https://ukraina.ru/20250803/odna-noga-zdes-drugaya-tam-veteran-svo-dmitriy-kristya-o-tom-kak-sokhranit-optimizm-na-voyne-1066354497.html
“Одна нога здесь, другая там”. Ветеран СВО Дмитрий Кристя о том, как сохранить оптимизм на войне
“Одна нога здесь, другая там”. Ветеран СВО Дмитрий Кристя о том, как сохранить оптимизм на войне - 03.08.2025 Украина.ру
“Одна нога здесь, другая там”. Ветеран СВО Дмитрий Кристя о том, как сохранить оптимизм на войне
Ветеран СВО, подопечный фонда “Защитники Отечества” Дмитрий Кристя рассказал в интервью изданию Украина.ру о ранении и потере ноги, жизни после фронта и планах на будущее.
2025-08-03T07:10
2025-08-03T07:10
2025-08-03T07:10
интервью
екатеринбург
казань
вооруженные силы украины
сво
ветераны
фронт
ранение
подрыв
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e9/08/03/1066354387_0:0:652:367_1920x0_80_0_0_ab35b343dd38f22f507aa524745e82bb.png
Дмитрий — из Екатеринбурга Свердловской области, был мобилизован на СВО 27 сентября 2022 года, служил в 3-й бригаде спецназа, а через год и один день подорвался на мине и потерял ногу. Сейчас он уверенно себя чувствует на протезе и планирует будущее, тем более — недавно женился. Дмитрий награжден Орденом мужества, медалью "За храбрость" 2 степени и медалью Суворова. В Казани на чемпионате "Абилимпикс" – 2025 выступил в компетенции "оператор БПЛА” и вышел в финал.В Казани 25-29 июля прошел первый чемпионат по профессиональному мастерству среди участников СВО "Абилимпикс", который объединил более 400 человек. По итогам были отобраны 75 финалистов, которые продемонстрируют свои навыки в финале национального чемпионата "Абилимпикс" в октябре этого года в Москве.— Дмитрий, кем вы были до того, как попали на фронт? И какая профессия у вас сейчас?— До фронта я испробовал себя в разных профессиях, в том числе работал электриком в управляющей компании. Там [на фронте] мне это пригодилось: во всех квартирах, в которых мы жили, я свет поменял и проводку перетянул. Недавно уволился из организации, в которой ездил и обслуживал терминалы, там работал около 4 месяцев.— Как прошел период адаптации после ранения и потери ноги? Что вам помогло пережить нелегкий период?— Не скажу, что мне было очень сложно. Когда лежал вместе с другими ранеными, у которых нет ноги или руки, многие относились к этому так: “эх, жизнь кончена". Я же не расстраивался, понял, что есть некоторые ограничения.Изначально, когда я туда [в госпиталь] приехал, познакомился с парнем, который приглянулся мне веселым нравом, мы быстро с ним общий язык нашли. Он находился на завершающей стадии лечения, а у меня швы разошлись, кровило, назначили вторую операцию. Он говорит: “Я лежу, велосипеды смотрю, у меня всё нормально”. Я поддакиваю: “И у меня всё нормально, бегать, прыгать могу".Главное — не отчаиваться. Главное — живой. Человек такое существо, что ко всему со временем адаптируется — тем более в наше время, когда медицина и наука сильно шагнула вперед, когда доступны различные протезы, и не только.— У вас есть вторая половинка, с которой вы недавно поженились…— Конечно, жена моя любимая.— Она ждала вас с фронта?— Не совсем так. Мы с ней были знакомы раньше, ещё до моего отъезда на СВО, встречались (мне было тогда лет 16), а потом разошлись. В период когда меня мобилизовали, она посмотрела соцсети друзей и увидела, что из всех контактов лишь я ушёл воевать на СВО. Какое-то время мониторила — живой или нет.Позже ей наскучило смотреть, и она мне написала, поинтересовалась, как мои дела. Я подумал “Ничего себе — написала!”, и ответил: "Всё хорошо, жив, здоров. Уезжаю на задачу, через неделю напишу".Буквально 15 минут с ней пообщались перед самой отправкой. А дальше получилось, что нас задержали. Она 2 недели ждала сообщения от меня, переволновалась. Я вернулся, написал, что “все нормально”.Во время выполнения второй задачи я подорвался и написал ей: “Я трехсотый” [трёхсотые в армии — это раненые]. А она не понимает… Говорю: "Да, всё нормально — одна нога здесь, другая там". Жена, кстати, до сих пор так шутит.— А как она восприняла последствия вашего ранения?— Я ни разу не слышал от нее недовольства или подобных эмоций. Жена не любит, когда другие люди ко мне плохо относятся, думают, что мне сложно, начинают жалеть меня.И поддерживает меня в моменты, когда заскоки бывают из серии "Ё-моё, как же я буду на правой ноге прыгать, если захочу". Но если что, сейчас я уже умею на правой ноге прыгать.— Очень интересно!— Да, уже научился!— Какой трофей вы привезли с фронта?