https://ukraina.ru/20260403/1077495988.html
Артем Геллер: В России уже настолько запретили Telegram, что с ним нельзя сделать еще нечто более жесткое
Артем Геллер: В России уже настолько запретили Telegram, что с ним нельзя сделать еще нечто более жесткое - 03.04.2026 Украина.ру
Артем Геллер: В России уже настолько запретили Telegram, что с ним нельзя сделать еще нечто более жесткое
Мы сейчас находимся в том моменте, когда Telegram фактически запрещен. У нас и так предпринимают все технические, административные и финансовые методы, чтобы пользоваться им было максимально неудобно. Тут сделать еще что-то более жесткое уже не получится. Интернет – это такая среда, где всегда можно найти способ какую-то информацию посмотреть
2026-04-03T14:03
2026-04-03T14:03
2026-04-03T14:43
интервью
россия
иран
telegram
сбербанк
роскомнадзор
общество
запрет
украина
сво
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e7/02/14/1043708475_73:7:872:456_1920x0_80_0_0_b337f35d77e4d5803d52dae492c5500b.jpg
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал главный разработчик сайта Kremlin.ru, председатель комиссии в Институте развития интернета Артем Геллер.Ранее из различных регионов России стали поступать сообщения о массовом сбое в работе "Сбербанка". Пользователи пишут, что оплата за товары не проходит ни по карточке через терминал, ни через СБП, ни через онлайн-приложение. Специалисты предполагают, что это может быть связано с двумя факторами. Либо это последствие блокировочных мер против VPN-технологий, на которые тоже завязана система "Сбербанка". Либо это последствия ударов Ирана по дата-центрам в странах Персидского залива, от которых работа "Сбербанка" тоже зависела.- Артем Владимирович, как думаете, что из этого ближе к правде?- И то и другое может быть правдой. Наверняка есть еще какая-нибудь третья версия, о которой пока не говорят, но которая близка к правде. К тому же это может быть совокупность факторов, когда на работу "Сбербанка" влияет все сразу.Я бы, кстати, не исключал хакерских атак на систему "Сбербанка". Как бы там ни было, все наши крупные корпорации сейчас под угрозой из-за сложной внешнеполитической обстановки.Конечно, "Сбербанк" мог в какой-то степени не переехать из стран Залива в рамках облачных технологий. И это может быть связано с внутренней российской политикой, связанной с блокировками Telegram, VPN и всего остального.В общем, надо дождаться официальных заявлений. Да и то вопрос в том, насколько мы им поверим. Правду знают только те, кто работает в системе безопасности "Сбербанка".- Насчет блокировок. Как так получилось, что из-за замедления Telegram у нас вдруг заработал WhatsApp*?- Это связано с тем, что сама система блокировок и замедления технически растет. А любая система, которая растет, сталкивается с проблемами, потому что достигает определенного потолка. В этом случае нужно перейти на другой уровень аппаратного обеспечения. Пока этого не происходит, вполне вероятны ситуации, когда что-то отваливается, а другое открывается. Может быть, именно поэтому Минцифры и Роскомнадзор просят закупать новое современное оборудование на очень большие деньги.- Говорят, что на замедление Telegram у нас тратится больше 80 миллиардов рублей.- Я, конечно, не считал. Но наверняка это стоит больших денег.- А в целом что по этому поводу думаете? Сколько здесь объективных процессов, когда каждая страна старается изолировать свое информационное пространство просто потому, что так надо? Сколько здесь элементов бизнес-разборок, связанных с лоббированием интересов крупных телекоммуникационных компаний?- Опять же, одно не исключает другое.С одной стороны, мы видим, как Минцифры и Роскомнадзор пытаются выполнить соответствующие поручения правительства, которые мы так и не видели. Для этого они разговаривают с операторами интернета и связи. С другой стороны, в этих изменениях не исключены выгодоприобретатели, которые под это пытаются подстроиться.Повторюсь, тут все вместе. Оно здорово склеилось. И, может быть, именно поэтому такими стахановскими методами продвигается.- А MAX почему так пиарят, если у нас создали десять российских мессенджеров, два из которых сертифицированы?- Это, безусловно, лобби. Это общее решение Минцифры и VK. Вы правильно сказали, что альтернатив у нас было много. Можно было и тендеры проводить, и другие продукты развивать, и делать это с другой компанией – с тем же "Яндексом". Это как раз пример, как у нас работает цифровое лобби.- Чем, на ваш взгляд, эта история закончится? Будет ли официальный запрет Telegram, как это было в случае с Facebook**? Или он так и будет в непонятном статусе?