https://ukraina.ru/20260606/voyna-garazhey-i-podzemeliy-kuda-ischez-vpk-ukrainy-i-kuda-bt-oreshnik-1079901119.html
Война гаражей и подземелий. Куда исчез ВПК Украины и куда бьёт "Орешник"
Война гаражей и подземелий. Куда исчез ВПК Украины и куда бьёт "Орешник" - 06.06.2026 Украина.ру
Война гаражей и подземелий. Куда исчез ВПК Украины и куда бьёт "Орешник"
1 июня 2026 года Министерство обороны Украины заявило в отчёте, что приняло на вооружение — только вдумайтесь — 175 образцов нового вооружения и техники, 93% которых были полностью произведены на территории страны!
2026-06-06T08:01
2026-06-06T08:01
2026-06-06T08:01
украина
киев
россия
денис шмыгаль
владимир путин
впк
вооруженные силы украины
нато
эксклюзив
ии (искусственный интеллект)
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e9/0a/01/1069476128_0:21:768:453_1920x0_80_0_0_7429de1ec9bb5042e258366ccc716ef4.jpg
Конечно, когда украинские чиновники публикуют цифры своих успехов, их рекомендовано делить минимум надвое, но даже так не может не возникнуть вопрос: как страна, чья экономика находится на грани коллапса в результате системной работы российских войск, может давать такие объёмы? А ответ очень прост: производство не остановилось. Оно ослабло, оно уменьшилось, оно не такое эффективное, но оно осталось, и главное — оно ушло вниз по вертикали. В буквальном смысле.Конечно, эти 175 образцов — это разного рода модификации уже имеющихся разработок, это не конвейерное производство советских масштабов, это мелкосерийное производство, требующее минимального оборудования и небольшой команды разработки. Но в этом кроется и трудность ситуации — выявить такое производство и "накрыть его" гораздо труднее. К нему не ведёт сеть дорог, не подведена подстанция на 110 кВ. Гораздо чаще это… Просто подвал. Или бункер. Простыми словами — нора. Украина запустила механизм фрагментации под давлением: и за распадом цельной энергосистемы пришёл и черёд ВПК.Советский монолит и постсоветская нораЧтобы понять архитектуру украинского ВПК образца 2026 года, нужно чётко разграничить два совершенно разных типа объектов. Их часто путают, и из этой путаницы рождаются ложные выводы, а паранойя уже рисует картины целых подземных королевств, выпускающих тысячи "Марсов" и "Лютых" в день. Впрочем реальность прозаичнее, однако она совершенно точно не однотонна. Как минимум, она соткана из двух диаметрально противоположных типов структур.Первый тип — это то, что строил Советский Союз, когда ещё верил в большую войну с применением ядерного оружия. Подземные горизонты Южного машиностроительного завода (Южмаш) в Днепре — предприятие, которое производило межконтинентальные баллистические ракеты Р-36 и работало полвека на советский космос, — это тоннели глубиной 30–50 метров, монолитные железобетонные своды толщиной в несколько метров, рассчитанные на избыточное давление во фронте ядерной ударной волны. Такие же объекты существуют в метрополитенах Киева и Харькова, в скальных массивах западной Украины, где в граните вырублены защищённые командные пункты и шахтные пусковые установки стратегических ракет. Многие из них были законсервированы после 1991 года и обретения Украиной безъядерного статуса в 1994-м, однако это не значит, что этим объектам нельзя найти новое применение.Это впечатляющее наследие советсткой ядерной паранойи имеет один принципиальный изъян: оно не секретное. Координаты, схемы вентиляции, геометрия тоннелей — всё это задокументировано в советских архивах, доступных в том числе российским военным планировщикам. Даже более того — российский генералитет уже не раз и не два показывал на практике, что советское подземелье они знают не хуже украинских визави. Так что старый монолит — это самый прочный и самый уязвимый одновременно объект на театре военных действий. Он прочен физически, но о нём известно практически всё.Второй тип — это то, что строит Украина сейчас. В апреле–мае 2026 года украинский производитель дронов-перехватчиков General Cherry — компания, основанная в Запорожье в 2022 году и к сегодняшнему дню поставляющая продукцию более чем ста бригадам ВСУ, — заключила соглашение с хорватской компанией ORQA в рамках программы Build in Ukraine. В рамках этого партнёрства стороны договорились о строительстве подземного завода по производству полётных контроллеров для дронов, сертифицированных по стандартам НАТО.