— Я барахольщиком был, там у меня целая комната вещами заставлена. Всё мужикам оставил.Единственное, что забрал, свои ноутбук, планшет и рюкзак, за который у нас с командиром борьба шла. Там были “ирпешки” хорошие, у них спинка поддерживающая, и найти такой недырявый рюкзак сложно. Так вот у меня и у командира были хорошие, а у всех остальных дырявые.Ну, и два шеврона трофейных я привез с фронта. Первый я получил, когда мы десантников “отфигарили”, у них написано на груди “Никто кроме нас". Второй — после Росгвардии мы зашли на территорию, и я там еще один шеврончик поднял. А еще мини-флаг Украины снял у солдата ВСУ с шлема.— Какое любимое блюдо было на фронте?— Вообще, земля, как бы странно это ни звучало, была самой популярной добавкой к любой еде. Мы даже шутили: захочешь этот вкус заново почувствовать, из горшка земли положи себе в тарелку — почувствуй себя как в окопе.Это шутка, конечно. Никто землю там [в зоне боестолкновения] не ест. Я дошираки с собой брал, они весят мало, хватает их надолго — этим и питался. Также сухпайки брали с собой. Самые вкусные из них те, где есть шоколадка офицерская и картошка — "гуляш с мясом" называется.— Каких целей вам хотелось бы достичь или что планируете в первую очередь сделать?— Самое первое и главное — сделать ремонт дома. Я стены штроблю, новую электрику кладу — я начинающий ремонтник, познаю всё на опыте.Второе — попытаться выиграть "Абилимпикс". Я не слишком уверен в своих силах, но сделаю все возможное.Третье — дети (только жене не говорите, мы это не сильно афишируем). Хочу, чтобы была большая дружная семья, шло продолжение рода, чтобы истории мои не пропадали и хотя бы двум поколениям запомнились.Ещё хотелось бы каким-нибудь профессиональным видом спорта заняться. Сейчас по мне не видно, но я раньше спортивный по форме был.— Всё впереди... А вот предположим, что вы стали депутатом, какой законопроект вы бы первым делом предложили к рассмотрению?— О, хороший вопрос. Я сейчас как раз поступаю в РАНХиГС — Уральский институт управления (филиал).Отвечая на ваш вопрос, я бы привел в политику как можно больше людей, прошедших СВО, потому что это патриоты. У них гораздо больше возможностей сделать хорошее для свой страны, за которую они воевали. И они, в первую очередь, будут думать о людях, а не о деньгах.Например, когда я пришел сдавать документы на поступление в институт, документы у меня принимал человек без особого рвения в глазах. Да, это мое субъективное мнение, но я не заметил, что он хочет улучшить жизнь в своей стране. Мне кажется, у меня получилось бы лучше...Первое, что я бы сделал в Свердловской области — дороги, закатал бы двойной, тройной хороший асфальт. (Я подвеску на машине уже четыре раза менял, не напасешься запчастей.) Во-вторых, в центр города поменьше грузовиков бы пускал, и мотоциклистам запретил ездить после 00:00 ночи.— Сейчас, знаете, многие люди спорят, кто патриот, а кто нет. А что для вас значит — быть патриотом?— Есть слова "вера”, “любовь", которые невозможно описать, потому что для каждого человека они означают свое. Так и тут.В моём понимании патриот — это не тот, кто в данный момент воюет за нашу страну, отстаивает ее границы, а человек, который каждый день трудится на благо Родины — будь то дворник или продавщица в магазине. Все мы стараемся для того, чтобы наша страна развивалась экономически, демографически, улучшилась жизнь в ней.— Что бы вы пожелали ребятам, которые сейчас находятся в зоне боевых действий?— Не экономить на броне!На мне в момент подрыва на мине были хорошие берцы — я когда приехал [в госпиталь], у меня четыре пальца на ноге еще двигались, хотя пятки вообще не было. Она пробила голень, порвала две артерии. Я за 15 минут 2 литра крови потерял.Будь на мне берцы похуже или будь у нас турникеты плохие, возможно, меня бы не спасли — линия соприкосновения была 20 метров, необходимо было действовать быстро.Со мной в госпитале парень лежал, который был в китайских ботинках — нога сразу отлетела, а в другой у него 25-30 осколков засело, которые не достать. А у меня ни одного осколка нигде вообще. Всё берцы в себя впитали: инерцию, удары, осколки. Побольше кевлара, потяжелее, зато живой. Статс-секретарь – заместитель министра обороны Российской Федерации Анна Цивилёва рассказала о том, какие знания и умения могут получить военные на "Абилимпикс" и как государство помогает создать благоприятные условия для тех, кто вернулся из зоны СВО. Об этом в видеоролике Чему учат ветеранов СВО в России и в чём они соревнуются: Цивилёва о развитии от "Абилимпикса".
