Фантаст Андрей Лазарчук — вместе с Михаилом Успенским — один из авторов посвящённой Гумилёву трилогии: в нее вошли романы "Посмотри в глаза чудовищ", "Марш Экклезиастов", "Гиперборейская чума".

В связи с годовщиной Украина.ру попросила писателя ответить на вопросы редакции.

- Андрей, почему именно Гумилёв стал героем вашей трилогии «Гиперборейская чума»? Что выделяло его из остальных поэтов Серебряного века?

— Мы просто искали героя (можно с большой буквы) той эпохи, и так получилось, что им стал Гумилёв. Я всегда отвечал на этот вопрос так: он сам пришёл. Никакой альтернативы на горизонте не возникло — тем более среди поэтов.

Андрей Лазарчук: Украина и Россия произведут вакцину от коронавируса, если станут единым государством
Андрей Лазарчук: Украина и Россия произведут вакцину от коронавируса, если станут единым государством
© Facebook, Андрей Лазарчук

- Кто кроме Гумилёва ваш любимый персонаж в трилогии? К кому прикипели за время написания этих романов?

— Дора Хасановна Шварц, естественно.

- Как вы умудрились связать воедино Гумилёва, нацистов и «рептилоидов»-мангасов? Предполагали ли вы, что спустя несколько лет эти темы будут «окучивать» федеральные СМИ вроде Рен ТВ?

— Это и тогда были модные темы — разве что не на ТВ, а в жёлтых газетах и бульварных книжках. То есть сама мифология была создана много раньше (Рерих, Блаватская, Генон и далее по списку), просто теперь она стала популярной. Ну мы и решили оттянуться. Как вы понимаете, Гумилёв в ипостаси мистика был тут более чем уместен.

- Как возник образ Ирэма Многоколонного? И было ли трудно сводить воедино сюжетные линии всех трех романов?

— Ирэм Многоколонный, он же Заброшенный Эдем, — город отчасти из Лавкрафта, отчасти из арабских мифов. Ну и немножко доработанный напильником. Да, сводить линии было очень трудно, и это не до конца получилось. Будь у нас побольше времени, вышло бы лучше, но издатели торопили.

- Если судить по публичным высказываниям, Майдан-2014 разбросал тех, кто работал на «Посмотри в глаза чудовищ» по разные стороны баррикад. Михаил Успенский, судя по его выступлениям, не принял политику России, Дмитрий Быков, который был автором "стихов Гумилева" из «Черной тетради» — и подавно. Вы же поддержали Донбасс. Отчего такая разница во взглядах? Общаетесь ли вы сейчас с Быковым?

— Я думаю, если бы Миша не умер так внезапно, он бы во всём разобрался. Он просто был медленный. А с Быковым мы продолжаем дружить, видимся время от времени и уважаем право друг друга на заблуждения.

- Почему «боллитра» (большая литература) вас отвергла? И почему сегодня на литературном пьедестале часто возникают сомнительные и скандальные произведения?

— Потому что группа писателей и издателей создала герметичную сферу, закрытый клуб, куда можно проникнуть только по приглашению. Там своя идеология, куда более тоталитарная, чем была при советской власти, и приглашения кому попало не раздаются.

Писатель Лазарчук о Донбассе: Это не фантастика, это слишком горько для меня
Писатель Лазарчук о Донбассе: Это не фантастика, это слишком горько для меня
© commons.wikimedia.org, Бережной Сергей

- Можно ли говорить об эпидемии «попаданчества» в фантастике? Почему сегодня любят «попаданцев», а не фантастику типа «Посмотри в глаза чудовищ»?

— Попаданчество — это вчерашний день. Сейчас в моде «бояр-аниме» (не спрашивайте меня, что это такое). Думаю, причина в спросе — что читатель покупает, то и издают. Падает грамотность читателя — падает качество литературы (и наоборот). Миша ещё после выхода второй книги трилогии говорил: «Мы не поспеваем за оглуплением читателя». Я, правда, всё ещё на что-то надеюсь…