К 30 ноября немецкое наступление, в результате которого захватчикам удалось отбить у Красной армии Житомир и дойти по Брест-Литовскому шоссе до села Ставище — современной границы Житомирской и Киевской областей — остановилось.

Заслонившим столицу Украины щитом стала 38-я армия (А) генерал-полковника Кирилла Семеновича Москаленко. Подразделения группы армий «Юг» не могли прорвать её оборону — мешала начавшаяся распутица и сосредоточение на Киевском направлении крупных резервов советских войск.

Тем временем в Житомирских лесах в районе дороги Житомир — Коростень, которая идёт практически строго с юга на север, у вермахта образовался 100-километровый разрыв между 13-м армейским корпусом (ак) группы армий «Юг» и 59-м ак группы армий «Центр».

Войска 1-го Украинского фронта генерала армии Николая Фёдоровича Ватутина вполне могли перейти на этом участке в наступление, что было чревато для вермахта впоследствии большими проблемами. Немецкое командование этот разрыв крайне беспокоил, и оно решило для его ликвидации свой следующий удар нанести на Малинском и Радомышльском направлениях.

На самом деле, будущее советское наступление готовилось совсем не там, но вражеским генералам узнать об этом предстояло несколько позже.

В свою очередь командование 1-го Украинского фронта (УФ) активно готовилось к проведению новой Житомирско-Бердичевской наступательной операции. Удар планировалось нанести в конце декабря и значительно южнее того места, где его ожидали немцы. В преддверии наступления между 38-й и 60-й армиями вводилась свежая 1-я гвардейская армия (гв. А), а западнее Киева за порядками 38-й А сосредотачивалась 1-я гвардейская танковая армия (гв. ТА).

С севера над занятым противником Брест-Литовским шоссе нависала выбитая из Житомира 60-я А генерал-лейтенанта Ивана Даниловича Черняховского. Она держала фронт от Радомышля строго на запад до Черняхова, и оттуда её линия обороны загибалась на север вдоль дороги Житомир — Коростень до «локтевой связи» с 13-й А.

В начале декабря 60-ю А усилили двумя гвардейскими танковыми корпусами (тк) — 4-м и 7-м. Командиру входившей в 7-й гв. тк 55-й танковой бригады (тбр) подполковнику Давиду Абрамовичу Драгунскому лично позвонил командующий 3-й танковой армией генерал-лейтенант Павел Семёнович Рыбалко:

«Ваша бригада переподчиняется генералу Ивану Даниловичу Черняховскому. Под Житомиром обстановка накалилась. Прошу вас, товарищ Драгунский, не подкачайте. Пусть мой друг Черняховский оценит силу удара нашей танковой армии. По действиям вашей бригады будут судить обо всех танкистах».

До 3 декабря основной танковый кулак немцев — 48-й тк генерала Германа Балька, в который входили 1-я, 7-я, 19-я, потрёпанная под Фастовом 25-я танковые дивизии (тд), 20-я моторизованная дивизия (мд) и танковая дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» — концентрировался напротив левого фланга 38-й А генерала Москаленко, чуть севернее Житомирской трассы в районе современных сёл Садки-Строевка, Ставище, Раковичи и т.д.

Немцы решили скрытно перебросить основные силы 48-го тк — 1-ю, 7-ю тд и дивизию СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» — севернее Житомира в район Черняхова. Планировалось мощным ударом по 60-й армии генерала Черняховского в общем направлении на Малин, ликвидировать нависавший с севера «русский» плацдарм. Днём при переброске танки открыто ехали по Житомирскому шоссе, а ночью тайно сворачивали с него на север к Черняхову. Занимавшая в зоне их концентрации оборону 213-я охранная дивизия генерал-лейтенанта Александра Гошена провела антипартизанские «мероприятия», чтобы некому было доложить командованию противника о крупной переброске сил и готовящемся наступлении.

Принятые меры оказались эффективными, готовившийся удар разведка 1-го Украинского фронта форменным образом прошляпила. 5 декабря 1943 года группа армий «Юг» начала своё наступление.

В этот день в 65 км северо-восточнее Житомира в районе Малина начали выгрузку ещё одни участники грядущей драмы — две советские гвардейские бригады: 12-я танковая и 3-я мотострелковая (мсбр) 4-го гв. тк генерал-лейтенанта Павла Павловича Полубоярова.

