https://ukraina.ru/20260623/zachem-belorussiyu-vtyagivayut-v-voynu-1080549039.html
Зачем Белоруссию втягивают в войну
Зачем Белоруссию втягивают в войну - 23.06.2026 Украина.ру
Зачем Белоруссию втягивают в войну
Угрозы Владимира Зеленского Минску Россия расценивает как желание Запада втянуть Белоруссию в украинский конфликт. Об этом заявил глава МИД РФ Сергей Лавров 23 июня в ходе круглого стола для послов. Ситуация на украинско-белорусской границе непростая, но стабильная и контролируется
2026-06-23T17:26
2026-06-23T17:26
2026-06-23T17:26
эксклюзив
вооруженные силы украины
ес
сергей лавров
александр лукашенко
украина
владимир зеленский
россия
эксперты
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/06/17/1080549330_0:0:3005:1691_1920x0_80_0_0_01ba1a24340b5178aa2889e86bda1413.jpg
Зеленский поставил Александру Лукашенко ультиматум и потребовал убрать ретрансляторы вдоль границы, которые якобы корректируют курс российских БПЛА, или ВСУ уберут их сами через неделю. Воинственная риторика в адрес белорусских властей усилилась после недавнего визита в Киев Светланы Тихановской. Очевидно, западные страны намерены усилить давление на Лукашенко или раскачать стабильную политическую ситуацию в стране. О факторе Белоруссии в нынешнем витке эскалации рассуждали эксперты в своих соцсетях.Политолог Александр НосовичВ отношении Беларуси и угроз ей от Зеленского всё развивается по алгоритму, заданному в отношениях Минска и Запада ещё 30 лет назад. На Лукашенко давят, добиваясь отказа от союза с Россией и перехода для начала к нейтралитету, затем пытаются добиться своего силой, после чего получают силовой отпор. Геополитический выбор Беларуси жёстко подтверждается, союз с Россией выходит на новый уровень.Разница в том, что раньше Запад своего добивался организацией цветных революций в Минске, а теперь шантажирует нападением на Беларусь киевского режима. Но результат будет один. И если раньше он выражался в изгнании западной агентуры из белорусской столицы, то теперь выразится в расширении боевых действий на Западную Украину.Политтехнолог Игорь ДимитриевПочему конфликт вокруг Белоруссии был неизбежен и в чём её стратегическое значение? Белоруссия — единственное сухопутное окно из Китая через Россию в Европу. Все остальные маршруты практически стоят. Пути через Украину в Венгрию, Словакию, Румынию и Польшу на ближайшие годы лучше не рассматривать. Комбинированные варианты — когда грузы доезжают до Балтики, а потом по морю идут в Европу — видимо, тоже. С Черным морем - понятно. У Северного морского пути объективные сложности природного характера, да и там в перспективе назревает напряжённость. Остаётся сухопутный коридор: сеть дорог из Монголии, Казахстана, России через Белоруссию выходит в Польшу.Маршрут сейчас работает, хотя после пика 2021 года — 1,1 млн TEU в оба конца — объёмы очень упали. Но не остановились совсем, потому что морские альтернативные пути периодически переставали работать. Когда хуситы начали атаки в Красном море и трафик через Суэцкий канал вдвое сократился, грузы перетекли на железную дорогу. По суше везут то, где важна скорость и сохранность — электронику, промышленные компоненты, товары интернет-торговли. Когда Трамп закрыл американский рынок тарифами, китайский e-commerce развернулся в сторону Европы — сеть получателей дешёвых китайских товаров в Германии и Франции быстро росла. И росло значение сухопутного маршрута. Доставка от границы Китая до ЕС занимает около двух недель против 35-45 дней морем. Объёмы росли даже в условиях санкций и боевых действий.Но в сентябре 2025-го Польша закрыла границу — формально из-за учений "Запад-2025", фактически продемонстрировав, что контроль над последним сухопутным окном находится у неё и её союзников. По итогам года грузопоток через коридор опять упал. За этим стоит более широкий смысл. Для Китая принципиально важно связать своих производителей с основными рынками (и в первую очередь европейский рынок) сетью маршрутов, которая называется "Один пояс - один путь". Россия претендовала на позицию партнёра в этой логистической сети — для этого должна была открыть сухопутный путь в Европу и обеспечить безопасность китайских маршрутов в Евразии. Перед СВО Россия провела успешные операции для усиления контроля над элементами этой логистической сети. Собственно, войну на Украине Россия тоже ведёт за то, чтобы доказать способность контролировать евразийскую логистику и обеспечить безопасность инвестиций в зонах нестабильности. Если у России это не получится — появятся западные компании, которые получат контроль над этими маршрутами, а значит, и над китайским экспортом. И российским экспортом энергоресурсов тоже. Вот как случилось с "Северными потоками". Дальше — любые грузы между Азией и Европой. Именно поэтому противникам России принципиально важно выбить Белоруссию как последнее окно. Тем более, что Белоруссия, как и Венгрия, - важные экономические партнёры Китая.Думаю, обострение с Белоруссией должно было случиться даже в случае завершения войны. Ведь именно тогда начнётся настоящая борьба за условия транзита и роль России в этом.