером-вшестером стояли. Все уже взрослые люди. И вот так как-то сжались. Кто знает, что у них на уме? Случаи всякие бывали.- Всякие?(Татьяна Викторовна) - Постоянно на слуху мародерство.- Так вот, кто на самом деле воровал унитазы?(Татьяна Викторовна) - "Новая Почта" была в шоке, когда отправлялись посылки. Я сама видела, как военные прямо в форме несут и отправляют посылки. Огромные полиэтиленовые пакеты. А там, к примеру, несколько сковородок. И посуду, и все остальное выносили. Бывало, что кованые ворота отправляли.- То есть про ворота – это не байка?(Татьяна Викторовна) - Нет. А вообще они постоянно говорили, что нас в городе быть не должно. "Что вы здесь сидите?" - спрашивали.- Что имелось в виду?(Татьяна Викторовна) - Не знаю. Или мы не жильцы вообще на этом свете, или должны покинуть город.- Вы остались целенаправленно?(Татьяна Викторовна) - Да. Когда уже были в районе Селидово российские войска, нам казалось, что это уже совсем близко, совсем вот-вот. А это "вот-вот" растянулось почти на год. И когда прилетало уже непосредственно рядом с нашим домом, а потом и в наш дом попало, когда невозможно было находиться в квартире, все дрожало, окна вылетали…вот.- А на территорию Украины эвакуироваться можно было?(Татьяна Викторовна) - Да. Но у меня не было уверенности, что это правильное решение. Желания не было ни малейшего.- Как с российскими бойцами встретились?(Татьяна Викторовна) - Они буквально по соседней улице передвигались. Стало теплее на душе. А когда уже они помогали нам выходить…не знаю, было в этом что-то родное. Приезжаем в Селидово, а они нам говорят: "Заходите домой! У нас тепло!" Они нас напоили кофе. Мы же промерзли пока доехали. Да, "заходите домой". Они поставили на стол судочек с холодцом. У меня все как-то оборвалось. Мне очень хотелось и было так стыдно объедать этих парнишек. Уходили когда от них, я обняла ребят на прощание.- А непосредственно в Красноармейске военнослужащие помогали с питанием?(Татьяна Викторовна) - С питанием помогали, да. Мы там в одном доме пережидали момент опасности. Да, они нас обеспечили едой.- Украинские военнослужащие как вели себя перед отступлением?(Татьяна Викторовна) - Этот момент непосредственно наблюдать не пришлось, но вообще пока все было стабильно, они по городу передвигались вальяжно, а когда ситуация для них ухудшилась, они стали бегать мелкими группами. Понятно стало, что их поджимают, что собираются отступать.В последнее время мы вообще не могли высунуть нос из дома. Постоянно обстрелы, постоянно дроны. Но это уже со стороны ВСУ. Прилетел снаряд. Через секунду я должна была выйти в кухню. Чудом выжила.- Верно ли я понял, что ВСУ, покинув город, начали складывать дома?(Татьяна Викторовна) - Нам русский военный сказал, что они знают, в каких домах прячется гражданское население и стараются их беречь. Стреляли ВСУ и били именно в те дома, где находились люди. По крайней мере на нашей улице прилетало именно в жилые дома.- Уже некоторое время вы находитесь в тылу. Как вам тут? Какие планы на будущее?(Татьяна Викторовна) - Я думаю, что пока мы будем жить здесь, поскольку ближайшие лет пять в Красноармейске жить будет невозможно. Город практически уничтожен. Хотя, конечно, в глубине души хочется вернуться. Там корни, там лежат родители. Но будем начинать с нуля. Все, что нажито непосильным трудом, ушло. Сейчас наша жизнь ютится в одном чемодане. Ни чашки, ни вилки, ни ложки. Но, пока силы есть, будем работать, будем жить.- Паспорта уже получили?(Татьяна Викторовна) - Да, вчера получили. Мы теперь граждане Российской Федерации. Такое ощущение нереальности происходящего. Смотришь на паспорт и…тепло какое-то.- Как местные относятся?(Татьяна Викторовна) - Если честно, то по-разному. Нужно было обследование пройти в поликлинике. Общая очередь, а тут переселенцы. И местные стали ворчать, что вот, мол, понаехали. Вносим какие-то неудобства в их жизнь, какие-то у нас привилегии. Но мы ведь не сами пришли. В общем, было не очень приятно.