- У нас нет официального запрета на Facebook** и WhatsApp*. Да, они признаны экстремистским организациями, но это не запрещает нам с помощью VPN ими пользоваться. Мы не нарушаем закон, когда туда заходим. Ровно то же самое сейчас происходит с Telegram. С той лишь разницей, что Роскомнадзор и Минсвязи его активнее блокируют. То есть мы сейчас находимся в том моменте, когда Telegram фактически запрещен. У нас и так предпринимают все технические, административные и финансовые методы, чтобы пользоваться им было максимально неудобно. Тут сделать еще что-то более жесткое уже не получится. Интернет – это такая среда, где всегда можно найти способ какую-то информацию посмотреть.- Может быть, это не совсем к вам вопрос. Но как вы все-таки думаете, почему с начала СВО мы пользовались не сертифицированными российскими мессенджерами, а условно вражеским Telegram и однозначно вражеским WhatsApp*?- На самом деле это правильный вопрос. Ответ на него знают только в Минцифры и в Минобороны. Конечно, у верховного командования и так есть безопасные каналы коммуникации, а вот бойцы на передовой должны были быть обеспечены достаточным количеством способов связи, в том числе цифровой. То, что этого не было, – неготовность и ошибка. И сейчас до сих пор непонятно, как из этой ситуации выходить. Надеюсь, у нас создаются какие-то продукты, которыми можно будет пользоваться.- Сохраняется ли опасность, что мы превратимся в страну, которую описывает украинская пропаганда, где в интернет можно зайти только по талонам и нельзя написать какие-то "неправильные" сообщения?- Надеюсь, до этого не дойдет. Но нужно понимать, что все это запретительство идет уже год, а сейчас особенно активизировалось. Тут должен быть кто-то, кто остановит людей, которые бегут вперед с завязанными глазами.- А есть ли надежда, что после осенних внутрироссийских выборов эта история закончится и мы будем спокойно пытаться стать страной, у которой есть все сразу: и свое защищенное информационное пространство, и способы доносить свою позицию до внешней аудитории?- Надеюсь, это произойдет перед выборами. После выборов что-то менять уже не будет смысла.* Принадлежит корпорации Meta, признана в России экстремистской организацией** Принадлежит корпорации Meta, которая признана экстремистской и запрещена в России.Также по теме - в интервью Михаила Поликарпова: России надо оставить в покое Telegram и срочно проводить мобилизацию для разгрома ВСУ
https://ukraina.ru/20260318/artem-geller-o-tom-dlya-chego-v-rossii-zamedlyayut-internet-i-zachem-kitayu-na-samom-dele-nuzhen-fayrvol-1076941033.html
россия
иран
украина
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
интервью, россия, иран, telegram, сбербанк, роскомнадзор, общество, запрет, украина, сво, связь, интернет
Артем Геллер: В России уже настолько запретили Telegram, что с ним нельзя сделать еще нечто более жесткое
14:03 03.04.2026 (обновлено: 14:43 03.04.2026) Мы сейчас находимся в том моменте, когда Telegram фактически запрещен. У нас и так предпринимают все технические, административные и финансовые методы, чтобы пользоваться им было максимально неудобно. Тут сделать еще что-то более жесткое уже не получится. Интернет – это такая среда, где всегда можно найти способ какую-то информацию посмотреть
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал главный разработчик сайта Kremlin.ru, председатель комиссии в Институте развития интернета Артем Геллер.
Ранее из различных регионов России стали поступать сообщения о массовом сбое в работе "Сбербанка". Пользователи пишут, что оплата за товары не проходит ни по карточке через терминал, ни через СБП, ни через онлайн-приложение. Специалисты предполагают, что это может быть связано с двумя факторами. Либо это последствие блокировочных мер против VPN-технологий, на которые тоже завязана система "Сбербанка". Либо это последствия ударов Ирана по дата-центрам в странах Персидского залива, от которых работа "Сбербанка" тоже зависела.
- Артем Владимирович, как думаете, что из этого ближе к правде?
- И то и другое может быть правдой. Наверняка есть еще какая-нибудь третья версия, о которой пока не говорят, но которая близка к правде. К тому же это может быть совокупность факторов, когда на работу "Сбербанка" влияет все сразу.
Я бы, кстати, не исключал хакерских атак на систему "Сбербанка". Как бы там ни было, все наши крупные корпорации сейчас под угрозой из-за сложной внешнеполитической обстановки.
Конечно, "Сбербанк" мог в какой-то степени не переехать из стран Залива в рамках облачных технологий. И это может быть связано с внутренней российской политикой, связанной с блокировками Telegram, VPN и всего остального.
