Саммит в Минске 26 августа был анонсирован и проходил как встреча глав государств — участников Таможенного Союза России, Беларуси и Казахстана, однако внимание общественности было приковано главным образом к встрече Владимира Путина с Петром Порошенко. Ситуация на востоке Украины и предстоящая ратификация Соглашения Украины с ЕС стали самыми обсуждаемыми вопросами этого дня.

Все участники саммита высказались за скорейшее прекращение кровопролития в Донбассе. Включая Петра Порошенко. Однако до сих пор ничего конкретного и значимого для реального окончания войны правительством Украины сделано не было.

Станет ли саммит в Минске переломным моментом ситуации в Донбассе? Хотелось бы, конечно, получить положительный ответ. Но пока риторика украинского лидера к этому не располагает.

Как заявил Порошенко, Украина настаивает на двустороннем прекращении огня и необходимости закрытия границы для ввоза оружия и военной техники из России. Украинская сторона снова пытается переложить ответственность за продолжение кровопролития на россиян. Впрочем, украинским властям привычно перекладывать с больной головы на здоровую. При этом возможности урегулирования конфликта, если и существуют, то внутри страны. Научиться слышать друг друга — вот что необходимо.

Плохая мина при плохой игре: о чем думал Порошенко на саммите в Минске

 

Ответ Владимира Путина был таким: Россия будет делать все возможное для мирного процесса на Украине, однако "мы не можем говорить о каких-то условиях прекращения огня, о возможных договоренностях между Киевом, Донецком, Луганском. Это не наше дело".

До сих пор диалог украинской власти с республиками Донбасса ведется методом залпового огня. Никаких обсуждений возможной федерализации или иных форм существования республик, никаких шагов навстречу: официальный Киев по-прежнему ратует "за единую Украину", даже если восточные области во имя этого чудовищного мифа будут испепелены дотла.

Между тем прекращение войны и налаживание отношений с Россией — единственный шанс на спасение Украины, распадающейся и гибнущей на глазах. Но это шанс скорее гипотетический, чем реальный. Возможный сценарий мирного урегулирования ситуации мог бы быть таким: немедленное прекращение войны, покаяние украинской власти перед жителями Донбасса, налаживание политических и экономических отношений с Россией, ликвидация радикальных и экстремистских националистических партий и группировок, честные выборы в Верховную Раду, антиолигархические экономические реформы, признание выбора Крыма, прекращение пропаганды, федерализация страны.

Осуществимо ли все это в нынешней Украине, при нынешней власти? Вряд ли. Россия, невзирая на потоки грязи, льющейся на нее украинскими СМИ, по-прежнему готова оказать финансовую помощь некогда братской стране. Но украинская олигархическая верхушка с западными партнерами имеют совершенно иные планы.

Плохая мина при плохой игре: о чем думал Порошенко на саммите в Минске

Что же остается? Если война не будет остановлена в ближайшие время — будут новые тысячи жертв, окончательное разрушение огромного промышленного региона, дальнейшее обнищание страны, новый виток экономического кризиса, и в итоге, скорее всего, распад и уничтожение Украины как государства.

Понимают ли это украинские политики? Думаю, да.

Цена евроинтеграции

Ратификация Верховной Радой соглашения об ассоциации с ЕС ожидается в сентябре. Владимир Путин на саммите в Минске еще раз напомнил: этот шаг обернется колоссальными убытками и для России, и для Украины.

Торгово-экономические отношения двух стран будут подорваны: технические регламенты ЕС ставят заслон на продолжении товарообмена. "По самым скромным оценкам, совокупный ущерб только экономике России может составить 100 миллиардов рублей. Под ударом окажутся целые сектора нашей промышленности и АПК", — заявил Владимир Путин. В этом случае, подчеркнул российский лидер, Россия будет вынуждена защищать свою экономику. Это — логичная и продуманная линия отстаивания национальных интересов страны и ее населения.

Плохая мина при плохой игре: о чем думал Порошенко на саммите в Минске

Порошенко же, вопреки экономическим прогнозам и здравому смыслу, продолжает утверждать, что соглашение с ЕС не несет никаких угроз Таможенному Союзу. Он пообещал создать целую мониторинговую группу, чтобы следить за соблюдением всех торговых формальностей. Создание мониторинговых групп из зарубежных экспертов и всяческих координационных центров — вообще любимая забава украинских властей.

Россия же по-прежнему готова к продолжению диалога по энергетике, в том числе, и по газу. На 6 сентября запланированы переговоры по энергетическим вопросам с участием министров топлива и энергетики Украины, России и ЕС.

Разумеется, исход переговоров будет зависеть от позиции украинской стороны. Пока Порошенко демонстрирует лишь готовность получать помощь, не предпринимая никаких встречных шагов. Так, на предложение лидера Казахстана Нурсултана Назарбаева помочь в восстановлении Донбасса украинский олигарх откликнулся с готовностью. И призвал участников саммита продолжить эту тему на конференции доноров восстановления Донбасса, запланированной на осень.

Плохая мина при плохой игре: о чем думал Порошенко на саммите в Минске

То, что разрушила украинская власть руками украинской армии, предлагается восстанавливать членам Таможенного Союза, от которого Украина так старательно открещивается. В том числе — и России.

К слову, на двусторонних переговорах в Минске между Владимиром Путиным и Петром Порошенко была достигнута договоренность о том, что Россия может оказывать гуманитарную помощь Донбассу. Гуманитарную катастрофу в Донецкой и Луганской областях наконец-то официально признали и Петр Порошенко, и представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон. До сих пор этот вопиющий факт отрицали и Запад, и украинские власти. Порошенко не привыкать делать хорошую мину при плохой игре. Правда, не всегда получается.

Истинное отношение, как известно, кроется в мелочах. Еще один факт, незамеченный в общем потоке информации: по окончании саммита Порошенко на брифинге с журналистами произнес фразу: "люди устали жить в оккупации", имея в виду жителей восточных областей. Вопрос, кого украинский президент называет оккупантами, очевидно, в комментариях не нуждается…