Но недавно стало понятно, что украинская цензура — отнюдь не только борьба с русским миром.

«Невидимое большинство». Православных на Украине призывают проснуться
«Невидимое большинство». Православных на Украине призывают проснуться
© РИА Новости, Стрингер / Перейти в фотобанк
Каждый год Министерство культуры и информполитики (МКИП) выделяет деньги под закупку литературы для библиотек. Список книг утверждает само министерство, но изначально определяет действующий при нем Украинский институт книги, а точнее — его экспертные советы, каковых три: по детской литературе, по художественной литературе для взрослых и по нехудожественной литературе для взрослых.

Список, утвержденный распоряжением МКИП от 20 августа этого года, занимает 74 страницы (на каждой 8-10 названий) и может показаться идеологически безупречным. Ни одного издания на русском языке, переводов с русского лишь 12 (в основном это живущие на Украине авторы, например, в одном случае речь идет о мемуарах добробатовца), тогда как с английского — 245, с немецкого — 35, с французского — 31, и итальянского —15. Трехтомник «Хроника войны 2014-2020», написанная одним из авторов этого трехтомника биография (вероятно в жанре агиографии) Виталия Маркива, добробатовца которого судили в Италии, биография одного из создателей УПА (запрещенная в России организация) Бульбы-Боровца и т.д.

Впрочем, большинство книг судя по заглавиям не относятся к пропаганде. Например, книга Марины Ланге «Чтобы в 16 не было поздно» посвящена вечной теме — о том, как воспитывать детей. С точки зрения автора в мальчиках надо воспитывать мужественность, а в девочках — женственность. А вот эта расхожая идея и возмутила активистов, принявших европейские гендерные стандарты, и правительственного уполномоченного по вопросам гендерной политики Екатерину Левченко.

28 августа на странице Министерства культуры и информполитики в «Фейсбуке» появляется следующий пост:

«Позиция МКИП о передаче в библиотеки книги Марины Ланге "Чтобы в 16 не было поздно".

Мы искренне убеждены в украинском обществе должно быть место различным взглядам и мнениям. Министерство культуры и информационной политики выступает против цензуры в любом ее проявлении.

В то же время, есть вещи, которые, несмотря на свободное распространение в магазинах, не имеют финансироваться за счет налогоплательщиков.

Трансгуманизм Пелевина: винницкие лолиты и Трибунал разума под Житомиром
Трансгуманизм Пелевина: винницкие лолиты и Трибунал разума под Житомиром
© скриншот с видео YouTube
Книга Марины Ланге "Чтобы в 16 не было поздно" — одна из таких вещей. Потому что поддерживает устойчивые гендерные стереотипы. Автор обобщает убеждение о том, какими должны расти дети разных полов, призывает поощрять ребят к определенному поведению, что "отвечает" представлениям о женственности и мужестве.

Министр культуры и информационной политики Александр Ткаченко подал запрос в Украинский институт книги о возможности остановить процесс закупки книги "Чтобы в 16 не было поздно" Марины Ланге для библиотек страны».

Впрочем, запрос не понадобился. Вскоре пост дополнился информацией: «UPD: издатель книги "Чтобы в 16 не было поздно" принял решение об отзыве ее из процесса закупок. Книга не будет передана в библиотеки».

А чтоб подобное в будущем не повторялось Минкульт 3 сентября сообщил что создаст вместе с Левченко межведомственную группу, а также речь «рассмотрит возможность введения двойной фильтрации» отбираемых в библиотеки книг на предмет гендерной дискриминации.

Да речь не идет о запрете книг, но цензурой традиционно считаются меры по масштабному ограничению распространения книг и других источников информации, например американские законы Комстока, запрещавшие пересылку по почте любых изданий которые считались непристойными а таковыми считались произведения Джованни Боккаччо, Бернарда Шоу, Джеймса Джойса, а в некоторых штатах «Приключения Гекльберри Финна» Марка Твена.

