Правда, и сама по себе оборона отряда Най-Турса от наступающих петлюровцев в районе Политехнического института, мягко говоря, не слишком исторична. В черте города бой вёл только отряд под командованием генерала графа Фёдора Келлера (основной прототип Най-Турса), но было это на Крещатике. Если говорить о прототипе Николки Турбина — Николае Булгакове, то он 14 декабря ни в каких боях не участвовал — оставшиеся без руководства офицеры дружины генерала Кирпичёва столпились около Педагогического музея и были взяты в плен петлюровцами.

На этом основании, а также из-за намеренной путаницы, внесённой в описание боя и бегства Турбина-младшего, некоторые булгаковеды полагают, что воспроизвести его маршрут нельзя. Это не совсем так — пройти от Политехнического института до Андреевского спуска вполне реально, просто местами трудно следовать именно тем обозначениям, которые внёс автор. К тому же район с тех времён изрядно перестроен.

«Вокруг Булгакова»: киевские маршруты «Белой гвардии» – от Алексеевского спуска до Мало-Провальной улицы
«Вокруг Булгакова»: киевские маршруты «Белой гвардии» – от Алексеевского спуска до Мало-Провальной улицы

Начинается деятельность Най-Турса с того, что он «в помещении дружины на Львовской улице (…) взял с собою 10 юнкеров (почему-то с винтовками) и две двуколки и направился с ними в отдел снабжения».

«Помещение дружины на Львовской улице» (запомним это) — это бывшие казармы Феодосийского полка по улице Львовской (Артёма, а сейчас — Сичевых стрельцов), дом 24. Насколько известно, никакая офицерская дружина там не базировалась. Тем более что и сам Булгаков путается — Най-Турс командует отрядом 3-й дружины, а Николка служит в 1-й, но оба выдвигаются из одного места. Вероятно, в это время казармы использовались немецкими войсками. Вообще, воинские части там размещались постоянно, вплоть до второй половины 90-х годов.

Сама по себе Львовская улица вела от Львовских (Жидовских) ворот града Ярослава по направлению к Европе. Сейчас на Львовской площади стоит умилительный памятник княжне Анне Ярославне — будущей французской королеве.

Отправились же юнкера в здание Женской торговой школы на улице Бульварно-Кудрявской (дом 18/2). Там в это время находилось одно из подразделений управления снабжения гетманской армии. Склад же помещался, скорее всего, в подвале, где сейчас парикмахерская.

Следующий пункт — казармы в Брест-Литовском переулке. Он существует и поныне, отделяя территорию зоопарка от жилой застройки. Где именно там помещалась часть Най-Турса, понять совершенно невозможно — вся застройка новая, 60-70-х годов прошлого века. Скорее всего, в 1918 году тут был частный сектор, а казармы если и были, то временные.

Приказ же Най-Турсу звучал так: «Охранять Политехническое шоссе и, в случае появления неприятеля, принять бой».

Тут всё просто — Политехнического шоссе в Киеве нет, но есть Брест-Литовское (Житомирское) шоссе, которое в городской черте сейчас называется проспектом Победы. После начала боя юнкера отступали до переулка около двух вёрст, а значит приняли они его где-то около пересечения проспекта с улицей Гарматной (ориентир: танк — памятник освободителям Киева).

«Вокруг Булгакова»: киевские маршруты «Белой гвардии» – от Брест-Литовского переулка до Алексеевского спуска

Затем Най-Турс отправляет троих юнкеров на Полевую и Борщаговскую, и они убегают налево — это действительно так, если стоять на проспекте спиной к центру города. Юнкера добыли двуколки и уехали на них по Брест-Литовскому и Фонарному переулку, где столкнулись с отделением Николки Турбина. Фонарный переулок, очевидно, Тбилисский.

Именно здесь, где Брест-Литовский переулок поворачивает в сторону центра, чудесным образом превращаясь в улицу Шулявскую, принял свой последний бой полковник Най-Турс. И именно отсюда обратился в бегство после его гибели Николка.

Команду Най-Турса «По Фонагному пегеулку сквозными двогами на Газъезжую, на Подол!» следует понимать следующим образом:

— Из Брест-Литовского переулка можно выйти на одноимённое шоссе, а также на улицу Мариинскую (Ванды Василевской, сейчас — Богдана Гаврилишина).