Такой подземный комбинат нового, украинского типа — это модульная конструкция из гофрированной стали, глубиной залегания 5–15 метров, с автономной фильтровентиляцией, с теплообменниками на выходах вентиляции — чтобы тепловой контур не светился в инфракрасном диапазоне разведывательного беспилотника. И координаты такого объекта не найти ни в каких советских архивах.Вдобавок, украинская Ассоциация девелоперов под руководством Евгения Фаворова недавно отчиталась о завершении строительства подземного фортификационного комплекса на Харьковском направлении. В комплекс вошли два километра тоннелей, двенадцать автономных укреплённых модулей, фильтровентиляционные установки с химической защитой.Но помимо военного, есть ещё один измеримый, сугубо коммерческий аргумент в пользу бетона. Немецкий концерн Rheinmetall строит на Украине завод по производству 155-миллиметровых артиллерийских снарядов — по данным бывшего министра обороны и ныне вице-премьера Дениса Шмыгаля, площадка расположена в "безопасном регионе страны", детали засекречены. BAE Systems открыла офис в Киеве и развёртывает ремонтную базу для гаубиц. Турецкий Baykar строит дроновый завод под Киевом и пережил как минимум четыре ракетных удара по стройплощадке. Всего, по данным Шмыгаля, двадцать пять иностранных оборонных компаний уже локализуют производство на Украине.Ни одна из них не является благотворительной организацией. Прежде чем поставить в зону боевых действий фрезерный станок с ЧПУ стоимостью в несколько миллионов евро, любой западный концерн проводит страховую оценку. И для них бетонный потолок толщиной в несколько метров — отличный аргумент в пользу того, что инвестиции получат надежную физическую защиту.Гараж, который знал слишком многоВ ночь на 24 мая 2026 года Россия нанесла один из крупнейших за год комбинированных ударов по Украине. И хотя основным и самым освещаемым направлением удара был Киев, в информационном пространстве — и украинском, и российском — разгорелась совершенно другая дискуссия. В Белой Церкви, городе с населением около двухсот тысяч человек, находящемся в восьмидесяти километрах к югу от Киева, был применён "Орешник". Второй раз на украинской территории и третий раз вообще. Официальный результат по украинским данным: сгорели три гаража в кооперативе. Погибших нет.Проукраинская блогосфера изошлась на язвительные комментарии в адрес российской разработки, которая, по оценкам западных же экспертов, стоит около 50 миллионов долларов за ракету (Министерство обороны РФ официально эти данные не подтверждало).Буквально вся украинская "медийка" наперебой пыталась отвести внимание обывателя от закономерного вопроса: зачем вообще бить "Орешником" по гаражу?Официальная украинская версия звучала именно так: гаражный кооператив. Однако детальный анализ пространственных данных указывает на другое. Поражённый объект находится в непосредственной близости от Белоцерковского авиаремонтного завода — КП "БАРЗ" по адресу: улица Гайок, 4 — и от одноимённого военного аэродрома. БАРЗ — предприятия со своей историей: в советское время здесь ремонтировали стратегические бомбардировщики Ту-16, Ту-22, Ту-95. Авиаэксперт Валерий Романенко в эфире Radio NV прямо сказал: россияне "чётко знали, где этот завод, что он возле аэродрома и какое там оборудование".Характерные признаки объекта по косвенным данным — выделенная подземная кабельная линия от местной ТЭЦ, локальные солнечные панели на крышах строений, усиленный периметр охраны — указывают на то, что наружные гаражные боксы могли использоваться как маскировочная надстройка для входного узла заглубленного цеха. Схема классическая: видимый снаружи объект ничем не примечателен, функционально он — лишь дверь. Всё интересное находится ниже уровня земли.Версию об аэродроме "Гайок" как реальной цели поддержали в том числе проукраинские OSINT-аналитики. Официального подтверждения с украинской стороны нет и быть не может: это военная тайна. Но вся совокупность косвенных признаков складывается в картину, принципиально отличающуюся от "сгоревших трёх гаражей".Физика удара по бункеру или "почему нет красивой картинки"Обыватель, насмотревшийся красивых видео, рассылаемых по каналам и домовым чатам, ждёт от удара по объекту ВПК красивого огненного гриба над крышей цеха. Ударная волна, разлетающиеся стены, пламя и прочая спилберговщина. Проблема в том, что против объекта, заглублённого в грунт, этот образ не работает вообще.