А понимание плюрализма от МКИП, по сути, выглядит так: «В украинском обществе должно быть место различным взглядам, но не на полках украинских библиотек». А, кроме того, прецедент с книгой Ланге показывает издателям рамки их работы. Да формально они имеют свободу, но книжный рынок уже давно переживает плохие времена, а госзакупка книг — это важнейший ресурс выживания издательств. Так, у «Чтобы в 16 не было поздно» тираж 2000 экземпляров, а планировалось закупить в библиотеки 489 экземпляров. Понятно, что не далеко всякую книгу государство купит, но какой смысл издателям выпускать книги, которые предопределенно не имеют шанса попасть в библиотеки, а к тому же вызовут шельмование активистов? Такой вопрос с однозначным ответом на него конечно существовал и до истории с книгой Ланге, однако она показывает, что круг нежелательной литературы несравненно шире, чем можно было предполагать до сих пор.

Скажу сразу, я не читал книгу «Чтобы в 16 не было поздно» и не считаю себя специалистом для оценки произведений такого жанра. Отмечу лишь что на сайте крупнейшего украинского книжного интернет-магазина Yakaboo 25 читательских рецензий дают ей пять баллов из 5 возможных, 14- единицу, других оценок не давали. Интересно что все негативные рецензии написаны на украинском языке, среди позитивных также преобладают украиноязычные, но есть и 5 на русском. Впрочем, вся эта статистика не слишком важна. Не исключаю, что некоторые позитивные отклики, особенно последние — это плод усилий автора и издательства. И, конечно, готов признать, что Ланге далеко до Боккаччо, Шоу, Джойса и прочих запрещавшихся авторов. Возможно, ее книга вообще плоха, но запрещена-то она для покупки в библиотеки не за качество, а поскольку противоречит современной евроатлантической идеологии.

Поэтому логично задуматься, а выдержат ли критерии двойной фильтрации для попадания в украинские библиотеки авторы, которые считаются классиками педагогической мысли.

Например, без преувеличения великий украинец Василий Сухомлинский, писал: «В хорошо воспитанном детском коллективе до сознания девочки доходят слова воспитателя о том, что она — будущая мать, что природой и многовековым опытом человечества на нее возложена ответственность за весь род людской».

Или Януш Корчак, который с одной стороны разоблачал общественные стереотипы в отношении к мальчикам и девочкам, но с другой стороны, описывал и разницу между ними и заключал: «только глупые люди хотят, чтобы все были одинаковые. Кто умен, тот рад, что на свете есть день и ночь, лето и зима, молодые и старые, что есть и бабочки и птицы, и разного цвета цветы и глаза и что есть и девочки и мальчики».

Ну а теперь попробуем сравнить эти кажущиеся привычными тезисы с теми стандартами которые утверждает на Украине радио «Радио Свобода» (СМИ, выполняющее функцию иноагента), например в трехминутном сюжете, вышедшем 22 февраля 2018, видимо не случайно появившемся накануне дня, который принято считать «мужским»

«2010, Швеция. В Швеции открылся детсад, где не используют слов «мальчик» и «девочка», а говорят, например, друзья. И воспитывают гендерно нейтрально. С соответствующим книгами передачами и играми.

Декабрь 2017, США Каче Салливан родила ребенка на 4 году терапии по переходу от женщины к мужчине».

Здесь идут кадрами бородатого человека с большим животом явно не от ожирения. «Мне нравится беременный мужчина» — писал уроженец Сумщины русский футурист Давид Бурлюк, которого Маяковский называл своим учителем. Но «Радио Свобода» не отвлекается на лирику, а сообщает, что в семье Салливан «собираются растить малыша «гендерно нейтрально», пока он не определится с полом сам».

Правда тут же признается, что «возможно, эти случаи слишком радикальные для большинства родителей» и ставится вопрос «Но что же такое гендерно-нейтральное воспитание, воспитание без гендерных стереотипов? И нужно ли оно?»

