Павел Рудяков. Биографическая справка
Павел Рудяков. Биографическая справка
© РИА Новости, Владимир Трефилов | Перейти в фотобанк
- Павел Николаевич, на ваш взгляд, о чем говорит принятие этого закона? Можно ли говорить, что президент Владимир Зеленский в противостоянии Международного валютного фонда (МВФ) и условного Запада с Игорем Коломойским пошел против олигарха, встал на сторону МВФ?

— Зеленскому нечего тут занимать сторону — он на этой стороне, о которой вы сказали, не первый день, не первую неделю. Он постоянно на этой стороне и не только на стороне, но и на цепи — у него свободы-то выбора не было.

Тут с этим законом все не так просто, потому что, как мы его обозначаем «антиколомойский» — это очень условное название. Коломойский действительно определенные потери понесет, когда этот закон вступит в силу, но как раз лично у Коломойского останется право на определенную компенсацию за отнятый у него банк. И это заставляет вспомнить о том, что еще года два назад Коломойский, тогда уже в контрах с [пятым президентом Петром] Порошенко, говорил, что мне не нужен банк обратно — дайте мне миллиардную компенсацию, и я буду удовлетворен.

Так что «антиколомойский» закон — это название примерно в духе «Украина — демократическая страна». То есть это лозунг, за которым очень много всякого скрывается, что отрицает этот лозунг. Это закон, который позволяет установить фактически полный контроль над нашей банковской системой.

- Насколько его положения вообще соответствуют Основному закону страны?

— Этот закон практически развязывает руки Запада для контроля и регулирования украинской банковской системы без всяких оглядок на законодательство. То есть это уже даже не прикрытие колониального рычага внешнего регулирования, а это откровенная дубина, которая может быть применена в любом случае против любого банка, против любого владельца банка.

Кроме того, там же записаны вещи, которые открывают очень печальные перспективы и для клиентов банка. В данном случае, если начинается какая-то процедура отнятия банка у владельца, то те физические и юридическая лица, которые там держат депозиты, счета и так далее, оказываются в очень печальном состоянии, поскольку фактически теряют не только свои деньги, но даже право попытаться оспорить это.

- А будет ли Коломойский бороться?

— Поборется, я думаю. Принятие этого закона небезопасно для Зеленского, так как может дать окончательный толчок для Игоря Валерьевича Коломойского запустить пару политических проектов, которые Зеленскому и его партии очень не понравятся.

- Насколько сейчас, по-вашему, вообще велико влияние Коломойского и других олигархов на Зеленского? Можно ли говорить, что президент смог получить какую-то политическую независимость?

— Да нет, у нас олигархически-бюрократический строй: у нас высшая бюрократия активно принимает участие [в политике], и часть этой бюрократии переходит в разряд олигархов. Мы олигархами называем ветеранов нашей олигархии — Коломойского, [Виктора] Пинчука, [Рината] Ахметова и еще несколько людей, а у нас же уже новые олигархи выросли, особенно после 2014 года, — те же Порошенко, [глава МВД Арсен] Аваков, еще целый ряд людей.

«Антиколомойский закон»: МВФ «убирает» олигархов и берёт власть на Украине в свои руки
«Антиколомойский закон»: МВФ «убирает» олигархов и берёт власть на Украине в свои руки
© РИА Новости, Наталья Селиверстова | Перейти в фотобанк
- То есть это больше вопрос не конкретного политика, а системы?

— Да, у нас система, из-под нее нельзя выйти. Зеленский же фактически не занимается руководством государства, он только позирует на камеру, выступает с заявлениями, то есть занимается декларативно-риторическим пиар-сопровождением того, что происходит. А те люди, которые в окружении Зеленского ведут политические, экономические, финансовые направления, являются участниками каких-то олигархических групп, поэтому тут ни о какой свободе не может быть и речи.

Зеленский мог бы попробовать пойти по пути [Владимира] Путина, когда Путин пришел в президенты России, и попробовать олигархат немного приструнить и сделал государство сильнее олигархата. Но у Зеленского для этого не хватает очень многих вещей, в том числе субъективных. И для того, чтобы это начинать, ему нужно было бы собрать такой управленческий кулак вокруг себя, опереться на кого-то, кто мог бы играть против олигархов.

- А сейчас уже поздно это сделать?

— Оно никогда не поздно, но время все-таки потеряно. Вот тот кредит доверия, который был у него на входе и который позволял ему к себе вызывать олигархов, исчерпан. Да и сам этот кредит доверия — это больше облако, туман, под прикрытием которого нужно было Зеленскому тогда ставить своего на 200% человека. В принципе он поставил [в руководство Службы безопасности Украины Ивана] Баканова и мог бы на него опереться, при условии, что Баканов сможет взять эту службу под свой контроль, а он не смог.