Почему? Потому что это не кино, а физика.Высокопрочный бетон выдерживает давление около пяти тысяч атмосфер на сжатие. Обычный фугасный боеприпас, даже мощный, создаёт в точке взрыва ударную волну, которая резко затухает при прохождении через плотные среды. Взрыв на поверхности над бункером на глубине тридцати метров настолько же эффективен, как хлопок в ладоши над столешницей — последняя от этого даже не шелохнется.Принципиально другой механизм реализуется у проникающих боеприпасов, работающих на кинетической энергии. При сверхзвуковых скоростях соударения материал преграды и пробивающий снаряд (например, "Кинжала" или "Орешника") подчиняются уже законам гидродинамики, ведут себя как жидкости. Модель Лаврентьева: боевой блок, подобно струе воды под давлением, буквально "проливается" сквозь бетон, и глубина проникновения определяется соотношением плотностей снаряда и преграды, а не только твёрдостью последней.Что это означает на практике: вольфрамовый или обеднённо-урановый боевой блок на скорости десяти Махов способен пробить до двадцати метров армированного бетона или до семидесяти метров среднего грунта — и подорваться уже внутри, на заданной глубине.Но даже если взрыва нет — а "Орешник" в белоцерковских ударах применялся с инертными боевыми частями — групповой удар гиперзвуковых блоков порождает ещё один разрушительный эффект: динамическое разжижение грунта. Мощная ударная волна, проходящая через водонасыщенные песчано-глинистые почвы (а именно такие характерны для речных долин северной и центральной Украины), вызывает мгновенный скачок порового давления, и грунт из твёрдого переходит в вязкопластическое состояние — буквально разжижается. Несущие стены подземных коммуникаций теряют боковую поддержку и схлопываются под весом находящихся выше пластов почвы.Словно этого мало — срабатывает эффект откола, когда под воздействием отражённой волны сжатия бетон откалывается кусками от внутреннего свода. На практике это может выглядет так, будто внешние повреждения незначительны, но внутри весь персонал и оборудование уничтожены осколками бетона и оборудования. С таким же эффектом нередко сталкивались танкисты времён Второй Мировой войны, когда попадание снаряда в лоб машины не наносило видимого ущёрба, однако под воздействием отражённой волны сжатия внутренний слой брони раскалывался, уничтожая осколками экипаж.Спутники и дроны обеспечили тотальную прозрачность поверхности земли, в которой любой наземный промышленный объект может быть обнаружен, идентифицирован и поражён в течение нескольких суток после начала работы. Поэтому уход под землю для украинского ВПК стал единственным способом выживания.Новое измерение войныЧетвёртого июня 2026 года, выступая перед руководителями ведущих мировых информагентств на Петербургском международном экономическом форуме, Владимир Путин сказал нечто примечательное об "Орешнике": "Фактически по территории Украины не было ни одного боевого в полном смысле этого слова применения "Орешника". А последнее… просто ударили туда, где было удобно посмотреть результаты".Это было сказано о ракете, результат действия которой Минобороны РФ 24 мая прокомментировало по-бюрократически сухо: "все назначенные цели поражены". Фактически, глава государства прямо сказал: "Россия не промахивается, Россия пристреливается по удобным мишеням". И если подземный комплекс — это удобная цель, это лучший сигнал киевскому режиму о том, что безопасность в любой её форме окончательно прекратила существовать.Разведка уже переходит к охоте по косвенным признакам. Аномальное потребление электроэнергии в бытовом квартале, участившиеся заезды небольших грузовиков без маркировки к неприметному складу, выхлоп дизельного генератора и тёплые участки земли в районе теплообменников — всё это следы норной охоты XXI века.Удар по белоцерковскому "гаражному кооперативу" — если принять версию о реальной цели под ним — это именно такая охота. Внешне: несколько сгоревших боксов и потоки желчи на суржике в Telegram-каналах. Под землёй — возможно, ещё один эпизод в долгой дуэли между теми, кто прячет производство, и теми, кто его ищет. Эпоха красивых взрывов в сводках закончилась. Настоящая охота только начинается.