Личный состав, техника и танки оставляли эшелоны под почти непрерывающейся бомбёжкой. В следующие дни начали прибывать 13-я и 14-я гв. тбр этого же корпуса. Для его укомплектования, которое проходило в Малине, 1-й Украинский фронт выделил 150 «тридцатьчетвёрок» и 60 самоходок с экипажами (в 4-й гв. тк помимо бригад входили ещё два самоходно-артиллерийских полка и тяжелый танковый полк).

Когда стало известно, что немцы в районе Черняхова прорвали фронт и нацелились на Малин, командующий 60-й армией генерал Черняховский приказал танкистам занять рубежи южнее города и ни в коем случае не пускать противника на северный берег реки Иршы.

Исходя из сложившейся обстановки генерал Полубояров решил в первую очередь укомплектовать 12-ю тбр. После этого она сразу же заняла оборону в 30 км южнее Малина на рубеже сёл Потиевка — Заньки, личный состав с помощью местных жителей подготовил для танков основные и запасные боевые позиции. Перед бригадой поставили задачу — совместно с отступающими частями 60-й армии сдерживать противника, пока остальные бригады не закончат своё формирование и не займут у неё в тылу новый рубеж по реке Возня.

Вражеский прорыв оказался для советского командования полной неожиданностью, и фронт на какое-то время «посыпался».

Танки противника быстро объехали установленные советскими сапёрами минные поля, их легко обнаружили с воздуха пилоты Люфтваффе. Однако стремительного рывка вперёд, как это нередко бывало в такое успешное для немецких танкистов лето 41-го, на этот раз не получалось — все мосты на пути продвижения немецких танковых колонн были уничтожены.

Тем не менее немцы надеялись на свой основный «козырь» — 7-ю тд. Она была совсем недавно укомплектована техникой и людьми до штатной численности, и представляла собой очень серьёзную ударную силу. По замыслу командующего 48-м тк генерала Балька, 7-я тд наносила удар вдоль реки Ирши и отрезала от переправ все войска «русских» в междуречье Ирши и Тетерева.

Центральная и правофланговая 1-я тд и дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», должны были, уничтожая всё на своём пути, прорваться севернее Радомышля, затем развернуться на юг и ударить в тыл оборонявшим его войскам. Приданный 7-й тд тяжёлый танковый батальон передали танкистам-эсэсовцам. Он вместе с ними также должен был доехать до Радомышля после чего повернуть на север, чтобы у Малина соединиться с 7-й тд и замкнуть кольцо.

В прорыв все три танковые дивизии ушли 6 декабря в 6:00, и первое время им сопутствовала удача. Радиоэфир наполнился переговорами советских командиров:

— Немедленно доложите, откуда наступает противник. Ваше донесение неправдоподобно.

— Спросите чёртову бабушку. Почём я знаю, откуда он наступает?

Под немецкую «раздачу» попал 30-й стрелковый корпус 60-й армии, разбитые подразделения которого, теперь пробирались по лесам на север и восток. Его артиллерию немецкие танки застали врасплох и просто раздавили. Одновременно с танкистами группы армий «Юг» из района Коростеня прорвал кольцо окружения 59-й ак группы армий «Центр».

Благодаря этому немцы полностью очистили от присутствия советских войск крайне важную для них рокадную дорогу Житомир — Коростень. Однако всё шло без проблем только первые два дня, а 7 декабря на житомирское Полесье опустился туман.

У немцев «рухнула» система снабжения. Израсходовавшие в наступлении топливо и снаряды танки 1-й тд остановились, а 7-я тд утром 7 декабря доехала до рубежа, на котором закрепилась 12-я гв. тбр. Советские танкисты и самоходчики подпустили немецкие танки на убойную дистанцию в 400-500 метров и открыли ураганный огонь.

Столкновение тут же переросло в ожесточённую «мясорубку».

Несколько немецких танков, прикрываясь деревьями, достигли ручья на юго-западной окраине Заньков. Они дождались, пока в середине дня позиции 12-й гв. тбр не атаковала авиация, а затем попытались ворваться в село но были отбиты. Вечером вражеские танки пробились на улочки Потиевки, но командир бригады полковник Николай Григорьевич Душак бросил против них в бой свой последний резерв — танковую роту, она вышибла противника из села.