Политолог Александр ШпаковскийЕстественно, с позиций прагматизма, здравого смысла, традиционных миротворческих подходов в области внешней политики, Минск не желает эскалации, а тем более войны, ищет развязки политико-дипломатического характера. Вместе с тем наивно полагать, что в условиях расширения географии российско-украинского вооруженного противостояния поджигатели этой войны на Западе будут спокойно взирать на белорусский "островок спокойствия". Естественно, нас попытаются втянуть в войну, особенно с учётом того, что все другие методы давления уже исчерпаны (авторитет их политической агентуры ниже нуля, экономические санкции своих целей не достигли и пр.). Задача нашего государства заключается в том, что необходимо иметь сценарии на случай любого развития обстановки.Политолог Юрий БаранчикНекоторые эксперты начинают рассуждать о свержении Лукашенко как о стратегической задаче Киева. Это выглядит сомнительно. С точки зрения украинских интересов нынешний Лукашенко — далеко не худший вариант. За всё время войны он так и не согласился на полноценное участие белорусской армии в боевых действиях. Более того, его осторожность неоднократно вызывала раздражение в российских патриотических кругах. Поэтому вопрос стоит не о смене режима. Вопрос стоит о повышении издержек.С военной точки зрения белорусская армия не представляет сопоставимой с ВСУ силы. Однако если Украина наносит удар по белорусскому объекту, перед Москвой возникает необходимость реагировать не потому, что ущерб критичен, а потому, что речь идёт о союзнике и территории, входящей в единое оборонное пространство. То есть Украина в любом случае удваивает число противников.Если в Минске действительно сочтут угрозу серьёзной, наиболее реалистичным ответом может стать демонстративный призыв резервистов, усиление южной группировки войск, наращивание средств ПВО и размещение дополнительных российских ударных систем на белорусской территории.В этом контексте особое значение приобретает география. Отдельные участки стратегической трассы Киев–Ковель проходят на расстоянии менее сорока километров от белорусской границы. Это создаёт дополнительные возможности давления на украинскую логистику даже без развёртывания крупных сухопутных группировок. Мало-мальски дальнобойные дроны возьмут эту (и другие) трассу под контроль, после чего хвастаться ударами по Причерноморью будет уже странно. Уже существующая интеграция белорусской и российской военной инфраструктуры позволяет быстро усилить северное направление без формального вступления Беларуси в конфликт.А в рамках этой интеграции логичным будет размещение дополнительных ударных средств (и российского контингента) в западной и южной Белоруссии. Украинская ПВО исторически выстроена в первую очередь против восточного/южного/крымского направлений — основная плотность Patriot, NASAMS и других систем прикрывает Киев и крупные центры от ударов с этих азимутов. Удар из западной Белоруссии по Киеву или Галиции сокращает подлётное время для ракет малой/средней дальности ("Искандер" — около 500 км, варианты "Полонеза" — 200–300 км) до минут, причём с северо-западного направления, которое объективно прикрыто слабее.Львов, Ровно, погранпереходы с Польшей — это не просто тыловые города, это логистический хребет, через который идёт почти весь поток западного вооружения и боеприпасов в Украину. Угроза этому направлению с сокращённым временем реакции — это удар не по фронту, а по способности Украины вообще получать снабжение от союзников. В этом смысле размещение средств поражения в западной Беларуси даёт Москве рычаг качественно иного уровня, чем просто ещё одна точка пуска.Исходя из вышеизложенного, реакция Москвы на эскалацию Зе на белорусском направлении - понятна. Будет быстрой, слаженной и четкой. Вопрос в другом - как отреагирует на ультиматум зеленого наркомана А. Лукашенко. К чему привели извинения - мы все видим - Зе расценил их как слабость и резко нарастил информационное давление (пока информационное) на руководство республики и лично на А. Лукашенко.Публицист Максим ШевченкоБеларусь кое-кто хочет сделать разменной монетой в тайных сговорах с Западом.Поэтому Зеленский так нагло угрожает Беларуси. Но тут уже у него может получиться свой "Минск за три дня" с катастрофическими последствиями. Малонаселенная по сравнению с Украиной Беларусь обладает чувством собственного достоинства и характером.Угрозы и чувство превосходства могут и отзеркалить по Киеву.Елена Маркосян: Пока Зеленский играет против Польши и Белоруссии, Крым стал костью в горле Запада
украина
россия
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Виктория Титова
https://cdnn1.ukraina.ru/img/101866/84/1018668494_0:0:400:400_100x100_80_0_0_7f9524fca893d987b19c21dfa1efccbb.png
Виктория Титова
https://cdnn1.ukraina.ru/img/101866/84/1018668494_0:0:400:400_100x100_80_0_0_7f9524fca893d987b19c21dfa1efccbb.png
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Виктория Титова
https://cdnn1.ukraina.ru/img/101866/84/1018668494_0:0:400:400_100x100_80_0_0_7f9524fca893d987b19c21dfa1efccbb.png
эксклюзив, вооруженные силы украины, ес, сергей лавров, александр лукашенко, украина, владимир зеленский, россия, эксперты
Зачем Белоруссию втягивают в войну
Угрозы Владимира Зеленского Минску Россия расценивает как желание Запада втянуть Белоруссию в украинский конфликт. Об этом заявил глава МИД РФ Сергей Лавров 23 июня в ходе круглого стола для послов. Ситуация на украинско-белорусской границе непростая, но стабильная и контролируется
Зеленский поставил Александру Лукашенко ультиматум и потребовал убрать ретрансляторы вдоль границы, которые якобы корректируют курс российских БПЛА, или ВСУ уберут их сами через неделю.