украина
киев
россия
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Никита Волкович
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
Никита Волкович
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Никита Волкович
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
украина, киев, россия, денис шмыгаль, владимир путин, впк, вооруженные силы украины, нато, эксклюзив, ии (искусственный интеллект)
Конечно, когда украинские чиновники публикуют цифры своих успехов, их рекомендовано делить минимум надвое, но даже так не может не возникнуть вопрос: как страна, чья экономика находится на грани коллапса в результате системной работы российских войск, может давать такие объёмы? А ответ очень прост: производство не остановилось. Оно ослабло, оно уменьшилось, оно не такое эффективное, но оно осталось, и главное — оно ушло вниз по вертикали. В буквальном смысле.
Конечно, эти 175 образцов — это разного рода модификации уже имеющихся разработок, это не конвейерное производство советских масштабов, это мелкосерийное производство, требующее минимального оборудования и небольшой команды разработки. Но в этом кроется и трудность ситуации — выявить такое производство и "накрыть его" гораздо труднее. К нему не ведёт сеть дорог, не подведена подстанция на 110 кВ. Гораздо чаще это… Просто подвал. Или бункер. Простыми словами — нора. Украина запустила механизм фрагментации под давлением: и за распадом цельной энергосистемы пришёл и черёд ВПК.
Советский монолит и постсоветская нора
Чтобы понять архитектуру украинского ВПК образца 2026 года, нужно чётко разграничить два совершенно разных типа объектов. Их часто путают, и из этой путаницы рождаются ложные выводы, а паранойя уже рисует картины целых подземных королевств, выпускающих тысячи "Марсов" и "Лютых" в день. Впрочем реальность прозаичнее, однако она совершенно точно не однотонна. Как минимум, она соткана из двух диаметрально противоположных типов структур.
Первый тип — это то, что строил Советский Союз, когда ещё верил в большую войну с применением ядерного оружия. Подземные горизонты Южного машиностроительного завода (Южмаш) в Днепре — предприятие, которое производило межконтинентальные баллистические ракеты Р-36 и работало полвека на советский космос, — это тоннели глубиной 30–50 метров, монолитные железобетонные своды толщиной в несколько метров, рассчитанные на избыточное давление во фронте ядерной ударной волны. Такие же объекты существуют в метрополитенах Киева и Харькова, в скальных массивах западной Украины, где в граните вырублены защищённые командные пункты и шахтные пусковые установки стратегических ракет. Многие из них были законсервированы после 1991 года и обретения Украиной безъядерного статуса в 1994-м, однако это не значит, что этим объектам нельзя найти новое применение.
Это впечатляющее наследие советсткой ядерной паранойи имеет один принципиальный изъян: оно не секретное. Координаты, схемы вентиляции, геометрия тоннелей — всё это задокументировано в советских архивах, доступных в том числе российским военным планировщикам. Даже более того — российский генералитет уже не раз и не два показывал на практике, что советское подземелье они знают не хуже украинских визави. Так что старый монолит — это самый прочный и самый уязвимый одновременно объект на театре военных действий. Он прочен физически, но о нём известно практически всё.
Второй тип — это то, что строит Украина сейчас. В апреле–мае 2026 года украинский производитель дронов-перехватчиков General Cherry — компания, основанная в Запорожье в 2022 году и к сегодняшнему дню поставляющая продукцию более чем ста бригадам ВСУ, — заключила соглашение с хорватской компанией ORQA в рамках программы Build in Ukraine. В рамках этого партнёрства стороны договорились о строительстве подземного завода по производству полётных контроллеров для дронов, сертифицированных по стандартам НАТО.
