В среду Конституционный суд Украины приступил к рассмотрению конституционности нормы закона о госбюджете на 2016 год, которая приостановила гарантии защиты жилищных и имущественных прав граждан, проживающих на территориях АТО до ее завершения.

Фактически, в главном финансовом документе Украины отменили норму закона о допгарантиях для граждан, живущих в зоне АТО.

«До 31 декабря 2015 года этим гражданам должна быть погашена задолженность по выплате заработной платы, стипендий, пенсий, которая появилась из-за проведения АТО, а также установлены дополнительные гарантии защиты жилищных и имущественных прав граждан, уволенных на основании указанных обстоятельств до момента их трудоустройства при условии получения ими статуса зарегистрированного безработного», — говорилось приостановленной норме закона.

Если переводить на простой язык, жителям Донбасса предложили гарантированную нищету с прицелом на жизнь бомжей.

2 июля президент Украины Петр Порошенко подписал закон, согласно которому на Украине вводится институт частных исполнителей судебных решений. Иными словами, в стране узаконили коллекторов. Украинские СМИ забили тревогу. По их словам, из-за долга в 100 грн. — чуть меньше $5 или 260 руб. человека теперь могут выкинуть из его жилья.

«В законопроекте по ЖКХ написано, что он (ЖЭК — ред.) может прийти и забрать то, что он считает можно реализовать. Он будет сам решать что может, а по какой цене будет продавать — там же никто не контролирует», — заявила народный депутат от фракции «Батьківщина» Александра Кужель.

Кроме того, ЖЭКи и управляющие компании смогут продавать долги третьим лицам. Жители Донбасса, живущие в зоне АТО и в связи со сложной ситуацией не имеющие возможности платить по тарифам, могли бы прикрыться законом о допгарантиях, но его-то нормой бюджета как раз и отменили.

Коллекторов может заинтересовать недвижимость в зоне АТО. Ведь, согласно постановлению Кабмина, туда входят не только расположенные на линии ведения огня населенные пункты, но и те, которые находятся к фронту не так близко. К примеру — курортный поселок Ялта Донецкой области, что на берегу Азовского моря. В мирное время это был курорт местного значения. Туда ехали те, кто не мог доехать до крымской Ялты.

Все это усугубляется ростом тарифов, которые в очередной раз «подскочили» почти в 2 раза с 1 июля 2016 года.

Такие меры не могли не взволновать даже тех, кто живет в сотнях километров от зоны АТО. На улицы Киева вышли профсоюзы со всей страны.

«Профсоюзы вышли на этот марш протеста, мы требуем надлежащего финансового обеспечения для работников. Не только повышение тарифов должно быть, но и повышение жизненных стандартов, зарплаты, это основное требование», — рассказала сотрудница Федерации профсоюзов Украины Оксана Курганская.

Но живущим в зоне АТО грозит и другая опасность: помимо их имущественных и жилищных прав под ударом оказались их базовые права: на безопасность и даже на жизнь.

«Батя», они стараются

2 июля после давления националистов и ряда народных депутатов, а также генерального прокурора Украины Юрия Луценко, суд отпустил на поруки Валентина Лыхолита, более известного под позывным «Батя». Лыхолит был начальником штаба добровольческого батальона «Айдар». Его обвиняли в разбое и нарушениях прав человека в зоне АТО.

Как считает политолог и руководитель центра «Третий сектор» Андрей Золотарев, это решение суда нанесло сильный ущерб украинской власти.

«Для одной половины страны, даже если бы прокуратура явила реальные доказательства, что Лыхолит занимался каннибализмом, он все равно был бы героем. А для другой половины, какие бы аргументы ни выдвинула защита — он грабитель и мародер. Вот между двумя этими частями страны должны были стоять закон и государство. Но та ситуация, которую мы увидели, показала, что их нет», — отмечает эксперт в комментарии Ukraina.ru.

Впрочем, украинское государство еще год назад продемонстрировало желание отказаться от роли арбитра в социальных спорах.

В мае 2015 года Верховная Рада Украины приняла заявление «Об отступлении от отдельных обязательств, определенных Международным пактом о гражданских и политических правах и Конвенцией о защите прав человека и основополагающих свобод» и проинформировала об этом Генерального секретаря ООН.

«Украина пользуется своим правом на отступление от обязательств, определённых пунктом 3 статьи 2, статьями 9, 12, 14 и 17 Международного пакта о гражданских и политических правах и статьями 5, 6, 8 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины», — говорится в документе.

Номер статьи вряд ли что-то скажет не знакомому с Конвенцией о защите прав человека. Другое дело ее название. Например, 5 статья называется «Право на свободу и личную неприкосновенность», 6 — «Право на справедливый суд», 8 — «Право на уважение частной и семейной жизни», 13 — «Право на эффективное средство юридической защиты». От всего этого, и многого другого, и отказалась Верховная Рада.

Тем самым народные депутаты не только наплевательски отнеслись к своим согражданам, но и к самой идее независимости Украины. Ведь Декларация о государственном суверенитете гласит: «Украинская ССР признает превосходство общечеловеческих ценностей над классовыми, приоритет общепризнанных норм международного права над нормами внутригосударственного права».

Такой правовой нигилизм больно аукнулся самой Украине. Уже зимой 2015 года стало понятно: некоторых нарушителей базовых человеческих прав и свобод нужно приструнить. И военный прокурор Анатолий Матиос начал «крестовый поход» против батальона МВД «Торнадо», который прославился пытками, изнасилованиями и грабежами. Беда «Торнадо» заключалась в том, что за все время с момента основания они так и не создали себе прикрытие во властных кругах.

А вот «Айдар», преступлениям которого был посвященный отдельный доклад Amnesty International нужной «крышей» обзавелся и, в конечном итоге, смог противостоять прокуратуре.

Для живущих в зоне АТО это означает только одно: в современной Украине их права: и имущественные, и базовые, никак не защищены. Последние тенденции свидетельствуют — для Украины они по-прежнему — граждане второго сорта.