Свидетели окаянных дней

Ровно шесть лет назад, 23 ноября 2013 года, под звуки майдана, в Киеве скончался Евгений Степанович Березняк. Человек, известный, как прототип «майора Вихрь».

В 2001 году президент Кучма присвоил ему звание Герой Украины за этот подвиг. В 2007-м, в Москве, президент Путин присвоил звание Герой России Алексею Николаевичу Ботяну. В наши дни 102-летний полковник в отставке тоже известен, как «майор Вихрь», который спас Краков от уничтожения. И он не последний, кто отождествляется с вымышленным героем культурного мифа. Третий «майор Вихрь» — друг автора романа и всей легенды, Юлиана Семенова, Овидий Александрович Горчаков — переводчик и писатель. Он воевал в разведке 1-го Белорусского фронта, скончался за 13 лет до Березняка, в 2000-м, в возрасте 76 лет. Все трое претендовали на признание единственным прототипом «майора Вихрь», который на самом деле был частью легендариума СССР.

В реальности майора «Вихрь», как и Макса Отто фон Штирлиц не существовало. Они — художественный вымысел писателя Юлиана Семенова. Советский «штандартенфюрер» первоначально был вписан в роман, но при работе над сценарием его оттуда удалили. Главное в этой истории — граница, где заканчивается драматургия, а начинается драма. Рубеж проходит уже сквозь наши, окаянные дни. Все три прототипа прошли примерно один и тот же путь признания. Сначала об их подвиге не было известно, после Юлиана Семенова и картины режиссера Ташкова они проснулись героями, оказались в центре внимания и славы.

А потом все закончилось. Они увидели, как в 1991 году в Кракове ломали памятник освободителю города, маршалу Коневу, как улицу его имени переименовывали в честь Армии Крайовой. Да что Краков! Они увидели крушение СССР. И это были не все испытания. Спустя многие годы после уничтожения Советского Союза, началась атака зомби на сам культурный миф, частью которого были герои. Евгений Степанович Березняк, узнав о том, что Ющенко присвоил «Героя Украины» Степану Бандере, хотел швырнуть ему в лицо свою «золотую звезду»: «Это пощёчина всем ветеранам. Бо́льшей пакости он не мог сделать! Мои коллеги-ветераны сказали: не смей этого делать, ты заслужил, и не Ющенко тебе его присваивал». До начала гражданской войны на Украине воин-освободитель не дожил всего три месяца.

Спасибо деду за Победу

Вместе с памятником Коневу в Кракове враг уничтожал и память о тех, кто освободил поляков от нацистов. Ложью была объявлена не только легенда о «майоре Вихрь», но и сам факт спасения Кракова Красной армией. Историк Анджей Хвалба выражает общее мнение польской стороны: «Во время визита в Польшу Владимира Путина (в 2005 году) я ездил по Кракову с российской делегацией. У одной из журналисток был подробный план заминированного города. Она была очень удивлена, когда узнала, что нет ни одного доказательства полного заминирования города». Логика: если нет доказательств «полного» минирования, нет и кабеля, который взорвал «майор Вихрь». А значит вся история — вранье. Это антитеза ломается наличием подтвержденного приказа обергруппенфюрера СС Фридриха Крюгера заминировать стратегические объекты Кракова. Выполнить приказ помешали советские диверсионно-разведывательные группы (ДРГ) по наводке местного населения. И это тоже доказанный факт, проверенный-перепроверенный НКВД уже после войны.

Накануне Висло-Одерской операции немцы объявляли города узловой обороны крепостями на осадном положении. Так было в Варшаве, Ченстоховой, Позене, Бреслау, наконец в Берлине. Города-крепости должны были держать круговую оборону в условиях полного окружения. При подготовке к обороне инженерные части сносили целые кварталы, как был снесен Королевский замок в Варшаве. То, что сегодня показывают туристам — новодел. Те города-крепости, которые оказали упорное сопротивление, как Бреслау, и сдались уже после капитуляции Рейха, подверглись чудовищным разрушениям. Краков был столицей генерал-губернаторства, Гитлер объявил его крепостью, его собирались защищать. И только маневр Конева, который появился не там, где его ждали, помог стремительно, без боев взять город. Но если бы не три наших героя, вернее их подразделения, заброшенные в Краков, то город потрясли бы взрывы не слабее, чем те, что в сентябре 1941-го смели Киев. Этого не случилось, потому что «майор Вихрь», точнее Евгений Березняк, Алексей Ботян и Овидий Горчаков в составе своих ДРГ обесточили форт, где находился детонатор.

Как спасли Краков

Пост управления подрывом размещался в Ягеллонском замке. План состоял в том, чтобы уничтожить промышленные объекты, виадуки, мосты, Рожновскую плотину.