В общем, надо дождаться официальных заявлений. Да и то вопрос в том, насколько мы им поверим. Правду знают только те, кто работает в системе безопасности "Сбербанка".
- Насчет блокировок. Как так получилось, что из-за замедления Telegram у нас вдруг заработал WhatsApp*?
- Это связано с тем, что сама система блокировок и замедления технически растет. А любая система, которая растет, сталкивается с проблемами, потому что достигает определенного потолка. В этом случае нужно перейти на другой уровень аппаратного обеспечения. Пока этого не происходит, вполне вероятны ситуации, когда что-то отваливается, а другое открывается. Может быть, именно поэтому Минцифры и Роскомнадзор просят закупать новое современное оборудование на очень большие деньги.
- Говорят, что на замедление Telegram у нас тратится больше 80 миллиардов рублей.
- Я, конечно, не считал. Но наверняка это стоит больших денег.
- А в целом что по этому поводу думаете? Сколько здесь объективных процессов, когда каждая страна старается изолировать свое информационное пространство просто потому, что так надо? Сколько здесь элементов бизнес-разборок, связанных с лоббированием интересов крупных телекоммуникационных компаний?
- Опять же, одно не исключает другое.
С одной стороны, мы видим, как Минцифры и Роскомнадзор пытаются выполнить соответствующие поручения правительства, которые мы так и не видели. Для этого они разговаривают с операторами интернета и связи. С другой стороны, в этих изменениях не исключены выгодоприобретатели, которые под это пытаются подстроиться.
Повторюсь, тут все вместе. Оно здорово склеилось. И, может быть, именно поэтому такими стахановскими методами продвигается.
- А MAX почему так пиарят, если у нас создали десять российских мессенджеров, два из которых сертифицированы?
- Это, безусловно, лобби. Это общее решение Минцифры и VK. Вы правильно сказали, что альтернатив у нас было много. Можно было и тендеры проводить, и другие продукты развивать, и делать это с другой компанией – с тем же "Яндексом". Это как раз пример, как у нас работает цифровое лобби.
- Чем, на ваш взгляд, эта история закончится? Будет ли официальный запрет Telegram, как это было в случае с Facebook**? Или он так и будет в непонятном статусе?
- У нас нет официального запрета на Facebook** и WhatsApp*. Да, они признаны экстремистским организациями, но это не запрещает нам с помощью VPN ими пользоваться. Мы не нарушаем закон, когда туда заходим. Ровно то же самое сейчас происходит с Telegram. С той лишь разницей, что Роскомнадзор и Минсвязи его активнее блокируют. То есть мы сейчас находимся в том моменте, когда Telegram фактически запрещен. У нас и так предпринимают все технические, административные и финансовые методы, чтобы пользоваться им было максимально неудобно. Тут сделать еще что-то более жесткое уже не получится. Интернет – это такая среда, где всегда можно найти способ какую-то информацию посмотреть.
- Может быть, это не совсем к вам вопрос. Но как вы все-таки думаете, почему с начала СВО мы пользовались не сертифицированными российскими мессенджерами, а условно вражеским Telegram и однозначно вражеским WhatsApp*?
- На самом деле это правильный вопрос. Ответ на него знают только в Минцифры и в Минобороны. Конечно, у верховного командования и так есть безопасные каналы коммуникации, а вот бойцы на передовой должны были быть обеспечены достаточным количеством способов связи, в том числе цифровой. То, что этого не было, – неготовность и ошибка. И сейчас до сих пор непонятно, как из этой ситуации выходить. Надеюсь, у нас создаются какие-то продукты, которыми можно будет пользоваться.
- Сохраняется ли опасность, что мы превратимся в страну, которую описывает украинская пропаганда, где в интернет можно зайти только по талонам и нельзя написать какие-то "неправильные" сообщения?
- Надеюсь, до этого не дойдет. Но нужно понимать, что все это запретительство идет уже год, а сейчас особенно активизировалось. Тут должен быть кто-то, кто остановит людей, которые бегут вперед с завязанными глазами.
- А есть ли надежда, что после осенних внутрироссийских выборов эта история закончится и мы будем спокойно пытаться стать страной, у которой есть все сразу: и свое защищенное информационное пространство, и способы доносить свою позицию до внешней аудитории?
- Надеюсь, это произойдет перед выборами. После выборов что-то менять уже не будет смысла.
* Принадлежит корпорации Meta, признана в России экстремистской организацией
** Принадлежит корпорации Meta, которая признана экстремистской и запрещена в России.