Такой подземный комбинат нового, украинского типа — это модульная конструкция из гофрированной стали, глубиной залегания 5–15 метров, с автономной фильтровентиляцией, с теплообменниками на выходах вентиляции — чтобы тепловой контур не светился в инфракрасном диапазоне разведывательного беспилотника. И координаты такого объекта не найти ни в каких советских архивах.
Вдобавок, украинская Ассоциация девелоперов под руководством Евгения Фаворова недавно отчиталась о завершении строительства подземного фортификационного комплекса на Харьковском направлении. В комплекс вошли два километра тоннелей, двенадцать автономных укреплённых модулей, фильтровентиляционные установки с химической защитой.
Но помимо военного, есть ещё один измеримый, сугубо коммерческий аргумент в пользу бетона. Немецкий концерн Rheinmetall строит на Украине завод по производству 155-миллиметровых артиллерийских снарядов — по данным бывшего министра обороны и ныне вице-премьера Дениса Шмыгаля, площадка расположена в "безопасном регионе страны", детали засекречены. BAE Systems открыла офис в Киеве и развёртывает ремонтную базу для гаубиц. Турецкий Baykar строит дроновый завод под Киевом и пережил как минимум четыре ракетных удара по стройплощадке. Всего, по данным Шмыгаля, двадцать пять иностранных оборонных компаний уже локализуют производство на Украине.
Ни одна из них не является благотворительной организацией. Прежде чем поставить в зону боевых действий фрезерный станок с ЧПУ стоимостью в несколько миллионов евро, любой западный концерн проводит страховую оценку. И для них бетонный потолок толщиной в несколько метров — отличный аргумент в пользу того, что инвестиции получат надежную физическую защиту.
Гараж, который знал слишком много
В ночь на 24 мая 2026 года Россия нанесла один из крупнейших за год комбинированных ударов по Украине. И хотя основным и самым освещаемым направлением удара был Киев, в информационном пространстве — и украинском, и российском — разгорелась совершенно другая дискуссия. В Белой Церкви, городе с населением около двухсот тысяч человек, находящемся в восьмидесяти километрах к югу от Киева, был применён "Орешник". Второй раз на украинской территории и третий раз вообще. Официальный результат по украинским данным: сгорели три гаража в кооперативе. Погибших нет.
Проукраинская блогосфера изошлась на язвительные комментарии в адрес российской разработки, которая, по оценкам западных же экспертов, стоит около 50 миллионов долларов за ракету (Министерство обороны РФ официально эти данные не подтверждало).
Буквально вся украинская "медийка" наперебой пыталась отвести внимание обывателя от закономерного вопроса: зачем вообще бить "Орешником" по гаражу?
Официальная украинская версия звучала именно так: гаражный кооператив. Однако детальный анализ пространственных данных указывает на другое. Поражённый объект находится в непосредственной близости от Белоцерковского авиаремонтного завода — КП "БАРЗ" по адресу: улица Гайок, 4 — и от одноимённого военного аэродрома. БАРЗ — предприятия со своей историей: в советское время здесь ремонтировали стратегические бомбардировщики Ту-16, Ту-22, Ту-95. Авиаэксперт Валерий Романенко в эфире Radio NV прямо сказал: россияне "чётко знали, где этот завод, что он возле аэродрома и какое там оборудование".
Характерные признаки объекта по косвенным данным — выделенная подземная кабельная линия от местной ТЭЦ, локальные солнечные панели на крышах строений, усиленный периметр охраны — указывают на то, что наружные гаражные боксы могли использоваться как маскировочная надстройка для входного узла заглубленного цеха. Схема классическая: видимый снаружи объект ничем не примечателен, функционально он — лишь дверь. Всё интересное находится ниже уровня земли.
Версию об аэродроме "Гайок" как реальной цели поддержали в том числе проукраинские OSINT-аналитики. Официального подтверждения с украинской стороны нет и быть не может: это военная тайна. Но вся совокупность косвенных признаков складывается в картину, принципиально отличающуюся от "сгоревших трёх гаражей".
Физика удара по бункеру или "почему нет красивой картинки"
Обыватель, насмотревшийся красивых видео, рассылаемых по каналам и домовым чатам, ждёт от удара по объекту ВПК красивого огненного гриба над крышей цеха. Ударная волна, разлетающиеся стены, пламя и прочая спилберговщина. Проблема в том, что против объекта, заглублённого в грунт, этот образ не работает вообще.
