История наших отношений с Белоруссией, с Украиной ранее, с Грузией, со многими прочими республиками Средней Азии, последние решения по ценам на газ и нефть, тарифы и прочее, публичные выступления с высоких трибун — всё это о том, что не просто СССР закончился, а даже сам термин «постсоветский» или «республики бывшего СССР» более не смысловой, а исторический-географический. В менталитете, в сознании это ещё будет оставаться, утихая, размываясь, пока живы «советские» поколения. Но из политики — Белоруссия, видимо, была последним оплотом. СССР окончательно умер сейчас именно как история, что мы должны обеспечивать какое-то благо и процветание с развитием всем нашим «союзным» республикам.

Москва — Минск, Путин — Лукашенко: что дальше? Мнения экспертов
Москва — Минск, Путин — Лукашенко: что дальше? Мнения экспертов
© РИА Новости, Михаил Климентьев | Перейти в фотобанк

Остаётся своеобразная поэтика, романтика, флёр, увлечение — отчасти от ностальгии по тому, что было хорошо, что «мы были молоды», укрепляются мифы об обществе всеобщего достатка, но чем далее, тем понятнее, что все эти эмоции по поводу «восстановления», «возрождения» и прочего всё менее имеют отношение к реальности, к здесь и сейчас.

Очень многое это подтверждает — от больших и сложных процессов и до символов (вроде медаль к 75-летию Победы всем, а выплата ветеранам — только гражданам России и так далее, то есть речь уже идёт и о работе с нашим прошлым).

Отмечу только, что фразу «кто не переживает из-за гибели Союза — у того нет сердца, а кто считает, что его можно восстановить — ума» (не точно цитирую) Владимир Путин сказал уже ох как давно.

И вот так оно примерно и подходит к финалу.

Новые основания для интеграции появляются и появятся ещё, с этим невозможно спорить. Так называемый «бухгалтерский подход» вряд ли способен их создать, пусть он и бывает необходим нам сейчас, но тем более он должен быть подкреплён очень обдуманной экономической и гуманитарной политикой. Может быть, нельзя заранее отрицать такого, это будут даже и социалистические основания для интеграции, и в этом смысле какие-то неосоветские. Но не «советские» в смысле общего прошлого. Оно ушло.