Игорь Юшков: кто он
Игорь Юшков: кто он
© РИА Новости, Нина Зотина / Перейти в фотобанк
Об этом рассказал эксперт Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков в интервью изданию Украина.ру

В Европейском союзе осенью образовался дефицит природного газа на фоне крайне низких запасов газа в хранилищах. Это привело к взрывному росту цен на газ на рынках ЕС.

Чиновники Евросоюза призывают «еще больше сплотиться» в газовых вопросах и надавить на Россию, так как ее бюджет зависит от нефтегазовых доходов, получаемых от ЕС.
— Игорь, «Газпром» поставляет газ в Европу, по максимуму выполняя все имеющиеся контракты. Европейские чиновники заявляют, что «Газпром» мог бы поставлять больше, но не делает этого. Песков, комментируя эти заявления, сказал: «Как поставлять, без контрактов? Бесплатно, что ли?» Не могли бы вы объяснить, чего конкретно хочет ЕС от выполняющего все контракты Газпрома?

— ЕС ждет, что «Газпром» будет удовлетворять дополнительные заявки. Каким образом можно увеличить дополнительные поставки?

Либо вы удовлетворяете дополнительные заявки к долгосрочным контрактам, и это наиболее выгодный вариант для покупателя, так как цены по этим контрактам значительно ниже, чем на так называемом спотовом рынке, рынке краткосрочных контрактов.

На споте сейчас газ торгуется по $800-900 за тысячу кубов, а по газпромовским долгосрочным контрактам — примерно $300-400.

И вот те компании, у которых есть долгосрочные контракты с «Газпромом», могут дать дополнительную заявку.

Например, по контракту «Газпром» может продать 1 млрд кубов в месяц, и компания просит еще 1 млрд кубов в рамках этого же контракта.

Получается, что второй миллиард кубов они получат по контракту, и формула ценообразования будет такой же, как в долгосрочном контракте.

Просто о сложном. Почему в Европе не хватает газа, и почему виновата в этом Россия?
Просто о сложном. Почему в Европе не хватает газа, и почему виновата в этом Россия?
© REUTERS, Gleb Garanich
Для покупателя это выгодно, он дополнительный газ возьмет дешево.

«Газпром» говорит: если хотите и если у нас будет возможность поставить дополнительные объемы в Европу, то мы поставим, как все остальные компании в мире на рынок краткосрочных контрактов.

Еврокомиссия, наднациональные органы, которые регулируют газовый рынок и которые выстраивали его, — они всячески призывали и «Газпром», и все остальные компании с долгосрочных контрактов переходить на спотовый рынок.

Соответственно, мы там и сможем вам дополнительные объемы продать. Но тут уже не все покупатели согласны на это: сверхвысокие цены начинают убивать спрос.

За $800-900, а то и $1000 за тысячу кубометров в отдельные дни не каждая компания может себе позволить себе купить.

Поэтому здесь возникает вопрос: если на спотовом рынке торговать, то кто отказывается — «Газпром» не продает, или покупатели не берут?

Евросоюз ситуацию трактует однобоко — мол, это «Газпром» не продает. Хотя на самом деле в большинстве случаев сами европейские компании не берут, не могут себе этого позволить.

Потому что на споте торгует не только «Газпром», но и множество других поставщиков. И у них европейские потребители тоже не берут газ по таким ценам.

Я думаю, что проблема в основном в спросе. Песков здесь не то что неправ. Он подразумевает, что есть только долгосрочные контракты. Но можно заключить и новый контракт, краткосрочный, на спотовом рынке.

— Кстати, Песков на пресс-конференции, отвечая на реплику о том, что есть спотовый рынок, куда «Газпром» не поставляет газ, сказал, что есть инфраструктурная проблема, мешающая таким поставкам, и посоветовал обратиться к Газпрому за более подробными разъяснениями. А вы можете сказать, какая это может быть инфраструктурная проблема?

— Я думаю, что Песков действительно во всех тонкостях может не разбираться, но здесь скорее всего речь идет о том, что европейцы призывают «Газпром» увеличить прокачку по украинской ГТС.

Для «Газпрома» это невыгодно. По действующему транзитному договору «Газпром» должен прокачивать через Украину 109 млн кубометров газа ежесуточно.

Если он будет прокачивать меньше, то все равно должен оплатить эти 109 млн кубометров: условие «качай или плати».

Если «Газпром» хочет дополнительно качать, сверх этих 109 млн кубов в сутки, то он должен заплатить за дополнительные объемы прокачки по дополнительному тарифу.

Получается, что если «Газпром» будет качать сверх контракта дополнительные объемы газа через Украину, то он Украине будет отдавать много денег за транзит, собьет цены для всего газа — станет меньше денег получать даже за тот газ, который продается в ЕС по другим маршрутам — а большую часть маржи, которую он получит, придется отдать Украине.

Какой в этом экономический смысл? Смысла нет никакого.

Речь идет о том, что пожалуйста, европейцы — хотите больше газа? Давайте договариваться так, чтобы было всем выгодно.

«Северный поток — 2»: Путин обвинил европейских лидеров в лицемерии, а в Германии пока молчат об СП-2 на коалиционных переговорах
«Северный поток — 2»: Путин обвинил европейских лидеров в лицемерии, а в Германии пока молчат об СП-2 на коалиционных переговорах
© РИА Новости, Nord Stream 2 / Aксель Шмидт/ Paul Langrock
Давайте запустим «Северный поток — 2», давайте разрешим одно из продолжений первого «Северного потока», газопровод OPAL, использовать на полную мощность.