Положение восстановилось. В этот день бригада уничтожила до 400 вражеских солдат и офицеров, 32 танка, 18 бронемашин, 7 орудий и много другой боевой техники и вооружений.

Тем временем танкисты остальных бригад готовились встретить врага на подступах к Ирше. Командарм Черняховский обвёл на карте красным карандашом населённые пункты Малин, Пинизевичи, Ялцовку, Зарудню, и затем поставил командиру 55-й тбр подполковнику Драгунскому задачу:

«В каждом из этих пунктов разместите по танковой роте. Фронт вам даю двенадцать километров. Имейте в виду: ни один вражеский танк не должен прорваться на северный берег реки. В Ялцовке оставьте в своих руках сильный резерв, туда же прибудет в ваше распоряжение артиллерийский истребительный полк.

Хочу напомнить одно важное обстоятельство: мы располагаем достоверными данными, что противник сегодня попытается прорваться по всему вашему участку. Полагаю, ночью вы сами в этом убедились».

8 декабря под давлением усилившегося противника 12-я гв. тбр отошла на 15 километров севернее за реку Возня, где на новом рубеже уже приготовились встречать немецкие танки «тридцатьчетвёрки» 14-й гв. тбр и мотострелки 3-й гв. мсбр.

Вспыхнул новый бой, который длился весь день. В самый критичный момент противостояния юго-западнее Ворсовки батальон вражеских танков с мотопехотой ворвался на позиции 1-го мотострелкового батальона майора Петренко. Майор вызвал огонь артиллерии на себя, что позволило отсечь пехоту от танков. Вовремя подоспевшие несколько Т-34 3-го батальона 14-й гв. тбр помогли мотострелкам отбросить противника.

Пока 7-я тд «буксовала» на дальних подступах к Малину, 1-я тд и танковая дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» 8 декабря достигли места впадения Ирши в Тетерев.

1-я тд развернулась и двинулась на восток — в тыл и фланг оборонявшимся в районе Малина советским войскам. 9 декабря до 80 танков нанесли удар по левому флангу 4-го гв. тк. В районе Ворсовки (село пятью километрами южнее Малина), продавив оборону 12-й и 14-й гв. тбр группа немецких танков с десантом на броне ворвалась на южную окраину города. Здесь их встретил взвод танков лейтенанта Константина Маркеловича Сивишкина. 14 часов танкисты отбивали вражеские атаки. В результате противник откатился, оставив на поле боя несколько десятков трупов, танк, две самоходки и 7 пулемётов.

Об ожесточённости боёв 9 декабря 1943 года говорит гибель в этот день командира 14-й гв. тбр 4-го гв. тк майора Валентина Мироновича Печковского. Осколком мины был тяжело ранен командир 55-й гв. тбр 7-го 4-го гв. тк подполковник Драгунский — задачу Рыбалко он выполнил, 3-ю ТА перед его другом генералом Черняховским не опозорил.

В тот же день обеспокоенная развитием событий Ставка выслала к генералу Ватутину своего представителя — генерала армии Константина Константиновича Рокоссовского. Штаб 1-го Украинского фронта получил из Москвы директиву перебросить в район вражеского прорыва соединения свежей 18-й армии. Задача ставилась жёстко — не допустить противника за Иршу и Тетерев.

В результате небольшой тихий житомирский городок Малин превратился в настоящую украинскую «Прохоровку» — ожесточённые бои продолжались здесь вплоть до 18 декабря. Поля на его южных окраинах превратились в кладбище подбитой техники — только один 4-й гв. тк рапортовал об уничтожении 112 вражеских танков и бронемашин, 48 орудий и миномётов, более чем 3.000 вражеских солдат и офицеров.

Натолкнувшись под Малином на неодолимое сопротивление, немецкое командование решило перенести направление своего главного удара. В ночь с 12 на 13 декабря 15-му армейскому корпусу вермахта удалось с юга прорвать советскую оборону под Радомышлем, занять его и соединиться с нависавшими над советскими позициями с севера подразделениями 48-го тк.

