Как все начиналось

30 апреля 2014 года МВФ одобрил кредитную программу стенд-бай для Украины в размере $16,67 млрд, определив в качестве условий кредитования, кроме прочего, проведение реформ и преодоление структурных дисбалансов. Кристин Лагард, директор-распорядитель МВФ, отметила среди приоритетных реформ и стабилизацию финансовой системы. Для этого Украине нужно было провести диагностирование банковской системы и усилить ее устойчивость, пересмотреть регуляторные нормы и законодательство в сфере банковской деятельности и осуществлять шаги по реструктуризации «токсичных» кредитных портфелей банков. Уже в мае 2014 года было начато диагностическое обследование 15 крупнейших банков страны.

В октябре 2014 года «ПриватБанк» подтвердил, что по итогам стресс-теста будет докапитализирован на 4 млрд гривен (11 млрд руб.). Но эта оценка не была окончательной. Стресс-тест проводили по финпоказателям на начало 2014-го, его худший сценарий предполагал ослабление национальной валюты до 12,5 грн (33,36 руб.) за доллар. С тех пор курс просел почти до 13 гривен (34,7 руб.) за доллар. НБУ заявил, что банки необходимо обследовать вновь.

Газовые переговоры, закон о невозвращении «ПриватБанка», снижение учетной ставки. Главное в экономике Украины с 7 по 13 декабря
Газовые переговоры, закон о невозвращении «ПриватБанка», снижение учетной ставки. Главное в экономике Украины с 7 по 13 декабря
© РИА Новости, Алексей Никольский | Перейти в фотобанк

В 2015 году Нацбанк возглавила Валерия Гонтарева, поставившая себе цель реформировать как сам регулятор, так и банковскую систему, заручившись активной поддержкой международных кредиторов. В принципе реформа банковской системы занимала основную часть программы МВФ. Новое стресс-тестирование НБУ проводил самостоятельно, без привлечения аудиторов. Регулятор также решил проверять крупнейших заемщиков банков, чего раньше не делалось. Первую двадцатку банков оценивали по финпоказателям на 1 апреля 2015 года. И хотя результаты теста были засекречены, уже осенью 2015-го поползли слухи о больших проблемах в «Привате». Как позже заявила Валерия Гонтарева, НБУ обнаружил в банке нехватку капитала в 113 млрд гривен (302 млрд руб.). Вслух об этом не говорили из-за грифа банковской тайны, а председатель правления «ПриватБанка» Александр Дубилет озвучивал другую цифру. Якобы по результатам стресс-теста НБУ обязал «Приват» дополнительно внести в капитал 8 млрд гривен (21,4 млрд руб.), но даже с этой оценкой в банке не соглашались.

К началу 2016 года к переговорам с НБУ подключился Игорь Коломойский. Остальные банки из топ-20 уже подали планы докапитализации и начали их выполнять. В «Привате» программу докапитализации согласовали только в феврале 2016-го. Акционеры "ПриватБанка" согласились выполнить требования регулятора. И пообещали исправить ситуацию с капиталом, закрыв дыру. Согласно данным НБУ, практически весь (95% от его объема) корпоративный кредитный портфель был выдан родственным владельцам банка компаниям под сомнительные залоги. Собственники «Привата» пообещали сделать все, чтобы капитал банка не был отрицательным.

Планировалось, что «ПриватБанк» на первом этапе оздоровления возьмет на баланс активы на 31 миллиард гривен (83 млрд руб.). Это должно было произойти 1 мая, но первый этап удалось выполнить только в сентябре. В отчете «Приватбанка» говорится, что банк принял активы на баланс в марте-июне 2016 года, а их общая стоимость составила 31,8 млрд гривен (85 млрд руб.). На балансе появились горнолыжный курорт, резервуарный парк, завод крупногабаритных шин, спортивные комплексы и другая недвижимость.

Второй этап оздоровления «Привата» предполагал реструктуризацию инсайдерского портфеля и внесение реальных залогов под связанные кредиты. В октябре 2016 года Нацбанк потребовал от «Привата» перевести кредиты с фирм-пустышек на реальные операционные компании и предоставить реальные залоги. В ответ «ПриватБанк» трансформировал портфель из 193 кредитов на общую сумму 137 млрд гривен (366 млрд) в портфель из 36 кредитов. В НБУ эту трансформацию банку не засчитали. Как бы то ни было, в ноябре 2016 года переговоры между НБУ и владельцами «Привата» о докапитализации прекратились.

Тем не менее НБУ было важно снять системную угрозу на банковском рынке. Минфину необходимо было определиться, что финансово рациональнее: потратить бюджетные деньги на национализацию «Привата» или на выплату гарантированных вкладов в случае ликвидации банка. Математически ликвидация обходилась в полтора раза дешевле национализации, но это если не учитывать риск паники и цепной реакции по всему банковскому рынку. Украина и так потеряла половину своих банков, а после падения «Привата» могла бы остаться и без второй половины. К тому же вкладчикам банка-банкрота Фонду гарантирования пришлось бы выплачивать компенсации наличными. А для перехода банка в госсобственность нужно было бы выпускать долговые бумаги, а их монетизацию производить по мере надобности. Потому было решено национализировать «ПриватБанк».

