Дмитрий Выдрин: кто он
Дмитрий Выдрин: кто он
© РИА Новости, Владимир Трефилов / Перейти в фотобанк
Летел себе в одну дальнюю страну, смотрел вполглаза на кресельном экране какой-то фантазийный экшн. Там всех крушил неутомимый Кинг-Конг. Потом всех топтала несокрушимая Годзилла. Еще они друг дружку… Нет, до Камасутры вроде не дошло. Типа дрались. В самом конце ленты неожиданно объединились против механического и цельнометаллического жуткого монстра. Что-то новенькое…

Подсознание меня перенесло в ассоциативное ностальгическое облако. Вспомнился давний эпизод еще московской аспирантской давности. Родственник генсека рассказывал, как он с дедушкой присутствовал на закрытом просмотре «Кинг-Конга».

«Наш дорогой» Ильич, как обычно, дремал в уютном глубоком кресле. Но когда громадная обезьяна стала с ревом стучать себя в грудь, празднуя победу, главный зритель неожиданно встрепенулся.

«Это что за гон…гордон?» — спросил он у всезнающего Суслова.

«Это могучий Кинг-Конг, товарищ Брежнев!» — пояснил тот.

«А он кто — малоземелец?» — последовал уточняющий вопрос.

Каюсь, тогда мне было смешно. Сейчас совсем по-другому смотрю на эту историю. Популярнейшие тогда фронтовые мемуары генсека «Малая земля» были написаны на удивление ярко и живо. Их приписывают талантливому перу очеркиста Анатолия Аграновского. Не знаю. Но знаю точно, что это была очевидная попытка тогдашнего руководства страны вдохнуть жизнь в хворающего от застоя державного гиганта.

Союз умирал не от перенапряжения Холодной войны. Напротив, он умирал от Большой скуки. От тотального схематоза! В его капиллярах уже не билась горячая кровь первых строителей нового общества и победителей мирового зла. Там тромбами засели цитаты, формулы, наставления и поучения классиков «единственно верной теории». Да, фундаментальной, но, как все неизменное и окостенелое, бросившей вызов развитию нового мира.

Франция против AUKUS
Франция против AUKUS
© AFP, BRENDAN ESPOSITO / POOL
Показательным было поражение в Афгане. Не «стингеры» там победили. Великое, но застывшее учение проиграло архаичному, но живому движению. И Афган для Союза был не причиной будущей геополитической катастрофы, а ее симптомом. Ну, как сейчас для Америки…

Кстати, об Америке. Помню, как в самом начале ее кампании у основателя запрещенного "Талибана" Муллы Умара спросили, не боится ли он воевать против самой вооруженной страны мира? Тот смиренно ответил: «Их президент обещает нам поражение, а Аллах обещает нам победу. Посмотрим, чье обещание сбудется».

Посмотрели. Это в западной цивилизации Бог может появляться «из машины». В восточной же он всегда приходит из толпы. Иншаллах!

Поэтому афганец немного лукавил. Пуштунам близок пантеизм, и они скорее верят и надеются на «землю», чем на «небо». То есть на естественный ход вещей, на силу своих традиций, на верность местных людей сложившемуся веками укладу, на собственный «внутренний народ»…

Конечно, борьба живого с искусственным нарастает. Вот мой замечательный друг, известный балканский политолог Ласло Кемени, уверенно пишет, что искусственный интеллект, то есть по сути машины, победит человека. Как там предрекал поэт: наука движется и вскоре / Мы обойдемся без себя.

А мне вот не хочется «обходиться без себя». Когда-то довелось участвовать в жутковатом эксперименте. Пытались перенести сознание абсолютного гения Николая Глушкова из его угасающего тела в вечную электронно-механическую оболочку. Не знали мы тогда незыблемого закона Станислава Лема о том, что биологическое полностью не растворяется в кибернетическом.

Я спрашивал академика, не боится ли он уйти человеком, а вернуться машиной. Он ответил, что главное — чистое мышление, а оболочка не имеет значения. Для гения, может, и не имеет. А лично для меня — еще как. Эх, не понятны мне картезианцы с их «мыслю — следовательно, существую». Мне куда ближе их великолепный земляк — недавно ушедший в бессмертие Жан Поль Бельмондо с его максимой: «люблю — значит существую».

