https://ukraina.ru/20260531/lovushka-fukidida-v-deystvii-1079634615.html
Ловушка Фукидида в действии
Ловушка Фукидида в действии - 31.05.2026 Украина.ру
Ловушка Фукидида в действии
На протяжении всей последней недели СМИ пестрели заголовками о грядущем соглашении США и Ирана на основе меморандума о 60-дневном перемирии. Однако несмотря на согласование предварительных условий мира, стороны по-разному интерпретируют содержание меморандума, а в самом Персидском заливе продолжаются вялотекущие боевые действия
2026-05-31T17:51
2026-05-31T17:51
2026-05-31T17:52
эксклюзив
китай
сша
иран
дональд трамп
си цзиньпин
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/0d/1078914858_0:122:3208:1927_1920x0_80_0_0_56c845762a8d867d4ad762bb72450f8c.jpg
Операция против Ирана началась как элемент комплексного давления на Китай и попытка в кратчайшие сроки выбить ключевого союзника Пекина на Ближнем Востоке, усилив параллельно своё влияние на нефтяные монархии Персидского залива. Успешное завершение войны существенно осложнило бы геополитическое положение Китая, ограничив его способность конкурировать за влияние в регионе, который представляет для Пекина стратегическую значимость как по причине поставок энергоносителей, так и в силу контроля за морскими торговыми маршрутами.Перед началом операции Иран находился в шатком положении в силу обрушения курса национальной валюты и последовавших за этим январских протестов. Для Тегерана сформировались негативные тенденции, когда при сохранении статус-кво страна оставалась обреченной на экономические и социальные проблемы в силу санкционного давления. Продолжение этих тенденций с каждым годом увеличивало бы риски смены режима революционным путем, возможностей же инициативно повлиять на положение дел у Тегерана практически не было. Страна вынуждена была находиться в состоянии обороны.Соединенным Штатам удалось выстроить такую систему экономического и военно-политического давления на Иран, когда они при минимальных издержках с течением времени добились бы изменения обстановки в свою пользу. В Вашингтоне не учли одну вещь: запас прочности Исламской Республики может оказаться слишком высоким, чтобы США своевременно смогли получить существенные бонусы от её падения по естественным причинам. Вашингтон оказался в той самой ловушке Фукидида, о которой Трампа на переговорах в Китае недавно предупреждал Си Цзиньпин. США сами столкнулись с необходимостью срочно менять статус-кво в попытке моментально реализовать все свои возможности по давлению на Китай ради сохранения гегемонии.Начавшаяся операция против Ирана стала прямым следствием этой необходимости. Война ценой большого риска создаёт область непредсказуемости, позволяющую переломить проигранное противостояние в свою пользу. У США была единственная такая надежда – быстрый слом Ирана после нескольких серий ракетных ударов, но эта надежда не оправдалась. Вести затяжную войну Америка не в состоянии. Только боевые действия обходятся Штатам в 1 млрд долларов ежедневно, а помимо них Америка несёт ещё и сопутствующие издержки в виде повышения цен на топливо, разгона инфляции, вкупе с имиджевыми потерями. Арсеналы также не бесконечны: за полтора месяца активных обменов ракетными ударами США израсходовали до половины запасов ракет PrSM, THAAD и Patriot, практически все JASSM и лишились большого числа комплексов ПВО в зоне боевых действий и нескольких больших наземных радаров.Инициатива Соединенных Штатов подходит к концу. Сейчас Вашингтон пытается согласовать такой формат мирного урегулирования, который позволил бы Америке выйти из конфликта, сохранив лицо. Вопрос смены режима в Иране уже не поднимается, обсуждаются лишь ядерная программа и вопросы снятия части санкций с Тегерана. Статус Ормузского пролива также туманен, однако Иран приложит все усилия, чтобы начать получать прибыль от транзита. США же рискуют лишиться части военных баз на Ближнем Востоке. Дальнейшая эскалация со стороны США возможна, но не имеет для Вашингтона большого смысла: изменить итог боевых действий вряд ли удастся, а вот столкнуться в этом случае с недовольством избирателей вполне вероятно.Постепенно очередь хода переходит к Китаю. Пекин, спустя полтора столетия унижений восстановивший экономическую мощь и политический вес, готов окончательно реставрировать своё могущество, объединив страну под властью одного центра. Впрочем, предварительно придётся решить проблему непокорности Тайваня, который, хотя и не сильно стремится к полной независимости, входить в состав Поднебесной точно не планирует.