Далее ответ «Гендерное воспитание — воспитание, основанное на развитии индивидуальных качеств поиска призвание ребенка независимо от ожиданий окружающих, связанных с полом ребенка». Это значит — не надо дарить мальчикам конструкторы, а девочкам кукол и яркие платья, дескать сами должны выбирать что им подходит. В подтексте же очевидна мысль, что в идеале надо дорасти до такого мира, где дети сами будут выбирать свой пол, независимо от собственных первичных половых признаков.

Но тут же дается понять, как сложно гендерное воспитание, когда весь культурный багаж человечества, «книги, фильмы, мультики» ему противоречит. Там «герои мужского пола обычно кого-то спасают или освобождают. Женского — ждут помощи». В видеоряде здесь появляется мужчина, укрывающий женщину от дождя зонтиком», а значит — демонстрирующий сексизм. И вообще, «в распространенных книгах для дошкольников лиц мужского пола в 11 раз больше, чем женского. А если учесть зверей, то в 95 раз!».

Киевский ЛГБТ-парад запланирован на сентябрь
Киевский ЛГБТ-парад запланирован на сентябрь
© kyivpride
Многие, конечно, помнят, что у Андерсена Герда спасала Кая, да и гендерная статистика от «Радио Свободы» относительно детских книжек слишком уж подозрительная. Но где рядовой читатель или зритель и где радио «Свобода»? Ведь в евроассоциированной стране должны понимать, что оно не может ошибаться ибо ретранслирует позицию Соединенных Штатов, а значит — свободного евроатлантического мира, куда стремится Украина.

Раз почти 99% сказочных героев принадлежат к мужскому полу, значит так оно и есть и здесь надо не пересчетом заниматься, а выправлять ситуацию, то есть издавать новые детские книжки со справедливым гендерным балансом и не переиздавать или по крайней мере не поощрять закупки за бюджетный счет книжек старых не сбалансированных. И не только для детей, но и для взрослых. Ведь старые в лучшем случае бесполезны, ибо там нет ничего о гендерно-нейтральном воспитании, как у Корчака, а в худшем — вредоносны, ибо насаждают вредные стереотипы («девушки- будущие матери»), как у Сухомлинского).

В конце концов закономерно что надо отбросить многое из прошлого ради такого светлого и уже близкого европейского будущего, за которое стоял Майдан, и которое, например, так изображено в предвыборном плакате самой дружественной к Украине немецкой партии — Зеленых. 

В правом нижнем углу белая девушка нежно обнимает чернокожую с серьгой в носу, синей помадой на губах и татуировкой BLM на руке. Напротив в левом нижнем углу смуглый бородатый мужчина восточной внешности с серьгой в ухе, с белокожим малышом в слинге и хозяйственной сумкой с овощами. Еще больше этого товара везет в центре плакаты женщина на грузовом велосипеде, а на тележке с ними написано, что это овощи и на немецком языке, и на турецком. Рядом с маленькой собачкой на поводке едет в инвалидной коляске женина с ограниченными возможностями, вся истатуированная. Перед ними бежит девочка лет 10 с бумажным змеем. На заднем плане, у подъезда — смуглая женщина, сидящая на коленях у светлокожей. Они тянутся друг к другу губами, а рядом играют в футбол чернокожий мальчик и белая девочка. Справа возле другого дома идет девушка с портфелем в хиджабе, за ней молодой человек с правой рукой, прижатой к уху — ясно что по мобильнику разговаривает, а не фигуру оценивает.

На балконах третьего этажа мужчина, который, похоже занимается йогой, читающее существо неопределенного (лицо закрыто книгой) пола и негритянка, поливающая цветы. На балконах второго этаже женщина с собакой (там же вывешен флаг ЛГБТ) и женщина с черной кошкой. Женщин с детьми на плакате нет, а разнополую пару все-таки можно разглядеть: на втором этаже дома справа пожилые люди смотрят на улицу — обломки старого мира, доживающий свой век в мире новом.

Но хотя для Германии новый мир предполагает и надписи на турецком наряду с немецким, то всё равно для Украины он не предполагает надписей на русском наряду с украинским. Ведь «это другое!».