Мир входит в решающую фазу борьбы между тремя могущественными кастами: традиционалистами, банкирами и цифровиками. У всех у них одна цель — вечная личная продуктивная жизнь. А иначе зачем нужны громадные накопления, немыслимые наслаждения, грандиозные семейно-клановые планы… Только вот механизмы достижения этой цели у них различные.

У первых двух их влажные мечты давно описаны в мировых шедеврах. Первые, в частности, связывали свое бессмертие с опредмечиванием в «заводы, фабрики, пароходы». Ну, как Форд, например. Вторые длительность бытия привязывали к размерам банковских активов. Как Рокфеллеры или Ротшильды. Научились, научились лично жить за сотню лет, но иллюзий, впрочем, не строили. А вот напирающие цифровики верят в свою вечную жизнь на земле не через метафорическое, а реальное перевоплощение. Помните, был у Швейка приятель в сумасшедшем доме, который возомнил себя шестнадцатым томом Энциклопедического словаря Отто? Наверное, верил, что словари живут вечно.

Наверное, не читали они рассказа того же Лема о гибели перестукивавшихся из разных отсеков космонавтов. Их тела аннигилировали, но души и сознание растворились в точках и тире. Живые люди стали химерными эсэмэсками. «Пальцем деланными», как говорили раньше. Страшно превратиться в точку. Даже вместе с тире…

Да, за них сам Илон Маск вместе с гиперлупом, всемогущий Билл Гейтс вместе с Камалой Харрис… Они как повелители «Сети» превращают ее в электронную машинерию. Здесь царят жесткие правила, здесь шаг влево или вправо рассматривается как побег из цифры. Здесь правят искусственные мозги и беспилотные устройства…

Хотя спасибо цифровикам, что подвели наш мир к катарсису. Их вера в искусственное умиляет. Их надежда на формальные правила и механические красные линии, именуемая как «западные ценности», смешит. Жаль, что не читали они Энтони Берджесса. Знали бы тогда, что падение механического апельсина заканчивается воплем «караул!» Как и падение натурального яблока Архимеда завершается возгласом «эврика!»

Но они довели этот «тренд» до логического конца. Поэзия цифры напрочь проиграла прозе жизни. И посыпалось… Сегодня в Афгане постиндустриальная механика проиграла племенному бытию. Натуральный козий сыр победил фактически искусственный "Биг-Мак". Завтра — брезжит драма Ирака. Послезавтра — трагедия Кувейта, передел мирового нефтяного и газового рынков. А еще предстоит катаклизм разрушения НАТО, абсолютно несовместимого с новоявленным искусственным монстром AUKUS.

Штука в том, что даже цифровые, а по сути те же механические, правила не делают личную жизнь вечной, а политическую — безусловно выигрышной. Хаос не может быть управляемым, а пьеса для механического пианино никогда не будет окончена…

Россия - Германия: сотрудничество после обновления. Что ждет Украину?
Россия - Германия: сотрудничество после обновления. Что ждет Украину?
© AP, Michael Probst
Хотя наших западных «коллег» переубедить уже нельзя. Придется им испить сию чашу до дна. Шоу маст гоу. Вот примкнувших к их «тиму» наивных нуворишей жалко. Например, Украина сегодня принимает новую «адженту» — Стратегию общественного развития. Сплошная банальная «механика» по жесточайшему упорядочиванию всех социальных процессов: формальные запреты, искусственные ограничения, абсурдные аналоги… Не страна, а электросамокат. Но на рельсах. Хотя у них в самой Конституции зафиксирован принцип буйного многообразия общественной жизни.

Прогнозирую, что страна сейчас завибрирует как раз между НАТО как порождением банковской касты и новоявленной AUKUS — детищем цифровой элиты. Именно через эту структуру будет сделана попытка оглобаливания искусственного интеллекта. Даже фатальной ценой расползания ядерного оружия. Боюсь, правители Украины не смогут избежать такого искушения. У них, блин, поразительное стремление к самым провальным историческим проектам. Будут ломиться уже в этот поломанный геополитический «сервер». Пусть. Жизнь все равно возьмет свое…

И фильм в самолете я досмотрел. Там брутальные, но живые персонажи открутили таки железную башку механическому бармалею. Может, режиссёр что-то знает? Или предчувствует?