- Но вы говорите, что и сейчас еще не поздно что-то решать. Вместо Баканова на кого может опереться Зеленский?

— Если нашу сегодняшнюю ситуацию брать, если понимать, что никто ни на белом коне, ни на черном тракторе, ни на боевом беспилотнике не прилетит и не поможет ему навести порядок в стране и встать во главе этого порядка, то у него один потенциальный союзник, который мог бы обеспечить ему победу над олигархами, но цена этой победы была бы слишком велика для Зеленского. Это Арсен Аваков.

Он и сам бы мог навести порядок, но он понимает, что не сможет эту свою сильную руку легализовать на Западе, а под прикрытием Зеленского он смог бы это сделать. Но повторяю, цена такой победы для Зеленского была бы еще более высока, чем вот такое вялотекущее состояние, в котором он сейчас пребывает по воле олигархов и Запада.

- К слову об олигархах. Для принятия закона о банках, закона о земле Зеленский в некотором роде сблизился с Порошенко. Чем опасно для Зеленского это сближение, помимо того, что люди не поймут союз с одиозным политиком, которого президент обещал посадить?

— Ну, одиозный он в глазах определенных кругов и избирателя, да, но с точки зрения безоценочного политического процесса он такой же потенциальный партнер для Зеленского, как и все остальные. И Зеленский же фактически отказался от той риторики, с которой он шел как кандидат в президенты, когда он костерил Порошенко и сказал, что «я ваш приговор». Даже на словах отказался.

И Зеленский продолжает в значительной степени и в гуманитарной политике, и во внешней политике, в экономической политике линию Порошенко. Но это не линия Порошенко — это линия Запада, которую для Украины очертили и которую продолжал бы и [четвертый президент Виктор] Янукович, если бы сейчас вернулся. Это линия, которая задана и отклонение от которой для любого президента означало бы утрату власти по форсированной процедуре.

Поэтому если исходить из этого, то вполне можно было предположить, что к 2024 году, если не будет досрочных выборов, при определенных условиях Зеленский вынужден будет выставить на парламентских выборах, только не пугайтесь, «Блок Зеленского-Порошенко».

- А что за условия должны быть соблюдены для такого сценария?

— Сейчас у нас протестный потенциал раскаляется, нарастает, появляются какие-то лидеры и слева, и справа. Вот [экс-замглавы Администрации Виктора Януковича, юрист] Андрей Портнов — один из них — уже заявляет, что пора отказываться от Зеленского и его команды. А Портнов был одним из тех, кто был готов войти в команду Зеленского.

И когда или если, скорее, если к 2024 году этот протестный потенциал реализуется в протестно-политическом движении антимайданном, которому принадлежит Портнов, я не исключаю появление «Блока Зеленского-Порошенко».

«ПриватБанк» без Коломойского и «присвоенная» Победа. Рада провела внеочередное заседение
«ПриватБанк» без Коломойского и «присвоенная» Победа. Рада провела внеочередное заседение
© пресс-служба президента Украины
- А при ком из них — Зеленском и Порошенко — вот эта олигархическая система, о которой вы говорили, была сильнее?

— Трудно сказать. Тут смотря что брать критерием. Безусловно, сейчас она стала слабее, потому что Украина ослабла и просела, и каждый олигарх стал беднее. Когда беднеет кормушка, беднеют и олигархи. Но при этом и другие силы, которые могли бы противостоять, тоже слабеют. Поэтому контроль у олигархов остается.

Но есть еще один момент. Вот эта олигархическая система у нас больше, чем любая другая сфера, испытала на себе этот процесс децентрализации. На государственном уровне она фактически превратилась в пустышку, а вот в олигархической системе децентрализация сработала, и сейчас у нас есть регионы, которые уже на сегодняшний день готовы выживать на более хороших условиях, чем это делает центр. И это уже произошло. Это касается Харькова, Одессы, Днепропетровска (нынешнего Днепра).

В этом смысле можно говорить, что эта система ослабла, потому что теперь в любой момент регионы могут начать выживать самостоятельно. Тогда олигархи уже не будут претендовать на какие-то общенациональные вещи, а будут брать под себя регионы. Возможно, система не то что ослабла, а видоизменилась. Но, на мой взгляд, это очень серьезное видоизменение, которое может иметь серьезные последствия.

- Вся эта ситуация с так называемыми «непослушными» мэрами является проявлением олигархической децентрализации?

— Да, притом что Черкассы зависят от центра — это далеко не Одесса и не Харьков. И если мэр такого города позволяет себе такие вещи и выходит победителем из этого скандала, то это сигнал, что власти даже таких городов понимают, что теперь с центром можно говорить с позиции силы. А это уже приговор для центральной власти.