Начались переговоры о мирной передаче банка государству, которые со стороны правительства вел министр финансов Александр Данилюк. В ночь с 16 на 17 декабря 2016 года в Администрации президента было окончательно согласовано и подписано письмо с обязательствами акционеров «ПриватБанка».

Процедура национализации была сложной: сначала банк был признан неплатежеспособным (решение принимал Нацбанк), в банк на три дня зашла временная администрация Фонда гарантирования вкладов. Акции «ПриватБанка» собирался выкупить Минфин, но для этого нужно было внести дополнительный капитал — в общей сложности 155 млрд грн (414 млрд руб.). На эту сумму были выпущены ОВГЗ. Под докапитализацию выпустили дополнительные акции. Их приплюсовали к пакету прежних владельцев. Все 100% банка Минфин купил за символическую сумму — 1 гривну.

Финансовая пирамида

Как показали результаты аудита деятельности «ПриватБанка» до его национализации, проведенного детективами частного агентства Kroll, на протяжении десятилетия банк был объектом масштабных и скоординированных мошеннических действий, что привело к убыткам банка в размере не менее $5,5 млрд. Свою неосведомленность происходящим в НБУ объяснили тем, что будто бы "ПриватБанк" предоставлял им недостоверную информацию и ложные цифры о своей финансовой деятельности. В НБУ сообщили, что кредитные средства были использованы для приобретения активов и финансирования бизнеса на Украине и за рубежом в пользу экс-акционеров и групп аффилированных с ними лиц. Коломойский отверг обвинения НБУ, назвав слова регуляторного органа "бредом, который нет смысла комментировать".

Штурм Нацбанка. Отдадут ли Коломойскому банковскую систему
Штурм Нацбанка. Отдадут ли Коломойскому банковскую систему
© скриншот с видео "Радіо Свобода"

Национализированный "ПриватБанк" обратился в Высокий суд Лондона с требованием наложить арест на имущество, принадлежащее бывшим владельцам банка, в размере 3 млрд долларов. 19 декабря 2017 года Высокий суд Англии издал приказ о всемирном аресте активов Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова, а также шести компаний, которые, вероятно, им принадлежат или находятся под их контролем. В 2019 году юристы Коломойского проиграли апелляционный процесс по этому решению, и арест продолжает действовать.

Коломойский против государства

Первые иски, оспаривающие национализацию, государство начало получать практически сразу после того, как стало владельцем банка. Сейчас "война" охватывает уже несколько тысяч судебных дел.

Бывший собственник банка подал иск, в котором в качестве ответчиков назвал все базовые институции национального рынка капитала. Это и Национальный банк Украины, и Фонд гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ), и Национальная комиссия по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР), и даже Кабинет министров. Экс-акционер банка просил суд признать процесс национализации «Привата» незаконным. Если следовать букве иска, ключевой момент в судебной тяжбе — это правомерность отнесения банка к разряду неплатежеспособных. Данное решение НБУ послужило отправной точкой для запуска процедуры национализации, которая вследствие топорного исполнения чиновниками регулятора своих обязанностей получила весьма скомканный и противоречивый вид. Исходя из общепринятой практики, процедура должна была развиваться во временном горизонте как минимум несколько месяцев.

Ключевые судебные победы юристы Коломойского одержали между первым и вторым турами президентских выборов 2019 года. 18 апреля Окружной админсуд Киева признал неправомерной национализацию «ПриватБанка». В этот же день тот же суд отменил решение Нацбанка о списке связанных с экс-владельцами Привата компаний и физлиц. 20 апреля Печерский райсуд Киева отменил личное поручительство Коломойского по рефинансу НБУ на 9 млрд грн (24 млрд руб.). Коломойский также хочет признать сделку по выкупу акций «ПриватБанка» Минфином недействительной, и потребовал возврата своих акций. Этот пункт также был добавлен в "межвыборный" период — 9 апреля.

Это дело слушается в Хозсуде Киева — его приостановили до окончательного решения спора о законности национализации «ПриватБанка». Несмотря на то, что оно так и не вступило в силу из-за апелляции, это стало одной из главных причин двух безрезультатных визитов миссий МВФ в Киев — в мае и сентябре. По итогам сентябрьских дискуссий с Фондом стороны договорились: Украина должна придумать способ, как сохранить ПриватБанк на случай дальнейшего успеха Коломойского в судах.

11 декабря — ровно за неделю до начала судебного заседания в Шестом апелляционном суде Киева, которое должно ответить на вопрос, была ли национализация банка незаконной, — в Раде был зарегистрирован законопроект, призванный помочь государству отбиться от судебных атак Коломойского на государственный «ПриватБанк». В случае, если Коломойский все же выиграет суды, банку придется еще раз на время стать банкротом и уйти в Фонд гарантирования вкладов.

Остается открытым вопрос, успеют ли депутаты принять законопроект, который в парламент внес лично премьер Алексей Гончарук, до того, как суды примут решения по делу «ПриватБанка»?