Воинственная риторика в адрес белорусских властей усилилась после недавнего визита в Киев Светланы Тихановской. Очевидно, западные страны намерены усилить давление на Лукашенко или раскачать стабильную политическую ситуацию в стране. О факторе Белоруссии в нынешнем витке эскалации рассуждали эксперты в своих соцсетях.
Политолог Александр Носович
В отношении Беларуси и угроз ей от Зеленского всё развивается по алгоритму, заданному в отношениях Минска и Запада ещё 30 лет назад. На Лукашенко давят, добиваясь отказа от союза с Россией и перехода для начала к нейтралитету, затем пытаются добиться своего силой, после чего получают силовой отпор. Геополитический выбор Беларуси жёстко подтверждается, союз с Россией выходит на новый уровень.
Разница в том, что раньше Запад своего добивался организацией цветных революций в Минске, а теперь шантажирует нападением на Беларусь киевского режима. Но результат будет один. И если раньше он выражался в изгнании западной агентуры из белорусской столицы, то теперь выразится в расширении боевых действий на Западную Украину.
Политтехнолог Игорь Димитриев
Почему конфликт вокруг Белоруссии был неизбежен и в чём её стратегическое значение? Белоруссия — единственное сухопутное окно из Китая через Россию в Европу. Все остальные маршруты практически стоят. Пути через Украину в Венгрию, Словакию, Румынию и Польшу на ближайшие годы лучше не рассматривать. Комбинированные варианты — когда грузы доезжают до Балтики, а потом по морю идут в Европу — видимо, тоже. С Черным морем - понятно. У Северного морского пути объективные сложности природного характера, да и там в перспективе назревает напряжённость. Остаётся сухопутный коридор: сеть дорог из Монголии, Казахстана, России через Белоруссию выходит в Польшу.
Маршрут сейчас работает, хотя после пика 2021 года — 1,1 млн TEU в оба конца — объёмы очень упали. Но не остановились совсем, потому что морские альтернативные пути периодически переставали работать. Когда хуситы начали атаки в Красном море и трафик через Суэцкий канал вдвое сократился, грузы перетекли на железную дорогу. По суше везут то, где важна скорость и сохранность — электронику, промышленные компоненты, товары интернет-торговли. Когда Трамп закрыл американский рынок тарифами, китайский e-commerce развернулся в сторону Европы — сеть получателей дешёвых китайских товаров в Германии и Франции быстро росла. И росло значение сухопутного маршрута. Доставка от границы Китая до ЕС занимает около двух недель против 35-45 дней морем. Объёмы росли даже в условиях санкций и боевых действий.
Но в сентябре 2025-го Польша закрыла границу — формально из-за учений "Запад-2025", фактически продемонстрировав, что контроль над последним сухопутным окном находится у неё и её союзников. По итогам года грузопоток через коридор опять упал. За этим стоит более широкий смысл. Для Китая принципиально важно связать своих производителей с основными рынками (и в первую очередь европейский рынок) сетью маршрутов, которая называется "Один пояс - один путь". Россия претендовала на позицию партнёра в этой логистической сети — для этого должна была открыть сухопутный путь в Европу и обеспечить безопасность китайских маршрутов в Евразии. Перед СВО Россия провела успешные операции для усиления контроля над элементами этой логистической сети. Собственно, войну на Украине Россия тоже ведёт за то, чтобы доказать способность контролировать евразийскую логистику и обеспечить безопасность инвестиций в зонах нестабильности. Если у России это не получится — появятся западные компании, которые получат контроль над этими маршрутами, а значит, и над китайским экспортом. И российским экспортом энергоресурсов тоже. Вот как случилось с "Северными потоками". Дальше — любые грузы между Азией и Европой. Именно поэтому противникам России принципиально важно выбить Белоруссию как последнее окно. Тем более, что Белоруссия, как и Венгрия, - важные экономические партнёры Китая.