Тайвань представляет для Китая экономическую ценность в качестве главной мировой фабрики по производству полупроводников, к числу которых относятся и чипы, обеспечивающие вычислительные ресурсы для высокотехнологичной цифровой экономики. На Тайване производится более 70% передовой полупроводниковой продукции, контроль за изготовлением которой приобретает стратегическую значимость в условиях торговой войны со Штатами. Кроме этого, геополитическую значимость острова трудно переоценить: Тайвань является ключевым звеном первой цепи островов, которая используется США для сдерживания Пекина. Контроль над ним обеспечит Китаю как безопасность судоходства (от которого зависит экономика Поднебесной), так и постепенную переориентацию ключевых стран Дальнего Востока с Вашингтона на Пекин.При этом, как нас неоднократно убеждала история, век сверхдержав не вечен, а кризисные тенденции в Китае уже видны. В Поднебесной бушует демографический кризис, Пекину не удается обеспечить достаточный внутренний спрос на свою продукцию, что обрекает Китай на зависимость от экспорта на внешние рынки, темпы экономического роста постепенно снижаются, а проблема чрезмерного госдолга уже (хотя и не так остро, как в Штатах) маячит на горизонте. Тем не менее, в текущих условиях Китай находится на ближних подступах к достижению пика своего геополитического могущества. Это предоставляет Пекину исторический шанс на воссоединение с Тайбэем, но, одновременно, угрожает Китаю попаданием в собственную ловушку Фукидида во второй половине века, особенно если добиться лояльности острова так и не удастся.Пекин оказывается перед тем же выбором, что США в Иране в начале этого года: сохранение статус-кво, который принесет плоды через длительное время, или его обрушение в попытке найти моментальную выгоду. Есть и важный нюанс. Этого самого времени у Китая значительно больше, чем у Вашингтона, поэтому Поднебесная может не спешить с инициативными действиями в направлении Тайваня.Экономика острова сохраняет высокую зависимость от материка. На Китай приходится до 40% тайваньского экспорта, причем эта цифра с течением времени растет. Тайвань также зависим от некоторых стратегических ресурсов, которые импортирует из Китая. Например, от кварцевого песка. Это создает экономическое основание для интеграции, которое является одним из сильнейших. Однако для его реализации экономические связи между островом и материком должны продолжать укрепление. В этих целях Китай поддерживает контакт с островной элитой, придерживающейся прагматичного курса. Так, например, лидер тайваньской партии Гоминьдан, которая известна своей ориентацией на экономическое и культурное взаимодействие с Пекином, Чжэн Ливень недавно совершила визит в Пекин.С другой стороны, культура острова и политические взгляды его жителей с каждым годом всё значительнее отличаются от тех, что доминируют на материке. Поддержка курса на объединение с Китаем не превышает 7–8%, в то же время курс на обретение полной независимости также не является доминирующим, его приверженцами являются 25% населения. Остальные граждане считают, что сохранение статус-кво является наилучшим вариантом для острова. Однако геополитические реалии таковы, что Тайваню придется делать выбор между своими экономическими интересами (Китаем) и политическими амбициями (США). Исход борьбы за остров определит победителя в глобальном противостоянии, а пространство для маневра постоянно уменьшается.Китай исходит из предположения, что экономические интересы являются основной действующей силой, а приверженность текущему положению дел позволит достичь более уверенной геополитической победы, присоединив Тайвань в духе принципа "одна страна – две системы" без необходимости вести тяжелую и разрушительную для экономики обеих сторон войну. Идея Китая состоит в том, что при дальнейшей эскалации противостояния сторонники сохранения статус-кво на острове сделают выбор в пользу Поднебесной, предлагающей более компромиссный вариант в сравнении с Соединенными Штатами.Неудачная авантюра США в Иране должна укрепить приверженность Пекина избранному курсу. Как и у Вашингтона в Иране, гарантий быстрой победы у Китая нет. К тому же США первыми потерпели поражение, истратив в иранской авантюре драгоценные ресурсы впустую. Военное вмешательство на острове спровоцирует взрывной рост непредсказуемости и толкнет неопределившееся большинство его жителей в сторону независимости, уничтожив заодно общие экономические интересы. Последние и должны стать базисом для медленного и поэтапного возвращения острова в родную гавань. Но спешить пока некуда, времени у Поднебесной гораздо больше, чем у Соединенных Штатов. Так, сидя на берегу реки, можно дождаться проплывающего трупа своего врага.О происходящем на Западной Украине - в материале Западная Украина за минувшую неделю: мобилизация "мертвых душ" и коррупционный скандал.