Ведь там же откровенная дискриминация идет. Там даже теоретически, физически не может быть никакой конкуренции.

Газопровод начинается на берегу Германии, куда приходит извне только один газопровод — «Северный поток». А они требуют, чтобы там конкуренция была.

Какая может быть конкуренция, если никто другой газопровод там не построил, СПГ-терминалов там нет? Первая нитка «Северного потока» получила исключение из этого правила, а вторая — нет. Это же абсурд!

Давайте уберем это абсурд, и будут вам дополнительные объемы поставки. Потому что «Газпрому» там выгоднее качать. Там на 1900 км маршрут короче, плюс газопровод принадлежит самому «Газпрому», он себе платит за этот транзит. Почему он должен Украине отдавать эти деньги? Он же коммерческая компания.

Почему европейцы всем разрешают быть коммерческими компаниями — поставщикам СПГ, Норвегии, Алжиру, Азербайджану — а «Газпрому» говорят: «нет, вы не можете быть коммерческой компанией и должны руководствоваться какими-то другими мотивами»?

 — От «Газпрома» требуют, чтобы он торговал газом на спотовом рынке. Как это должно происходить?  Российская компания должна за свои деньги закачивать газ в европейские хранилища и выбрасывать его в нужный момент на рынок, чтобы сбивать цены?

— Либо так, либо просто увеличить текущие объемы. «Газпром» выходит на электронную торговую площадку в Европе. Это может быть голландский хаб ТТF или немецкая биржа, там их довольно много.

Там «Газпром» заявляет, что готов продать сегодня, или завтра, или через неделю вот такие объемы с отгрузкой в таком-то пункте. Например, в Австрии или Германии. Кто хочет купить сегодня?

Это и есть краткосрочный рынок. Прямой баланс спроса и предложения, прямой контакт потребителя и покупателя.

Необязательно закачивать газ, просто указывается точка и срок, где и когда «Газпром» должен отгрузить конкретную партию.

— Ариэль Коэн в своей статье для Forbes отметил, что американские компании перестали поставлять газ в Европу из-за того, что европейские заказчики отказались от долгосрочных контрактов и покупали газ только на спотовом рынке, из-за чего весь американский газ ушел в Азию. Газпром тоже хочет длительных контрактов и сталкивается с жесточайшей критикой со стороны ЕС, да и США повторяют ту же мантру: Россия использует энергетику как оружие. Можно ли говорить в данном случае о двойных стандартах и попытках политического давления на Москву с тем, чтобы получить себе выгодные цены на газ?

— Да, я об этом и говорю. Всем другим компаниям разрешено быть коммерческими, а «Газпром» почему-то рассматривается отдельно.

Не говорят о том, что меньше газа поставляют в Европу поставщики СПГ, в том числе из Соединенных Штатов меньше поставляют, из Катара, из Нигерии, из Алжира.

Все поставщики уменьшили свои отгрузки в Европу. Они хотят заработать и отправляют свой газ в Азию, где цены выше.

Но мы видим обвинения только в адрес «Газпрома». Только он у Европы виноват. Ни одного поставщика СПГ не обвиняют, ни других трубопроводных поставщиков.

Почему Норвегию не обвиняют в том, что она снижает объемы добычи уже четвертый год подряд? У нее же есть месторождения в Баренцевом море.

Бюрократические игры и реальный рынок. Как ЕС планирует воевать с Газпромом
Бюрократические игры и реальный рынок. Как ЕС планирует воевать с Газпромом
© РИА Новости, Михаил Фомичев / Перейти в фотобанк
Давайте их обвиним в том, что они намеренно подрывают энергетическую безопасность Евросоюза. Но нет, никто их не обвиняет. Поэтому, конечно, мы видим двойные стандарты.

Во многом смысл всех этих обвинений заключается в том, чтобы представить все это как использование Россией энергетики в качестве некоего политического оружия.

Почему? Потому что в совместном заявлении ФРГ и Соединенных Штатов по итогам последней встречи канцлера Германии Ангелы Меркель и президента США Джо Байдена четко написано, что если Россия будет использовать газ в качестве энергооружия, тогда Берлин обязывается ввести санкции против «Северного потока — 2», то есть, по сути, его перекрыть.

Поэтому постоянно в последние месяцы педалируется тема энергооружия. И в Европе союзники США об этом говорят, и сами американцы.

Им нужно это доказать, чтобы вынудить Германию ввести санкции против «Северного потока — 2».

— Но если европейские политики следуют этой стратегии, разве они не наносят тем самым удар по собственным интересам? Ведь они рискуют вообще остаться без российского газа, который занимает гораздо большую долю их рынка, чем американский?

— Для американцев это вопрос принципа, потому что они ввели санкции, а «Северный поток — 2» все равно достроили.

Это очень сильный прецедент для мировой политики — что можно проигнорировать санкции США и все равно достроить проект, и ничего тебе не будет.

Для них это вопрос принципа, и интересы Соединенных Штатов они ставят гораздо выше, чем интересы европейцев.

США нельзя отказываться от этой риторики против «Северного потока — 2», а европейцам будут только соболезновать.

Но европейцам надо пройти отопительный сезон. Поэтому я считаю, что заявления об использовании Россией энергетики в качестве оружия будут продолжаться, но в реальности не дойдет до того, чтобы Германия согласилась с тем, что Москва якобы использует энергооружие и ввела санкции против «Северного потока — 2».