— Не только наша фабрика. Все без исключения предприятия ДНР помогают бойцам на передовой и раненым. Причем добровольно и безвозмездно. А также жители республики, российские граждане.
Наша швейная фабрика помогала еще ополченцам в 2014 году: шили разгрузки, форму, ремонтировали палатки. За период военной операции мы оказали и оказываем посильную помощь в виде одежды для раненых, постельного белья, подушек, одеял и медикаментов для госпиталей, шапок (подшлемников) для бойцов на фронте, флагов для поднятия их на освобожденных от нацистской нечисти территориях.
Хотелось бы делать еще больше, но, к сожалению, финансовые возможности предприятия ограничены. Ищем варианты продолжения помощи.
Все для фронта, все для победы.
- Есть ли еще какие-то направления гуманитарной помощи, где вы помогаете?
— Да. Я очень рада тому, что у меня наладилось сотрудничество с российско-донбасской волонтерской группой «ТеплоСердец». Ее возглавляют писатель-фантаст из Калуги Михаил Тырин (он, кстати, соавтор популярного русского фантаста Сергея Лукьяненко) и Виктор Артамонов из Брянска. Мужчинам помогают наши донбасские женщины. Благороднейшие и сильные духом люди, знакомством с которыми и, надеюсь, дружбой, я горда.
Еще до начала военной операции я как член Общественной палаты ДНР обратилась к Михаилу и Виктору с просьбой помочь одной из снежнянских школ с компьютерами. Дело в том, что дети изучали там информатику только чисто теоретически, так как компьютеров там не было совсем. Школа находится на окраине города, старенькая, но все там очень душевно и привлекательно. Учеников мало. А самой школе просто некому помочь.
Михаил Тырин и Виктор Артамонов собрали средства и передали в итоге в школу четыре ноутбука. За что им, конечно, огромное спасибо. Ввиду военных действий школы пока не работают, но, когда дети придут, их будет ждать сюрприз — компьютерный класс.
В марте я также обратилась к ним с просьбой помочь с мазями и лекарствами для госпиталя Донецка, так как с такой проблемой обратились медики. На следующий же день волонтеры «ТеплаСердец» доставили необходимые медикаменты в количестве, позволившем распределить их по нескольким госпитальным базам.
- У вас в городе война чувствуется?
— Мы находимся в тылу, и Снежное не подвергается таким варварским обстрелам, как Донецк, Макеевка, Ясиноватая, Горловка и Докучаевск, или как им подвергался наш город в 2014 году, когда центр Снежного бомбила украинская авиация. Тогда погибли десятки людей. К тому же рядом с нами Саур-Могила, где летом четырнадцатого за нее шли ожесточенные бои.
Однако и у нас чувствуется война. Временами очень громко. Ракеты, самолеты, но это все не прилеты к нам. От нас в 25 км находится город Шахтерск, над ним буквально в течение нескольких дней два раза сбивали «Точку-У». Очень слышно, как дрожат стены и стекла.
За Шахтерском находится город Зугрэс. Там есть большая ТЭС. В нее два раза уже прилетали ракеты. Я сама каждую неделю бываю по служебным делам в Донецке, который обстреливают ежедневно и круглосуточно. Сейчас нет района в городе, где было бы безопасно. И люди живут в этой обстановке каждый день, идут на работу, надеясь на лучшее и веря нашим защитникам.
Но нет предела коварству нацистов, обстреливающих жилые районы наших городов. Трагедия, которая случилась 14 марта в самом сердце Донецка и унесла жизни свыше двадцати дончан, когда над улицей Университетская среди белого дня взорвалась и упала начиненная кассетными боеприпасами «Точка-У», навсегда останется в наших сердцах, отзываясь болью.
Я часто бываю в Донецке в рабочих поездках, а место трагедии — мой обычный маршрут, я была там за день до этого и, проезжая или проходя мимо, теперь особенно ярко понимаю, насколько жизни людей ничего не значат для укронацистских подонков!
Поехала в Донецке по делу на Текстильщик, а через два дня там обстрел — погибло четыре человека. Поехала на «Маяк», а там на следующий день прилеты. Вот так едешь в обстреливаемые районы и не знаешь, прилетит сегодня или не прилетит. А люди там живут постоянно. Восемь лет.
- Как вам видится возможность интеграции в экономическое пространство ДНР освобожденных территорий?
— Безусловно, необходимо будет делать анализ в вопросе наличия и состояния производств на освобожденных территориях. Возможно, наши работающие предприятия смогут подтянуть к себе их мощности для совместной работы, а возможно, будет необходимость производить продукцию здесь, чтобы покрыть ее дефицит там. Все это покажет время. Сейчас надо одержать окончательную Победу.
Большая сложность, к сожалению, будет состоять в том, что в освобождаемых населенных пунктах, там, где живут НАШИ люди, будет крайне необходима активная работа по фильтрации и зачистке нацистских элементов, потому что эта нечисть разбредается и разбегается по тихим углам. Это работа сложная, долгая, но необходимая. Расслабляться будет еще не время. Но и это мы сможем сделать совместными усилиями.
- На время войны донецким предприятиям сделали какие-то поблажки в плане налогов и других выплат?
— На данный момент финансовая ситуация у предприятий в республике, прямо скажем, непростая ввиду военных действий и всеобщей мобилизации. Сложно с заказами, с расчетами за сырье для производства работ и не только. Есть некоторые шаги, которые предприняты в отношении налогов и сборов.
В частности, отсрочка некоторых видов налоговых платежей, мораторий на штрафы и проверки. Это необходимые шаги для того, чтобы наши предприятия выстояли и продолжили свою работу. Надеюсь на дальнейшие действия в этом направлении.
В отношении освобожденных территорий уже предпринимаются шаги для налаживания экономики, намечен план по упорядочиванию малого и среднего бизнеса и восстановлению разрушенной, растерзанной нацистскими оккупантами нашей возвращенной территории.
Восемь лет мы жили практически в резервации и блокаде. Боролись, работали, ждали и верили. И вот, наконец, мы снова вместе. Будем учиться жить в новых реалиях, таких долгожданных и выстраданных. Все будет хорошо!