екатеринбург
казань
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2025
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
интервью, екатеринбург, казань, вооруженные силы украины, сво, ветераны, фронт, ранение, подрыв
Дмитрий — из Екатеринбурга Свердловской области, был мобилизован на СВО 27 сентября 2022 года, служил в 3-й бригаде спецназа, а через год и один день подорвался на мине и потерял ногу. Сейчас он уверенно себя чувствует на протезе и планирует будущее, тем более — недавно женился.
Дмитрий награжден Орденом мужества, медалью "За храбрость" 2 степени и медалью Суворова. В Казани на чемпионате "Абилимпикс" – 2025 выступил в компетенции "оператор БПЛА” и вышел в финал.
В Казани 25-29 июля прошел первый чемпионат по профессиональному мастерству среди участников СВО "Абилимпикс", который объединил более 400 человек. По итогам были отобраны 75 финалистов, которые продемонстрируют свои навыки в финале национального чемпионата "Абилимпикс" в октябре этого года в Москве.
— Дмитрий, кем вы были до того, как попали на фронт? И какая профессия у вас сейчас?
— До фронта я испробовал себя в разных профессиях, в том числе работал электриком в управляющей компании. Там [на фронте] мне это пригодилось: во всех квартирах, в которых мы жили, я свет поменял и проводку перетянул. Недавно уволился из организации, в которой ездил и обслуживал терминалы, там работал около 4 месяцев.
— Как прошел период адаптации после ранения и потери ноги? Что вам помогло пережить нелегкий период?
— Не скажу, что мне было очень сложно. Когда лежал вместе с другими ранеными, у которых нет ноги или руки, многие относились к этому так: “эх, жизнь кончена". Я же не расстраивался, понял, что есть некоторые ограничения.
Изначально, когда я туда [в госпиталь] приехал, познакомился с парнем, который приглянулся мне веселым нравом, мы быстро с ним общий язык нашли. Он находился на завершающей стадии лечения, а у меня швы разошлись, кровило, назначили вторую операцию. Он говорит: “Я лежу, велосипеды смотрю, у меня всё нормально”. Я поддакиваю: “И у меня всё нормально, бегать, прыгать могу".
Главное — не отчаиваться. Главное — живой. Человек такое существо, что ко всему со временем адаптируется — тем более в наше время, когда медицина и наука сильно шагнула вперед, когда доступны различные протезы, и не только.
— У вас есть вторая половинка, с которой вы недавно поженились…
— Конечно, жена моя любимая.
— Она ждала вас с фронта?
— Не совсем так. Мы с ней были знакомы раньше, ещё до моего отъезда на СВО, встречались (мне было тогда лет 16), а потом разошлись. В период когда меня мобилизовали, она посмотрела соцсети друзей и увидела, что из всех контактов лишь я ушёл воевать на СВО. Какое-то время мониторила — живой или нет.
Позже ей наскучило смотреть, и она мне написала, поинтересовалась, как мои дела. Я подумал “Ничего себе — написала!”, и ответил: "Всё хорошо, жив, здоров. Уезжаю на задачу, через неделю напишу".
Буквально 15 минут с ней пообщались перед самой отправкой. А дальше получилось, что нас задержали. Она 2 недели ждала сообщения от меня, переволновалась. Я вернулся, написал, что “все нормально”.
Во время выполнения второй задачи я подорвался и написал ей: “Я трехсотый” [трёхсотые в армии — это раненые]. А она не понимает… Говорю: "Да, всё нормально — одна нога здесь, другая там". Жена, кстати, до сих пор так шутит.
— А как она восприняла последствия вашего ранения?
— Я ни разу не слышал от нее недовольства или подобных эмоций. Жена не любит, когда другие люди ко мне плохо относятся, думают, что мне сложно, начинают жалеть меня.
И поддерживает меня в моменты, когда заскоки бывают из серии "Ё-моё, как же я буду на правой ноге прыгать, если захочу". Но если что, сейчас я уже умею на правой ноге прыгать.
— Какой трофей вы привезли с фронта?
— Я барахольщиком был, там у меня целая комната вещами заставлена. Всё мужикам оставил.