https://ukraina.ru/20260526/energeticheskie-voyny-v-ssha-naraschivayut-dobychu-nefti-rossiya-uvelichivaet-postavki-gaza-v-kitay-1079421124.html
китай
сша
иран
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
эксклюзив, китай, сша, иран, дональд трамп, си цзиньпин
Ловушка Фукидида в действии
17:51 31.05.2026 (обновлено: 17:52 31.05.2026) На протяжении всей последней недели СМИ пестрели заголовками о грядущем соглашении США и Ирана на основе меморандума о 60-дневном перемирии. Однако несмотря на согласование предварительных условий мира, стороны по-разному интерпретируют содержание меморандума, а в самом Персидском заливе продолжаются вялотекущие боевые действия
Операция против Ирана началась как элемент комплексного давления на Китай и попытка в кратчайшие сроки выбить ключевого союзника Пекина на Ближнем Востоке, усилив параллельно своё влияние на нефтяные монархии Персидского залива.
Успешное завершение войны существенно осложнило бы геополитическое положение Китая, ограничив его способность конкурировать за влияние в регионе, который представляет для Пекина стратегическую значимость как по причине поставок энергоносителей, так и в силу контроля за морскими торговыми маршрутами.
Перед началом операции Иран находился в шатком положении в силу обрушения курса национальной валюты и последовавших за этим январских протестов. Для Тегерана сформировались негативные тенденции, когда при сохранении статус-кво страна оставалась обреченной на экономические и социальные проблемы в силу санкционного давления.
Продолжение этих тенденций с каждым годом увеличивало бы риски смены режима революционным путем, возможностей же инициативно повлиять на положение дел у Тегерана практически не было. Страна вынуждена была находиться в состоянии обороны.
Соединенным Штатам удалось выстроить такую систему экономического и военно-политического давления на Иран, когда они при минимальных издержках с течением времени добились бы изменения обстановки в свою пользу. В Вашингтоне не учли одну вещь: запас прочности Исламской Республики может оказаться слишком высоким, чтобы США своевременно смогли получить существенные бонусы от её падения по естественным причинам.
Вашингтон оказался в той самой ловушке Фукидида, о которой Трампа на переговорах в Китае недавно предупреждал Си Цзиньпин. США сами столкнулись с необходимостью срочно менять статус-кво в попытке моментально реализовать все свои возможности по давлению на Китай ради сохранения гегемонии.
Начавшаяся операция против Ирана стала прямым следствием этой необходимости. Война ценой большого риска создаёт область непредсказуемости, позволяющую переломить проигранное противостояние в свою пользу.
У США была единственная такая надежда – быстрый слом Ирана после нескольких серий ракетных ударов, но эта надежда не оправдалась. Вести затяжную войну Америка не в состоянии. Только боевые действия обходятся Штатам в 1 млрд долларов ежедневно, а помимо них Америка несёт ещё и сопутствующие издержки в виде повышения цен на топливо, разгона инфляции, вкупе с имиджевыми потерями.
Арсеналы также не бесконечны: за полтора месяца активных обменов ракетными ударами США израсходовали до половины запасов ракет PrSM, THAAD и Patriot, практически все JASSM и лишились большого числа комплексов ПВО в зоне боевых действий и нескольких больших наземных радаров.
Инициатива Соединенных Штатов подходит к концу. Сейчас Вашингтон пытается согласовать такой формат мирного урегулирования, который позволил бы Америке выйти из конфликта, сохранив лицо.
Вопрос смены режима в Иране уже не поднимается, обсуждаются лишь ядерная программа и вопросы снятия части санкций с Тегерана. Статус Ормузского пролива также туманен, однако Иран приложит все усилия, чтобы начать получать прибыль от транзита. США же рискуют лишиться части военных баз на Ближнем Востоке.
Дальнейшая эскалация со стороны США возможна, но не имеет для Вашингтона большого смысла: изменить итог боевых действий вряд ли удастся, а вот столкнуться в этом случае с недовольством избирателей вполне вероятно.
Постепенно очередь хода переходит к Китаю. Пекин, спустя полтора столетия унижений восстановивший экономическую мощь и политический вес, готов окончательно реставрировать своё могущество, объединив страну под властью одного центра.
Впрочем, предварительно придётся решить проблему непокорности Тайваня, который, хотя и не сильно стремится к полной независимости, входить в состав Поднебесной точно не планирует.
