- Алексей, на минувшей неделе президент Белоруссии Александр Лукашенко сделал ряд громких публичных заявлений. А какие из них вы считаете наиболее важными?

— Было два информационных повода, вокруг которых формируется повестка в Белоруссии, да и в России и Украине тоже.

Первое — это его послание парламенту и белорусскому народу, в котором он обозначил предвыборную программу. Это курс на сохранение государства, Лукашенко отверг предложения по шоковой терапии, реформированию в либеральном ключе белорусской экономики, обозначил перспективные направления, которые будут развиваться и поддерживаться, образование и здравоохранение.

Лукашенко обозначил, что курс на строительство сильного суверенного государства незыблем, что он не отдаст его ни бандитам, ни олигархам, тем, кто пытается поживиться за счет Белоруссии.

Второе — это, конечно, украинский фактор — разговор с Зеленским и большое интервью Гордону, в котором он рассказывает нюансы взаимоотношений между Россией и Белоруссией, Украиной и Белоруссией, характеризует российские и белорусские политические элиты. Причем видно, что симпатии у него вызывает Путин, его деятельность на посту главы государства. При этом довольно скептические оценки украинских элит, пожалуй, кроме Кучмы, с которым его связывают близкие отношения.

Других он считает не прирожденными президентами, а во многом случайными людьми. Он дает понять, что внутренние дела в украинско-российско-белорусском треугольнике следует решать самостоятельно, без привлечения Запада.

Он считает, что западные политики из чужого мира, при этом пытается соблюсти баланс в отношениях с Россией, Европой и миром, чтобы не потерять позиции на Украине. В общем, Лукашенко держит информационную повестку, комментирует активно и эмоционально, выдвигает свои версии происходящего.

- Эксперты заявляют об антироссийской направленности политики Лукашенко и повороте на Запад. Согласитесь ли вы с таким утверждением?

— Пожалуй, нет. Нужно рассматривать через призму его пробелорусских настроений. Он делает все, исходя из интересов Белоруссии. Если он видит ущерб этим интересам с какой бы то ни было стороны, он об этом открыто говорит, критикует, полагая, что отношения в том или ином случае развиваются не в том направлении, которое нужно Белоруссии.

Что же касается России, то он ни разу не говорил, что в чем-то обвиняет Россию как таковую. Он говорит, что Россия неоднородна, в ней есть разные силы, элиты, часть из которых может играть и против российско-белорусских отношений, как это видится Лукашенко.

Украинские уроки для Лукашенко. Эксперты о выборах и возможности майдана в Белоруссии
Украинские уроки для Лукашенко. Эксперты о выборах и возможности майдана в Белоруссии
© Sputnik | Перейти в фотобанк
Поэтому в отношении и народа, и России как исторического субъекта Лукашенко всегда делает реверансы и подтверждает курс на союзничество, даже говорит, что, если мы с Путиным уйдем, все равно эти отношения будут близкими и союзными.

Но есть конкретные конфигурации интересов политических элит, и часто эти интересы друг с другом конфликтуют. Он об этом говорит и не пытается замести под забор. Он открыто говорит, кого и в чем подозревает. Но считает, что в целом курс на союзничество не изменен. Его не изменить никакими интригами, провокациями и странными историями, которые происходят в последнее время.

- Белорусский президент достаточно жестко в интервью Гордону прокомментировал воссоединение Крыма с Российской Федерацией в 2014 году. Но все-таки Россия и Белоруссия составляют Союзное государство, почему же тогда Минск до сих пор не признает статус Крымского полуострова?

— У Минска своя позиция. Минск всегда в этих спорах придерживается принципа территориальной целостности, нерушимости границ.

Второе — у Минска, видимо, есть основания для такой позиции, потому что, когда Россия проводила операцию в Крыму, я не даю ей оценок, просто констатирую некую ситуацию, никаких консультаций по линии Союзного государства с белорусским руководством не было.

То есть это было единоличное решение России. С точки зрения России оно было правильным, но по сути другие союзники не были поставлены в курс того, что происходит. А наверное, это стоило бы сделать, потому что впоследствии санкции коснулись всех. То есть, с точки зрения Минска, отсутствовал некий элемент согласования для того, чтобы солидаризироваться позднее с позицией России.