Да если бы не ребята, которые нас вывезли, мы бы, наверное, вообще не жили уже. Даже был момент, когда ехали. Что-то попало в колесо, и боец по рации передавал, что доедем до такого-то пункта, ожидайте. А потом вдруг говорит: нет, мы вас до конца довезем.- Артем, у вас ведь ситуация еще хуже. Вы призывного возраста. То есть ТЦК вполне могли задержать вас и отправить на войну против собственных земляков.(Артем) – Я видел ролики, в которых людей пинками заталкивали в машины, как человека задавили насмерть. Если бы так охотились за вами, что вы сделали бы?- Постарался бы не попадаться.(Артем) – Я был готов убивать. По крайней мере живым сдаваться не стал бы.- Приходите в себя после всего пережитого?(Артем) – Потихоньку. Трудно было. В квартире, где мы жили, ситуация ухудшалась. Мы держались. Когда квартира стала нежилой, мы перебрались в частный дом и обустроились там. Когда стало прилетать в дом, мы оттуда ушли. Нам помогли в эвакуации. Теперь мы здесь и это очередной пункт на пути куда-то. Напряженное ожидание неизвестно чего. Но лучше жить в стрессе, чем расслабиться и получить что-то неприятное и неожиданное.- Не было возможности спрятаться в каком-нибудь бомбоубежище?(Артем) - Мы в бомбоубежище не уходили, поскольку знали, что его либо ВСУ занимают, либо нас там накроет и мы не откопаемся. Сидели на этаже, в серединке. Сверху не достанет и осколками снизу – тоже. Но ударная волна…ее мы ощутили. Выжили.(Татьяна Викторовна) – Те убежища, которые жители обустраивали для себя, ВСУ, как правило, отнимали. Приходили и выгоняли людей. Закрывали эти подъезды и не пускали людей даже для того, чтобы только обстрел пересидеть. "Вы ожидаете русский мир?" - этот вопрос постоянно всплывает в памяти. Столько ненависти. Дали бы им разрешение и всех мирных они бы давили руками голыми.(Артем) – Но, если бы мирных не было, можно бы спокойно сносить эти дома. А так мы были для них прикрытием. Но, так или иначе, находиться рядом с ними было опасно.- Как выживали все это время?(Артем) – Рынки и магазины были уже недоступны. Вот и выживали. У нас в сетке были остатки картошки: около четырех-пяти килограммов. А было это в начале мая. Частный дом, нетронутый огород. Решили сажать картошку. И я подумал, что в каждую лунку класть по картофелине – это не рационально. Вспомнили опыт блокадного Ленинграда.Картофелину осмотрел. Там, где ростки появились, аккуратно разрезал на две-три части. И в лунки. Аккуратно засыпали, стали поливать. Первая партия была тринадцатого мая. Это 44 лунки. Через неделю картошка стала выходить. Решил подсаживать еще. Несколько кустов в итоге не взошло. Ну ничего. Все прочие нормально выросли. Посадочный материал, правда, был не очень подходящим, а потому картошка выросла до четырех-пяти сантиметров. Но она у нас была.Один куст вообще из очисток. В одну лунку, на дно, совсем плохие очистки положили. Дальше – аккуратно, росточками вверх, положили те, что получше. Присыпали землей и стали поливать. Я специально пометил белым кирпичом, чтобы отследить результат. Представляете, взошло! Общий урожай – больше двух ведер мелкой, но вполне съедобной картошки.Дальше – печка. В доме, где нам пришлось ютиться, духовки не было. Выпекать – никак. Я у соседей нашел глиняный кирпич, сложил Л-образную печку, протопил, золу выбрал.Решили, что можно выпекать хлеб. В доме нашлись два симметричных противня. Если один накрыть другим, то получалась вполне подходящая камера для выпечки. Пришлось, правда, перекладывать печку, чтобы противни аккуратно держались в ней, опираясь на кирпичики.Все это протапливается дровами, зола выгребается. Мама готовит замес. В нужный момент я ставлю хлеб, закрываю кирпичами и накрываю хлопчатобумажной тряпкой, которая не плавится.Первая выпечка – страшненький хлебушек. Зато внутри очень даже нормальный. Булка где-то граммов 250. С одной стороны, он был подгоревшим, а, с другой, - недопеченным.