В окружение под городом попали три стрелковых, три артиллерийских полка и один миномётный. Этим подразделениям удалось всё же вырваться из образовавшегося «мешка», но они понесли большие потери.

Командование 48-го тк решило, что добиться большего на участке фронта от Радомышля до Малина уже более не удастся. Генерал Бальк предложил командованию 4-й танковой армии нанести новый удар в район Коростеня, атаковать оборонявшуюся в районе Малина группировку «русских» с тыла, с северо-западного направления. Пока принималось решение, 1-я тд и дивизия СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» «сбивали» и зачищали остававшиеся ещё пока на западном берегу Тетерева советские плацдармы.

Новое наступление назначили на 9:00 16 декабря. 1-я тд и «Лейбштандарт Адольф Гитлер» к этому времени должны были сконцентрироваться чуть южнее Коростеня в районе села Мелени. Оттуда им предстояло наступать вдоль северного берега Ирши на восток, на Малин. Одновременно с этим 7-я тд должна была переправиться через реку западнее Малина и захватить большой плацдарм. Встречными ударами танковые подразделения 48-го тк должны были окружить и уничтожить в районе Меленей крупную советскую группировку.

В этот раз наступление затормозилось сразу: отстоявшую от Меленей всего в паре километров станцию Чоповичи 1-я тд и танкисты-эсэсовцы смогли взять только к 19 декабря. Оборонявшийся здесь 24-й стрелковый корпус немцы потеснили, но прорвать его оборону и тем более разгромить не смогли.

7-й тд удалось всё же захватить плацдарм к западу от Малина, на который часть её войск переправилась вместе с подразделениями 112-й пехотной дивизии, но продвинуться дальше у них уже не получилось.

К Чеповичам от Малина оперативно выдвинулась 14-я гв. тбр и заняла здесь оборону вместе с прибывшей из резерва Ставки 11-й тбр 25-го тк. Трое суток они отбивали вражеские танковые атаки, и в конце концов отбросили вражескую группировку обратно к Коростеню.

21 декабря произошёл случай, отражённый в известном советском фильме «Контрудар».

Он как раз рассказывает об этих декабрьских событиях, а главного героя — генерала Ватутина, в нём играет известный актёр Виктор Павлов (большинству он известен по роли рецидивиста Лещенко из «Место встречи изменить нельзя»).

Дадим слово немецкому генералу Фридриху Вильгельму фон Меллентину, который в описываемое время возглавлял штаб 48-го тк: «Днём 21 декабря в наш штаб была доставлена карта, найденная у убитого русского майора. К нашему удивлению, оказалось, что мы пытались окружить у Мелени не менее 3 танковых и 4 стрелковых корпусов русских. Видимо, русские сосредоточивали свои силы для крупнейшего наступления от района Мелени на Житомир, и наше собственное наступление тремя танковыми дивизиями должно было показаться им необычайной дерзостью».

Узнав, что им противостоят намного превосходящие силы, немцы отказались от дальнейших попыток их окружить. Штука в том, что таких больших сил у 60-й А у Меленей не было — карту немцам подбросили советские разведчики. Стрелковых корпусов там сражалось не более двух, а танковых — и полкорпуса не набиралось, всего две бригады.

Фокус объясняется очень просто, 1-й Украинский фронт начал с командованием группы армий «Юг» «игру» по его дезинформации. Надо было, чтобы оно всерьёз уверовало, будто основной удар русские нанесут в районе Коростеня, в то время как он на самом деле готовился вдоль Брест-Литовского шоссе.

Чтобы обезопасит себя от действий 1-й, 7-й тд и дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», оборонявшейся восточнее Коростеня 13-й армии Ватутин передал весь 25-й тк (229 танков и САУ). 22 декабря танкисты выбили немцев со станции Чоповичи и из Стремигорода. В последнем удалось захватить два штабных автобуса танковой дивизии СС «Рейх», 12 офицеров штаба и 8 исправных танков. Всего корпус отрапортовал о 120 уничтоженных вражеских танках, но цифра эта явно завышена.

Тем не менее, продвижение противника у Меленей было остановлено, силы его наиболее полнокровных танковых дивизий — перемолоты, и теперь ничто не могло помешать очередному наступлению 1-го Украинского фронта, которое генерал Ватутин начал уже через несколько дней.