Благодаря действиям ДРГ, в которых были Березняк и Ботян немцы взорвали лишь мосты на Висле и подожгли спиртовой завод. После освобождения разминирование города проходило еще месяц. Но почему именно Кракову придается такое значение? Война шла на уничтожение, без пощады и сожалений о памятниках. Были стерты с лица земли тысячи исторических мест, погибли миллионы людей. Какое кому дело до исторического центра Кракова, когда костями русских солдат была усеяна вся Европа? О них была печаль, а не о городах, жители которых работали на оккупантов и делали на заводах пули, предназначавшиеся для наших солдат.

Просто во время всего этого уже думали о будущем. История о реальном, историческом спасении Кракова стала фундаментом для польско-советской дружбы на полвека. Это была отличная работа, которую уничтожили «перестройщики» и демократизаторы. От «вечной дружбы» в Кракове остался только пустой постамент памятника маршалу Коневу. Скоро на него взгромоздят что-нибудь другое. В реальности же 6 сентября 1939 года Краков без боя сдался немецким войскам, генерал-губернатор Ганс Франк объявил его «urdeustche Stadt» (старинным немецким городом), и жители честно служили новым властям. Когда наши войска освободили Краков и подарили его восстановленной Польше, поляки устроили немецкие погромы и депортацию немцев. Это был настоящий геноцид, но ведь победителей не судят. Впрочем, в августе 1945 года случился в Кракове и еврейский погром. Поляки мстили за свое унижение. Предавший раз — предаст два, и три. В 1991 году погром начался в отношении тех, кто погиб за свободу Польши. Это у них нормально.

Легенды и биографии

Майор Вихрь №1, капитан Березняк, встретил День Победы в столице Саксонии, Дрездене, где он служил в разведотделе штаба фронта. Он и его группа пробивали дырки в гимнастерках под высшие государственные награды. И никто не знал о том, что Березняка выбросили с самолета «не там», что его пленили, доставили в гестапо, вербовали — и завербовали! Да. Реальность всегда проще легенд. Пленный советский диверсант согласился сотрудничать с немцами, использовал их доверие, бежал, чтобы в конечном итоге выполнить задание и обезвредить кабель.

Если бы он доложил об этом еще во вражеском тылу, на задании, его бы ликвидировал заместитель, Алексей Шаповалов, который по протоколу, в случае измены командира, был обязан его уничтожить и возглавить группу. Но Березняк на задании пленение скрыл. Если бы Березняк не доложил о пленении вообще, то получил бы Героя Советского Союза и звезды на погоны. Но он доложил уже после Победы. И вместо «звезд», отправился в фильтрационный спецлагерь МГБ №174 в Подмосковье. От штрафбата на японском фронте его спасло только то, что его показания подтвердил перебежчик — начальник третьего отделения краковского абвера, Курт Гартман, завоевавший доверие, после войны работавший на Штази. Березняка освободили, но не доверяли. 20 лет он был засекречен, никто его подлинной роли на войне не знал. Лишь в 1965 году, по политическим причинам, в честь 20-летия Победы его рассекретили, и он сделал успешную карьеру, правда в сфере образования.

У майора Вихря №2, Алексея Ботяна, биография еще круче. Он в советскую разведку попал в 1939-м, после разгрома Войска польского, где он служил. Как польский подданный воевал с немцами и даже умудрился подбить самолет. И мы не знаем, как из польского военнопленного он попал в «хозяйство Судоплатова» и стал ходить в немецкие тылы. В январе 1945 года его группа получила задание действовать в районе Кракова. Они тоже вышли на Ягеллонский замок. Юлиан Семенов, когда писал сценарий «Майора Вихря», с Березняком не советовался, так что Евгений Степанович до конца дней считал финальный эпизод фильма с подрывом кабеля вымыслом.

«Мы не взрывали кабель и не погибли», — говорил он. Правильно! Взорвала кабель группа Ботяна, а сам он, подобно герою фильма, Коле, остался из группы в живых. За подвиг он не был представлен к награде, потому что СМЕРШ фильтровал и его. Было за что: родился в западной Белоруссии, воевал в Войске Польском, брак, без письменного разрешения руководства, с иностранкой, во время работы нелегалом в одной европейской стране. После смерти Сталина его вышвырнули из аппарата разведки хрущевцы, и он работал на очень выгодной, но очень обидной работе метрдотеля-сексота в московском ресторане для интуристов. При трудоустройстве очень помогло знание языков. При Брежневе снова в аппарате КГБ, до сих пор засекречен. Все реальные герои до выхода фильма не считали себя героями. Даже не знали друг о друге. Поэтому каждый думал, что фильм про него. Алексей Ботян — единственный «майор Вихрь», кто все еще с нами, живая легенда о спасении Кракова. Маршал Василий Соколовский писал о фильме: «Все, что рассказано здесь, отвечает действительности и подтверждается документами, которые находятся в архиве Генерального штаба под грифом «Хранить вечно, уничтожению не подлежит».