Адаптировали технологию. Хлеб получался в виде блинчика. Затем мама решила делать маленькие круглые заготовки, которые не расплываются. Можно более эффективно использовать площадь противней. Следующая выпечка получилась красивой. Так и выпекали.Но каждая выпечка была связана с риском. Топишь печку, а в двух-трех километрах, в посадках сидят украинские артиллеристы и дроноводы. А по ним КАБы летят. Прилетят ли осколки? Если печку разнесет осколком, то…пожар в частном доме – это страшное дело. Сгорело бы все. Но как-то везло.Пролетали беспилотники, а тут полная демаскировка. Либо русские летали, либо ВСУ до нас просто дела никакого не было.Еще у соседей было много малины. Они уехали, а малина осталась. Там заборчик из алюминиевой проволоки. Руку просунуть и достать ягоду можно. Так и собирали. Собираешь, а по небу тихо-тихо летит беспилотник. Хорошая малина. Если домик, где мы прятались, еще цел, то в нем стоят банки с малиновым вареньем.- Выходит, что ваша находчивость позволила не умереть от голода?(Артем) – Мы адаптировались к ситуации. Мы держались как могли. В мирное время я готовил тушенку, чтобы какой-то запас был на крайний случай. Здесь же мы использовали все, что имели. Использовали соседский колодец, использовали огород. Использовали соседские яблони. Яблочки там росли плохонькие, но мы их собрали и ели, поскольку нужны были витамины, а осенью и зимой брать их стало бы негде. Варенье – это на крайний случай. Неизвестно, сколько пришлось бы сидеть, а малина отошла бы и все. Был небольшой запас сахара – использовали. Летом малину ели и так, а это на зиму, на крайний случай. Держались исходя из того, что продолжаться это будет неизвестно сколько.О том, как отмечали Новый год - в статье "И на душе немного теплее": как отмечают Новый год в зоне СВО.
украина
селидово
ленинград
покровск/красноармейск
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/01/10/1074379532_145:0:780:476_1920x0_80_0_0_85c2990ab8e1325ff5cb670549d964cd.jpgУкраина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
интервью, вадим артемов, украина, селидово, ленинград, вооруженные силы украины, беженцы, красноармейск днр, украина.ру, украина.ру, бпла, сво, всу, вс рф, покровск/красноармейск
- Вы коренные жители Красноармейска?
(Татьяна Викторовна) - Да, с 1980 года. Жили, работали. Квартиру получили в 1990 году.
- Как военнослужащие ВСУ относились к людям, вроде вас?
(Татьяна Викторовна) - По-всякому. Бывало, что просто игнорировали. А бывало, что цепляли. Стояли мы как-то возле подъезда, а они подошли и спросили эдак язвительно: "русский мир ждете?" В этих словах так много злобы было. Мы впятером-вшестером стояли. Все уже взрослые люди. И вот так как-то сжались. Кто знает, что у них на уме? Случаи всякие бывали.
(Татьяна Викторовна) - Постоянно на слуху мародерство.
- Так вот, кто на самом деле воровал унитазы?
(Татьяна Викторовна) - "Новая Почта" была в шоке, когда отправлялись посылки. Я сама видела, как военные прямо в форме несут и отправляют посылки. Огромные полиэтиленовые пакеты. А там, к примеру, несколько сковородок. И посуду, и все остальное выносили. Бывало, что кованые ворота отправляли.
- То есть про ворота – это не байка?
(Татьяна Викторовна) - Нет. А вообще они постоянно говорили, что нас в городе быть не должно. "Что вы здесь сидите?" - спрашивали.
(Татьяна Викторовна) - Не знаю. Или мы не жильцы вообще на этом свете, или должны покинуть город.
- Вы остались целенаправленно?
(Татьяна Викторовна) - Да. Когда уже были в районе Селидово российские войска, нам казалось, что это уже совсем близко, совсем вот-вот. А это "вот-вот" растянулось почти на год. И когда прилетало уже непосредственно рядом с нашим домом, а потом и в наш дом попало, когда невозможно было находиться в квартире, все дрожало, окна вылетали…вот.
- А на территорию Украины эвакуироваться можно было?
(Татьяна Викторовна) - Да. Но у меня не было уверенности, что это правильное решение. Желания не было ни малейшего.
- Как с российскими бойцами встретились?