Тайвань представляет для Китая экономическую ценность в качестве главной мировой фабрики по производству полупроводников, к числу которых относятся и чипы, обеспечивающие вычислительные ресурсы для высокотехнологичной цифровой экономики.
На Тайване производится более 70% передовой полупроводниковой продукции, контроль за изготовлением которой приобретает стратегическую значимость в условиях торговой войны со Штатами.
Кроме этого, геополитическую значимость острова трудно переоценить: Тайвань является ключевым звеном первой цепи островов, которая используется США для сдерживания Пекина. Контроль над ним обеспечит Китаю как безопасность судоходства (от которого зависит экономика Поднебесной), так и постепенную переориентацию ключевых стран Дальнего Востока с Вашингтона на Пекин.
При этом, как нас неоднократно убеждала история, век сверхдержав не вечен, а кризисные тенденции в Китае уже видны. В Поднебесной бушует демографический кризис, Пекину не удается обеспечить достаточный внутренний спрос на свою продукцию, что обрекает Китай на зависимость от экспорта на внешние рынки, темпы экономического роста постепенно снижаются, а проблема чрезмерного госдолга уже (хотя и не так остро, как в Штатах) маячит на горизонте.
Тем не менее, в текущих условиях Китай находится на ближних подступах к достижению пика своего геополитического могущества. Это предоставляет Пекину исторический шанс на воссоединение с Тайбэем, но, одновременно, угрожает Китаю попаданием в собственную ловушку Фукидида во второй половине века, особенно если добиться лояльности острова так и не удастся.
Пекин оказывается перед тем же выбором, что США в Иране в начале этого года: сохранение статус-кво, который принесет плоды через длительное время, или его обрушение в попытке найти моментальную выгоду. Есть и важный нюанс. Этого самого времени у Китая значительно больше, чем у Вашингтона, поэтому Поднебесная может не спешить с инициативными действиями в направлении Тайваня.
Экономика острова сохраняет высокую зависимость от материка. На Китай приходится до 40% тайваньского экспорта, причем эта цифра с течением времени растет. Тайвань также зависим от некоторых стратегических ресурсов, которые импортирует из Китая. Например, от кварцевого песка.
Это создает экономическое основание для интеграции, которое является одним из сильнейших. Однако для его реализации экономические связи между островом и материком должны продолжать укрепление. В этих целях Китай поддерживает контакт с островной элитой, придерживающейся прагматичного курса. Так, например, лидер тайваньской партии Гоминьдан, которая известна своей ориентацией на экономическое и культурное взаимодействие с Пекином, Чжэн Ливень недавно совершила визит в Пекин.
С другой стороны, культура острова и политические взгляды его жителей с каждым годом всё значительнее отличаются от тех, что доминируют на материке. Поддержка курса на объединение с Китаем не превышает 7–8%, в то же время курс на обретение полной независимости также не является доминирующим, его приверженцами являются 25% населения.
Остальные граждане считают, что сохранение статус-кво является наилучшим вариантом для острова. Однако геополитические реалии таковы, что Тайваню придется делать выбор между своими экономическими интересами (Китаем) и политическими амбициями (США). Исход борьбы за остров определит победителя в глобальном противостоянии, а пространство для маневра постоянно уменьшается.
Китай исходит из предположения, что экономические интересы являются основной действующей силой, а приверженность текущему положению дел позволит достичь более уверенной геополитической победы, присоединив Тайвань в духе принципа "одна страна – две системы" без необходимости вести тяжелую и разрушительную для экономики обеих сторон войну.
Идея Китая состоит в том, что при дальнейшей эскалации противостояния сторонники сохранения статус-кво на острове сделают выбор в пользу Поднебесной, предлагающей более компромиссный вариант в сравнении с Соединенными Штатами.
Неудачная авантюра США в Иране должна укрепить приверженность Пекина избранному курсу. Как и у Вашингтона в Иране, гарантий быстрой победы у Китая нет. К тому же США первыми потерпели поражение, истратив в иранской авантюре драгоценные ресурсы впустую.
Военное вмешательство на острове спровоцирует взрывной рост непредсказуемости и толкнет неопределившееся большинство его жителей в сторону независимости, уничтожив заодно общие экономические интересы. Последние и должны стать базисом для медленного и поэтапного возвращения острова в родную гавань. Но спешить пока некуда, времени у Поднебесной гораздо больше, чем у Соединенных Штатов. Так, сидя на берегу реки, можно дождаться проплывающего трупа своего врага.