Единственное, что забрал, свои ноутбук, планшет и рюкзак, за который у нас с командиром борьба шла. Там были “ирпешки” хорошие, у них спинка поддерживающая, и найти такой недырявый рюкзак сложно. Так вот у меня и у командира были хорошие, а у всех остальных дырявые.
Ну, и два шеврона трофейных я привез с фронта. Первый я получил, когда мы десантников “отфигарили”, у них написано на груди “Никто кроме нас". Второй — после Росгвардии мы зашли на территорию, и я там еще один шеврончик поднял. А еще мини-флаг Украины снял у солдата ВСУ с шлема.
— Какое любимое блюдо было на фронте?
— Вообще, земля, как бы странно это ни звучало, была самой популярной добавкой к любой еде. Мы даже шутили: захочешь этот вкус заново почувствовать, из горшка земли положи себе в тарелку — почувствуй себя как в окопе.
Это шутка, конечно. Никто землю там [в зоне боестолкновения] не ест. Я дошираки с собой брал, они весят мало, хватает их надолго — этим и питался. Также сухпайки брали с собой. Самые вкусные из них те, где есть шоколадка офицерская и картошка — "гуляш с мясом" называется.
— Каких целей вам хотелось бы достичь или что планируете в первую очередь сделать?
— Самое первое и главное — сделать ремонт дома. Я стены штроблю, новую электрику кладу — я начинающий ремонтник, познаю всё на опыте.
Второе — попытаться выиграть "Абилимпикс". Я не слишком уверен в своих силах, но сделаю все возможное.
Третье — дети (только жене не говорите, мы это не сильно афишируем). Хочу, чтобы была большая дружная семья, шло продолжение рода, чтобы истории мои не пропадали и хотя бы двум поколениям запомнились.
Ещё хотелось бы каким-нибудь профессиональным видом спорта заняться. Сейчас по мне не видно, но я раньше спортивный по форме был.
— Всё впереди... А вот предположим, что вы стали депутатом, какой законопроект вы бы первым делом предложили к рассмотрению?
— О, хороший вопрос. Я сейчас как раз поступаю в РАНХиГС — Уральский институт управления (филиал).
Отвечая на ваш вопрос, я бы привел в политику как можно больше людей, прошедших СВО, потому что это патриоты. У них гораздо больше возможностей сделать хорошее для свой страны, за которую они воевали. И они, в первую очередь, будут думать о людях, а не о деньгах.
Например, когда я пришел сдавать документы на поступление в институт, документы у меня принимал человек без особого рвения в глазах. Да, это мое субъективное мнение, но я не заметил, что он хочет улучшить жизнь в своей стране. Мне кажется, у меня получилось бы лучше...
Первое, что я бы сделал в Свердловской области — дороги, закатал бы двойной, тройной хороший асфальт. (Я подвеску на машине уже четыре раза менял, не напасешься запчастей.) Во-вторых, в центр города поменьше грузовиков бы пускал, и мотоциклистам запретил ездить после 00:00 ночи.
— Сейчас, знаете, многие люди спорят, кто патриот, а кто нет. А что для вас значит — быть патриотом?
— Есть слова "вера”, “любовь", которые невозможно описать, потому что для каждого человека они означают свое. Так и тут.
В моём понимании патриот — это не тот, кто в данный момент воюет за нашу страну, отстаивает ее границы, а человек, который каждый день трудится на благо Родины — будь то дворник или продавщица в магазине. Все мы стараемся для того, чтобы наша страна развивалась экономически, демографически, улучшилась жизнь в ней.
— Что бы вы пожелали ребятам, которые сейчас находятся в зоне боевых действий?
На мне в момент подрыва на мине были хорошие берцы — я когда приехал [в госпиталь], у меня четыре пальца на ноге еще двигались, хотя пятки вообще не было. Она пробила голень, порвала две артерии. Я за 15 минут 2 литра крови потерял.
Будь на мне берцы похуже или будь у нас турникеты плохие, возможно, меня бы не спасли — линия соприкосновения была 20 метров, необходимо было действовать быстро.
Со мной в госпитале парень лежал, который был в китайских ботинках — нога сразу отлетела, а в другой у него 25-30 осколков засело, которые не достать. А у меня ни одного осколка нигде вообще. Всё берцы в себя впитали: инерцию, удары, осколки. Побольше кевлара, потяжелее, зато живой.
Статс-секретарь – заместитель министра обороны Российской Федерации Анна Цивилёва рассказала о том, какие знания и умения могут получить военные на "Абилимпикс" и как государство помогает создать благоприятные условия для тех, кто вернулся из зоны СВО. Об этом в видеоролике Чему учат ветеранов СВО в России и в чём они соревнуются: Цивилёва о развитии от "Абилимпикса". 