— Напрямую можно по Шулявской, но она именно прямая — простреливается.

— Тбилисский переулок уходит в сторону, и там можно пробежать дворами к Песчаной (улица Ярмолы).

— В 1918 году Мариинская была застроена только до перекрёстка с Песчаной, а дальше был разъезд грунтовых дорог, одна из которых вела к улице Глыбочицкой, ведущей на Подол. Этот проезд Булгаков называет Разъезжей, хотя в то время она называлась Новая 67-я (в Москве подобного рода улицы называются «Проектируемый проезд») или Новоглубочицкая.   

Тут маршрут Николки теряется — он забегает во двор, но, повторимся, историческая застройка микрорайона полностью утрачена. Можно только предполагать, что Булгаков в этих дворах бывал. За какой надобностью, мы никогда не узнаем, да и надо ли нам это?

 Затем Николка «побежал по вымершей Разъезжей и благополучно добрался до перекрёстка, откуда находились (так у автора.— Ред.) две улицы: Лубочицкая на Подол и Ловская, уклоняющаяся в центр Города». 

 Лубочицкая — это Глыбочицкая (Глубочицкая). Новоглубочицкая была фактически её продолжением. Улица, проложенная над руслом улицы Глыбочицы, круто уходит вниз к улицам Верхний и Нижний Вал на Подоле. Историческая застройка на ней не сохранилась.

«Вокруг Булгакова»: почему погиб Николай Турбин
«Вокруг Булгакова»: почему погиб Николай Турбин
© Андрей Николаев

Ловская — Львовская, о которой мы уже писали. Повторим, что логики в использовании названий у Булгакова нет — в другом месте Львовская называется Львовской. 

Николка видит на Львовской петлюровцев и сворачивает, понятно, на Глыбочицкую, спускается по ней, а потом «выскочил на Вольский спуск».

Тут есть некоторая загадка. По сути, все улицы, пересекающие Глыбочицкую, являются спусками — это речная долина, разделяющая два холма. Название «спуск» имеют только два из них — Кудрявский (в 1918 году его не было) и Вознесенский. Выскочить Николка на него мог, но идти по нему дальше смысла не было — он широкой дугой обходит урочище Гончары-Кожемяки. Это сильно удлиняет и усложняет (идти придётся вверх) путь, к тому же наверху она пересекается со Львовской в районе одноимённой площади, а там — петлюровцы.

Чтобы попасть на Андреевский спуск, Николке надо обойти Замковую гору — либо через урочище (тогда, как и сейчас, оно было застроено), либо через Подол — мимо Житнего рынка и Флоровского монастыря на Контрактовую площадь.

«Вокруг Булгакова»: киевские маршруты «Белой гвардии» – от Брест-Литовского переулка до Алексеевского спуска

По книге, Николка пошёл именно последним путём, мимо Крестовоздвиженской церкви, в которой крестили Булгакова, и по Верхнему Валу или параллельному ему отрезку улицы Воздвиженской (сейчас — переулок), где стоял дом, в котором родился Булгаков.

С Контрактовой площади «Николка пришёл к началу своей улицы, крутого Алексеевского спуска». Но, наверное, всё же не к самому началу — начинается улица около храма Николы Доброго, в котором служил семейный священник Булгаковых Св. Александр Глаголев, но Булгаков о ней тут не упоминает, а упоминает о доме №7. Значит, Николка прошёл по улице Боричев Ток и вышел на спуск напротив дома №5.

«Вокруг Булгакова»: секреты «дома Турбиных»
«Вокруг Булгакова»: секреты «дома Турбиных»
© РИА Новости, Вячеслав Рунов / Перейти в фотобанк

Маршрут реальный, он элементарно выстраивается на электронных картах. Всего надо пройти порядка 5 километров, что займёт около часа (пока Николка бежал — стемнело). По времени всё сходится — звонок из штаба прозвучал в 3 часа дня. Дорога от казарм на Львовской до Брест-Литовского переулка заняла бы 1,5 часа, если бы Николка шёл один. Но, поскольку он шёл с «третьим отделом 1-й пехотной дружины, в составе 28 юнкеров», который вёз с собой пулемёт, то времени было затрачено несколько больше. События на перекрёстке вряд ли заняли больше 10-15 минут, после чего Николка побежал. Дома он был около шести часов вечера, когда в декабре уже довольно темно.