Почему? Потому что это не кино, а физика.
Высокопрочный бетон выдерживает давление около пяти тысяч атмосфер на сжатие. Обычный фугасный боеприпас, даже мощный, создаёт в точке взрыва ударную волну, которая резко затухает при прохождении через плотные среды. Взрыв на поверхности над бункером на глубине тридцати метров настолько же эффективен, как хлопок в ладоши над столешницей — последняя от этого даже не шелохнется.
Принципиально другой механизм реализуется у проникающих боеприпасов, работающих на кинетической энергии. При сверхзвуковых скоростях соударения материал преграды и пробивающий снаряд (например, "Кинжала" или "Орешника") подчиняются уже законам гидродинамики, ведут себя как жидкости. Модель Лаврентьева: боевой блок, подобно струе воды под давлением, буквально "проливается" сквозь бетон, и глубина проникновения определяется соотношением плотностей снаряда и преграды, а не только твёрдостью последней.
Что это означает на практике: вольфрамовый или обеднённо-урановый боевой блок на скорости десяти Махов способен пробить до двадцати метров армированного бетона или до семидесяти метров среднего грунта — и подорваться уже внутри, на заданной глубине.
Но даже если взрыва нет — а "Орешник" в белоцерковских ударах применялся с инертными боевыми частями — групповой удар гиперзвуковых блоков порождает ещё один разрушительный эффект: динамическое разжижение грунта. Мощная ударная волна, проходящая через водонасыщенные песчано-глинистые почвы (а именно такие характерны для речных долин северной и центральной Украины), вызывает мгновенный скачок порового давления, и грунт из твёрдого переходит в вязкопластическое состояние — буквально разжижается. Несущие стены подземных коммуникаций теряют боковую поддержку и схлопываются под весом находящихся выше пластов почвы.
Словно этого мало — срабатывает эффект откола, когда под воздействием отражённой волны сжатия бетон откалывается кусками от внутреннего свода. На практике это может выглядет так, будто внешние повреждения незначительны, но внутри весь персонал и оборудование уничтожены осколками бетона и оборудования. С таким же эффектом нередко сталкивались танкисты времён Второй Мировой войны, когда попадание снаряда в лоб машины не наносило видимого ущёрба, однако под воздействием отражённой волны сжатия внутренний слой брони раскалывался, уничтожая осколками экипаж.
Спутники и дроны обеспечили тотальную прозрачность поверхности земли, в которой любой наземный промышленный объект может быть обнаружен, идентифицирован и поражён в течение нескольких суток после начала работы. Поэтому уход под землю для украинского ВПК стал единственным способом выживания.
Четвёртого июня 2026 года, выступая перед руководителями ведущих мировых информагентств на Петербургском международном экономическом форуме, Владимир Путин сказал нечто примечательное об "Орешнике": "Фактически по территории Украины не было ни одного боевого в полном смысле этого слова применения "Орешника". А последнее… просто ударили туда, где было удобно посмотреть результаты".
Это было сказано о ракете, результат действия которой Минобороны РФ 24 мая прокомментировало по-бюрократически сухо: "все назначенные цели поражены". Фактически, глава государства прямо сказал: "Россия не промахивается, Россия пристреливается по удобным мишеням". И если подземный комплекс — это удобная цель, это лучший сигнал киевскому режиму о том, что безопасность в любой её форме окончательно прекратила существовать.
Разведка уже переходит к охоте по косвенным признакам. Аномальное потребление электроэнергии в бытовом квартале, участившиеся заезды небольших грузовиков без маркировки к неприметному складу, выхлоп дизельного генератора и тёплые участки земли в районе теплообменников — всё это следы норной охоты XXI века.
Удар по белоцерковскому "гаражному кооперативу" — если принять версию о реальной цели под ним — это именно такая охота. Внешне: несколько сгоревших боксов и потоки желчи на суржике в Telegram-каналах. Под землёй — возможно, ещё один эпизод в долгой дуэли между теми, кто прячет производство, и теми, кто его ищет. Эпоха красивых взрывов в сводках закончилась. Настоящая охота только начинается.