(Татьяна Викторовна) - Они буквально по соседней улице передвигались. Стало теплее на душе. А когда уже они помогали нам выходить…не знаю, было в этом что-то родное. Приезжаем в Селидово, а они нам говорят: "Заходите домой! У нас тепло!" Они нас напоили кофе. Мы же промерзли пока доехали. Да, "заходите домой". Они поставили на стол судочек с холодцом. У меня все как-то оборвалось. Мне очень хотелось и было так стыдно объедать этих парнишек. Уходили когда от них, я обняла ребят на прощание.
- А непосредственно в Красноармейске военнослужащие помогали с питанием?
(Татьяна Викторовна) - С питанием помогали, да. Мы там в одном доме пережидали момент опасности. Да, они нас обеспечили едой.
- Украинские военнослужащие как вели себя перед отступлением?
(Татьяна Викторовна) - Этот момент непосредственно наблюдать не пришлось, но вообще пока все было стабильно, они по городу передвигались вальяжно, а когда ситуация для них ухудшилась, они стали бегать мелкими группами. Понятно стало, что их поджимают, что собираются отступать.
В последнее время мы вообще не могли высунуть нос из дома. Постоянно обстрелы, постоянно дроны. Но это уже со стороны ВСУ. Прилетел снаряд. Через секунду я должна была выйти в кухню. Чудом выжила.
- Верно ли я понял, что ВСУ, покинув город, начали складывать дома?
(Татьяна Викторовна) - Нам русский военный сказал, что они знают, в каких домах прячется гражданское население и стараются их беречь. Стреляли ВСУ и били именно в те дома, где находились люди. По крайней мере на нашей улице прилетало именно в жилые дома.
- Уже некоторое время вы находитесь в тылу. Как вам тут? Какие планы на будущее?
(Татьяна Викторовна) - Я думаю, что пока мы будем жить здесь, поскольку ближайшие лет пять в Красноармейске жить будет невозможно. Город практически уничтожен. Хотя, конечно, в глубине души хочется вернуться. Там корни, там лежат родители. Но будем начинать с нуля. Все, что нажито непосильным трудом, ушло. Сейчас наша жизнь ютится в одном чемодане. Ни чашки, ни вилки, ни ложки. Но, пока силы есть, будем работать, будем жить.
(Татьяна Викторовна) - Да, вчера получили. Мы теперь граждане Российской Федерации. Такое ощущение нереальности происходящего. Смотришь на паспорт и…тепло какое-то.
(Татьяна Викторовна) - Если честно, то по-разному. Нужно было обследование пройти в поликлинике. Общая очередь, а тут переселенцы. И местные стали ворчать, что вот, мол, понаехали. Вносим какие-то неудобства в их жизнь, какие-то у нас привилегии. Но мы ведь не сами пришли. В общем, было не очень приятно.
Да если бы не ребята, которые нас вывезли, мы бы, наверное, вообще не жили уже. Даже был момент, когда ехали. Что-то попало в колесо, и боец по рации передавал, что доедем до такого-то пункта, ожидайте. А потом вдруг говорит: нет, мы вас до конца довезем.
- Артем, у вас ведь ситуация еще хуже. Вы призывного возраста. То есть ТЦК вполне могли задержать вас и отправить на войну против собственных земляков.
(Артем) – Я видел ролики, в которых людей пинками заталкивали в машины, как человека задавили насмерть. Если бы так охотились за вами, что вы сделали бы?
- Постарался бы не попадаться.
(Артем) – Я был готов убивать. По крайней мере живым сдаваться не стал бы.
- Приходите в себя после всего пережитого?
(Артем) – Потихоньку. Трудно было. В квартире, где мы жили, ситуация ухудшалась. Мы держались. Когда квартира стала нежилой, мы перебрались в частный дом и обустроились там. Когда стало прилетать в дом, мы оттуда ушли. Нам помогли в эвакуации. Теперь мы здесь и это очередной пункт на пути куда-то. Напряженное ожидание неизвестно чего. Но лучше жить в стрессе, чем расслабиться и получить что-то неприятное и неожиданное.
- Не было возможности спрятаться в каком-нибудь бомбоубежище?
(Артем) - Мы в бомбоубежище не уходили, поскольку знали, что его либо ВСУ занимают, либо нас там накроет и мы не откопаемся. Сидели на этаже, в серединке. Сверху не достанет и осколками снизу – тоже. Но ударная волна…ее мы ощутили. Выжили.
