Пять лет назад, в такие же светлые майские дни, в Донбассе началась война. Не «антитеррористическая операция», как её политкорректно называли, а настоящая война. Только тогда еще не с Россией.

Люди видели лица пилотов, заходящих для нанесения удара над вчера еще украинскими городами и армия, которая тоже вчера была своей, стала для них чужой. Для мирных граждан она стала частью того, против чего они протестовали и чего не хотели для себя — развязной власти уличной толпы.

Зеленский попал в альтернативу: либо переговоры о мире, либо разговоры о войне
Зеленский попал в альтернативу: либо переговоры о мире, либо разговоры о войне
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

Зачем людей раскачивали до точки невозврата, почему против собственных граждан была брошена авиация, танки, тяжелая артиллерия? Почему на Донбасс отправилась неконтролируемая толпа с оружием, быстро превратившаяся из «освободителей» в воплощение кошмара?

Турчинову, Порошенко, Яценюку и всей «власти Майдана» нужно было прикрыть позор от сдачи Крыма. Им нужно было куда-то направить дурную энергию толпы, только что раскачавшей государство. Им нужно было укрепить свою власть в глазах международной общественности. Внешний враг — универсальный способ сделать всё это сразу. Донбасс был выбран в качестве жертвы потому, что еще со времен первой «революции» из него слепили антимир, населенный злобными недолюдьми.

Поэтому страшные военные поражения насовсем вычеркнули дончан и луганчан, поселив на их место Россию — не могут же «пьяные шахтеры» и «наркоманы» побеждать. За это мстят до сих пор и мирный процесс не движется, потому что его условием со стороны власти всегда была расправа над теми, кто по плану должен был быть победоносно растоптан и брошен ревущей толпе еще в 2014-м.

Украинцам еще предстоит тяжелое переосмысление событий этой войны. Мы все обязательно выпьем горькую чашу правды о преступлениях, совершенных именем Украины. Но для начала должны быть наказаны те, кто дал приказ стрелять. Кто родил чудовище, пожравшее не просто территорию, а души людей, всего пять лет назад живших в единой стране.