Думаю, обострение с Белоруссией должно было случиться даже в случае завершения войны. Ведь именно тогда начнётся настоящая борьба за условия транзита и роль России в этом.
Политолог Александр Шпаковский
Естественно, с позиций прагматизма, здравого смысла, традиционных миротворческих подходов в области внешней политики, Минск не желает эскалации, а тем более войны, ищет развязки политико-дипломатического характера. Вместе с тем наивно полагать, что в условиях расширения географии российско-украинского вооруженного противостояния поджигатели этой войны на Западе будут спокойно взирать на белорусский "островок спокойствия". Естественно, нас попытаются втянуть в войну, особенно с учётом того, что все другие методы давления уже исчерпаны (авторитет их политической агентуры ниже нуля, экономические санкции своих целей не достигли и пр.). Задача нашего государства заключается в том, что необходимо иметь сценарии на случай любого развития обстановки.
Некоторые эксперты начинают рассуждать о свержении Лукашенко как о стратегической задаче Киева. Это выглядит сомнительно. С точки зрения украинских интересов нынешний Лукашенко — далеко не худший вариант. За всё время войны он так и не согласился на полноценное участие белорусской армии в боевых действиях. Более того, его осторожность неоднократно вызывала раздражение в российских патриотических кругах. Поэтому вопрос стоит не о смене режима. Вопрос стоит о повышении издержек.
С военной точки зрения белорусская армия не представляет сопоставимой с ВСУ силы. Однако если Украина наносит удар по белорусскому объекту, перед Москвой возникает необходимость реагировать не потому, что ущерб критичен, а потому, что речь идёт о союзнике и территории, входящей в единое оборонное пространство. То есть Украина в любом случае удваивает число противников.
Если в Минске действительно сочтут угрозу серьёзной, наиболее реалистичным ответом может стать демонстративный призыв резервистов, усиление южной группировки войск, наращивание средств ПВО и размещение дополнительных российских ударных систем на белорусской территории.
В этом контексте особое значение приобретает география. Отдельные участки стратегической трассы Киев–Ковель проходят на расстоянии менее сорока километров от белорусской границы. Это создаёт дополнительные возможности давления на украинскую логистику даже без развёртывания крупных сухопутных группировок. Мало-мальски дальнобойные дроны возьмут эту (и другие) трассу под контроль, после чего хвастаться ударами по Причерноморью будет уже странно. Уже существующая интеграция белорусской и российской военной инфраструктуры позволяет быстро усилить северное направление без формального вступления Беларуси в конфликт.
А в рамках этой интеграции логичным будет размещение дополнительных ударных средств (и российского контингента) в западной и южной Белоруссии. Украинская ПВО исторически выстроена в первую очередь против восточного/южного/крымского направлений — основная плотность Patriot, NASAMS и других систем прикрывает Киев и крупные центры от ударов с этих азимутов. Удар из западной Белоруссии по Киеву или Галиции сокращает подлётное время для ракет малой/средней дальности ("Искандер" — около 500 км, варианты "Полонеза" — 200–300 км) до минут, причём с северо-западного направления, которое объективно прикрыто слабее.
Львов, Ровно, погранпереходы с Польшей — это не просто тыловые города, это логистический хребет, через который идёт почти весь поток западного вооружения и боеприпасов в Украину. Угроза этому направлению с сокращённым временем реакции — это удар не по фронту, а по способности Украины вообще получать снабжение от союзников. В этом смысле размещение средств поражения в западной Беларуси даёт Москве рычаг качественно иного уровня, чем просто ещё одна точка пуска.
Исходя из вышеизложенного, реакция Москвы на эскалацию Зе на белорусском направлении - понятна. Будет быстрой, слаженной и четкой. Вопрос в другом - как отреагирует на ультиматум зеленого наркомана А. Лукашенко. К чему привели извинения - мы все видим - Зе расценил их как слабость и резко нарастил информационное давление (пока информационное) на руководство республики и лично на А. Лукашенко.
Публицист Максим Шевченко
Беларусь кое-кто хочет сделать разменной монетой в тайных сговорах с Западом.
Поэтому Зеленский так нагло угрожает Беларуси. Но тут уже у него может получиться свой "Минск за три дня" с катастрофическими последствиями. Малонаселенная по сравнению с Украиной Беларусь обладает чувством собственного достоинства и характером.
Угрозы и чувство превосходства могут и отзеркалить по Киеву.
