Об этом он рассказал  в интервью Украина.ру

— Юрий, цены на газ в ЕС уже второй день держатся на уровне $1000 за тысячу кубометров. Как это сказывается на Украине?

— В том, что касается домохозяйств и теплокоммунэнерго, получающих газ для выработки тепла для населения, пока никак.

Для граждан есть так называемые годовые тарифы, которые были введены с мая, и там цена в среднем 8 тыс. грн за тысячу кубов, плюс транспортировка 2 тыс. грн, суммарно это менее 10 тыс. грн или около $320 за тысячу кубометров.

Для теплокоммунэнерго цена не сильно отличается — 7400 грн за куб, плюс те же 2000 грн транспортировка, суммарно- 9500 грн, практически то же самое, что для населения.

— Получается, проблем с газом из-за европейского кризиса на Украине нет?

— К сожалению, так нельзя сказать. Например, «Нафтогаз» газ не поставляет для отопления некоторых бюджетных организаций — школ, садиков. Для них цена должна быть рыночной.

Европейские ценности оказались дешевле российского газа: соцсети о соглашении Венгрии с Россией
Европейские ценности оказались дешевле российского газа: соцсети о соглашении Венгрии с Россией
Часть таких организаций должны сейчас проводить тендеры на закупку газа, но никто им газ не продает даже по биржевым ценам — а это 32 тыс. грн за тысячу кубов, или чуть больше $1000.

По этой цене бюджетные организации выставляют свои заявки, они готовы купить, но им не продают.

Во-первых, боятся, что они не смогут заплатить. Поставщик все равно обязан будет поставить им газ, а они потом не заплатят — потому что по большому счету денег у них нет.

Они финансируются из местных бюджетов, в которых сейчас нет средств.

— А как обстоят дела в украинской промышленности? Для них ведь нет годовых тарифов.

— Если говорить о промышленности, то там все в основном берут газ по долгосрочным контрактам.

Тот газ, который добывают на Украине частные компании, например, структуры Ахметова, они продают частично своим предприятиям, частично другим компаниям.

У них сейчас нет такой цены, как $1000, даже $500 нет — $400 это потолок, есть и ниже. По рыночной цене расчеты фактически пока не идут.

Панические настроения есть, на украинской бирже тоже зафиксирована цена на уровне европейской.

Есть компании, которые продают газ по такой цене, но его практически никто не покупает. Есть компании, которые хотят купить по такой цене, но им, условно говоря, никто его не продает.

— На Украине добывают свой газ, хотя и не могут обеспечить свои потребности полностью. А что делать тем государствам, которые на 100% зависят от импорта?

— Даже в тех странах, где нет собственной добычи газа, но есть долгосрочные контракты с поставщиками, цены сейчас не слишком вырастают. Этот газ по контракту привязан к стоимости нефти, цена газа рассчитывается по формуле.

В европейских странах, где было как, например, в Румынии где-то $300 за тысячу кубов до $400-$600 в более богатых странах, так и остается.

Притом что это уже конечная цена. Те цены, что мы сейчас видим на бирже, существенно вырастают, пока доходят до конечного потребителя.

К ним еще добавляется стоимость транспортировки и маржа поставщика, который купил за $1000 и еще хочет на этом заработать. Минимум конечная цена для потребителя будет на уровне $1100.

— Комитет Европарламента по энергетике призвал прекратить финансирование трансграничных энергетических проектов, связанных с природным газом. Депутаты требуют давать деньги из европейского бюджета только на проекты, связанные с производством водорода. Насколько это своевременно для ЕС — чем сейчас можно заменить газ?

— В любом случае каждая страна будет самостоятельно решать, насколько такое предложение рационально. На эти вопросы пока исполнительные органы Европейского союза не могут влиять.

Польша недавно проиграла суд Чехии, которая потребовала закрыть польскую угольную шахту. Полякам присудили штраф в размере 500 тыс. евро ежедневно до тех пор, пока шахта не будет закрыта.

Но поляки сказали, что платить ничего не станут, будут и дальше добывать уголь из этой шахты и сжигать его для своих нужд.

Поэтому я думаю, что это заявление европейских парламентариев не будет иметь никаких последствий. Это скорее очередная попытка продвижения водородной энергетики.

Изучать этот вопрос нужно, этот тип топлива давно существует, надо только решить вопросы с оптимальными затратами на его производство и способами доставки до потребителя. Пока все перспективы водородной энергетики упираются в эти два момента.

У существующих газопроводов недостаточная герметичность на стыках труб для того, чтобы качать по ним очень летучий водород.

— А на Украине что-то делается в сфере водородной энергетики? Есть ли какие-то конкретные проекты?

— «Региональная газовая компания» бизнесмена Фирташа, владельца ряда облгазов, уже некоторое время исследует техническую возможность поставок водорода по своим трубопроводам к потребителю.

Есть несколько незначительных проектов по производству водорода, но это не промышленные объемы.

— Какими вам видятся перспективы водородной энергетики?

— Я сильно сомневаюсь, что водород сможет заменить такие традиционные виды топлива, как газ, уголь или ядерное топливо.

Ведь для производства водорода нужно потратить электроэнергию, это уже затраты. Где эту электроэнергию взять — причем она должна быть очень дешевой?

Четвертый энергопереход: Запад хочет «кинуть» развивающиеся страны, но Россия нашла выход
Четвертый энергопереход: Запад хочет «кинуть» развивающиеся страны, но Россия нашла выход
© CC0, Pixabay
Мне кажется, что сейчас просто надувается «водородный пузырь» вслед за «возобновляемым пузырем». 

Сейчас, на фоне роста цен на газ, в Европе все поняли, насколько ненадежны возобновляемые источники энергии по сравнению с теми же газом и углем.

Условно говоря, если ветер не дует и солнце не светит, приходится сжигать газ, чтобы балансировать систему. Ничего другого там пока не придумали. Поэтому в ЕС растут цены на электроэнергию.

Точно так же может быть и с водородом — дешевая электроэнергия в один момент может закончиться, и он взлетит в цене.

Требуются серьезные научные разработки и устранение существующих узких мест в технологии для того, чтобы водород можно было использовать повсеместно.