(Татьяна Викторовна) – Те убежища, которые жители обустраивали для себя, ВСУ, как правило, отнимали. Приходили и выгоняли людей. Закрывали эти подъезды и не пускали людей даже для того, чтобы только обстрел пересидеть. "Вы ожидаете русский мир?" - этот вопрос постоянно всплывает в памяти. Столько ненависти. Дали бы им разрешение и всех мирных они бы давили руками голыми.
(Артем) – Но, если бы мирных не было, можно бы спокойно сносить эти дома. А так мы были для них прикрытием. Но, так или иначе, находиться рядом с ними было опасно.
- Как выживали все это время?
(Артем) – Рынки и магазины были уже недоступны. Вот и выживали. У нас в сетке были остатки картошки: около четырех-пяти килограммов. А было это в начале мая. Частный дом, нетронутый огород. Решили сажать картошку. И я подумал, что в каждую лунку класть по картофелине – это не рационально. Вспомнили опыт блокадного Ленинграда.
Картофелину осмотрел. Там, где ростки появились, аккуратно разрезал на две-три части. И в лунки. Аккуратно засыпали, стали поливать. Первая партия была тринадцатого мая. Это 44 лунки. Через неделю картошка стала выходить. Решил подсаживать еще. Несколько кустов в итоге не взошло. Ну ничего. Все прочие нормально выросли. Посадочный материал, правда, был не очень подходящим, а потому картошка выросла до четырех-пяти сантиметров. Но она у нас была.
Один куст вообще из очисток. В одну лунку, на дно, совсем плохие очистки положили. Дальше – аккуратно, росточками вверх, положили те, что получше. Присыпали землей и стали поливать. Я специально пометил белым кирпичом, чтобы отследить результат. Представляете, взошло! Общий урожай – больше двух ведер мелкой, но вполне съедобной картошки.
Дальше – печка. В доме, где нам пришлось ютиться, духовки не было. Выпекать – никак. Я у соседей нашел глиняный кирпич, сложил Л-образную печку, протопил, золу выбрал.
Решили, что можно выпекать хлеб. В доме нашлись два симметричных противня. Если один накрыть другим, то получалась вполне подходящая камера для выпечки. Пришлось, правда, перекладывать печку, чтобы противни аккуратно держались в ней, опираясь на кирпичики.
Все это протапливается дровами, зола выгребается. Мама готовит замес. В нужный момент я ставлю хлеб, закрываю кирпичами и накрываю хлопчатобумажной тряпкой, которая не плавится.
Первая выпечка – страшненький хлебушек. Зато внутри очень даже нормальный. Булка где-то граммов 250. С одной стороны, он был подгоревшим, а, с другой, - недопеченным.
Адаптировали технологию. Хлеб получался в виде блинчика. Затем мама решила делать маленькие круглые заготовки, которые не расплываются. Можно более эффективно использовать площадь противней. Следующая выпечка получилась красивой. Так и выпекали.
Но каждая выпечка была связана с риском. Топишь печку, а в двух-трех километрах, в посадках сидят украинские артиллеристы и дроноводы. А по ним КАБы летят. Прилетят ли осколки? Если печку разнесет осколком, то…пожар в частном доме – это страшное дело. Сгорело бы все. Но как-то везло.
Пролетали беспилотники, а тут полная демаскировка. Либо русские летали, либо ВСУ до нас просто дела никакого не было.
Еще у соседей было много малины. Они уехали, а малина осталась. Там заборчик из алюминиевой проволоки. Руку просунуть и достать ягоду можно. Так и собирали. Собираешь, а по небу тихо-тихо летит беспилотник. Хорошая малина. Если домик, где мы прятались, еще цел, то в нем стоят банки с малиновым вареньем.
- Выходит, что ваша находчивость позволила не умереть от голода?
(Артем) – Мы адаптировались к ситуации. Мы держались как могли. В мирное время я готовил тушенку, чтобы какой-то запас был на крайний случай. Здесь же мы использовали все, что имели. Использовали соседский колодец, использовали огород. Использовали соседские яблони. Яблочки там росли плохонькие, но мы их собрали и ели, поскольку нужны были витамины, а осенью и зимой брать их стало бы негде. Варенье – это на крайний случай. Неизвестно, сколько пришлось бы сидеть, а малина отошла бы и все. Был небольшой запас сахара – использовали. Летом малину ели и так, а это на зиму, на крайний случай. Держались исходя из того, что продолжаться это будет неизвестно сколько.