И третье — Минск исходил из того, что в случае признания Крыма он потеряет отношения и дипломатические, и экономические с Украиной, которые для небольшой страны стоят на втором месте после России. Соответственно, издержки от этого для белорусского руководства были бы слишком высокими.

- В истории с «российской ЧВК» белорусская сторона утверждает, что задержанные россияне планировали теракты и массовые беспорядки. Но неужели можно всерьез поверить в то, что российские спецслужбы сработали настолько топорно, послав несколько десятков человек срывать выборы в Белоруссии?

— Да, я тоже не думаю, что в этом замешаны российские спецслужбы. Я изначально заявлял, что есть след третьей стороны. В «Комсомолке» уже появилась версия, что это была провокация СБУ. Но ведь это тоже только часть картины. Все-таки этих людей на границе пропустили, граница сейчас контролируется российской стороной, белорусская сторона не вводила элементы погранконтроля. Тогда возникает вопрос, кто их пропустил?

Гордон у Лукашенко. Чем закончится торг людьми?
Гордон у Лукашенко. Чем закончится торг людьми?
© пресс-служба президента Украины | Перейти в фотобанк
Другой вопрос — показания об этих людях, насколько я понимаю, получены в рамках расследования уголовного дела Тихановского. И там всплыло много интересных людей. Дмитрий Попов, гражданин России, Виталий Шкляров, который, как утверждают, имеет американский диппаспорт. Они в России работали то на Навального, то на Собчак, проект «Сканер» сделали… Это странные люди, которые в российских кругах достаточно известны.

Для меня очевидно, что интереса ни Москвы, ни Минска, ни государственных спецслужб в этой истории нет. Соответственно, мы ищем интерес третьей стороны. Сейчас интерес СБУ всплыл, но я думаю, что там есть еще несколько подводных камней, которые тоже нужно выявить и выяснить.

- Если говорить о приближающихся выборах, на какой результат может рассчитывать кандидат Светлана Тихановская, и пойдет ли оппозиция на то, чтобы оспорить результаты голосования?

— Максимум, на что может рассчитывать Тихановская, — это 15%. Лукашенко уверенно победит в первом туре, но, на мой взгляд, сторонники Тихановской и объединенного штаба не признают выборы.

Они будут призывать людей выйти на улицу, на площадь и пытаться организовать долгосрочный протест майданного типа. То есть по сути начать противостояние с властями, не признавая итоги выборов.

- Следует тогда, вероятно, ожидать жесткую реакцию властей?

— Да, думаю, что все эти митинги протестов после выборов не будут санкционированы. Скорее всего, будут применяться принудительные меры правоохранителей, чтобы не допустить собрания большого количества людей, и самое главное провокаций, насилия, того, что мы видели в Киеве на Майдане.

- На ваш взгляд, делает ли Москва ставку на кого-то из кандидатов в президенты Белоруссии?

— Не думаю, что в этой конфигурации она как-то особо проявляет себя, делая ставку, но, кажется, есть понимание того, что Лукашенко победит, и с ним придется дальше иметь дело.

Перед грозой. К чему Белоруссию приведут выборы президента
Перед грозой. К чему Белоруссию приведут выборы президента
© REUTERS, Vasily Fedosenko
Это тоже можно считать определенной ставкой. Ставка не на оппонентов, есть понимание, что Лукашенко останется. Эта позиция присутствует.

- А какова позиция Запада, где Лукашенко считают «последним диктатором» Европы? Усилят ли западные страны давление на Минск?

— Все будет зависеть от того, как закончатся выборы, что будет с митингами. Сейчас мы видим, что особого желания как-то вмешиваться в выборы, давать резкие оценки у Запада нет.

То есть он сейчас выступает в качестве пассивной наблюдающей стороны, которая скорее дистанцируется от каких-либо оценок.

Если все пойдет по более-менее спокойному сценарию, Запад формально выборов не признает, но продолжит коммуникацию с белорусскими властями.