Одна из наиболее обсуждаемых тем в общественно-политической жизни Украины — громкая публичная кампания, развернутая бывшим главой одесского «Правого сектора», а ныне просто общественным активистом и популярным видеоблогером Сергеем Стерненко против профессора кафедры культурологии факультета философского образования и науки Национального педагогического университета имени М.П. Драгоманова Евгении Бильченко.

Кампания громкая, поляризующая, хотя и вызывающая ряд вопросов по поводу персоналий, призванных отождествлять в ней борьбу за «державную мову» и ее жертв.

Была/не была волонтером «Правого сектора»

Убийца-неонацист Стерненко начал терроризировать поэтессу Евгению Бильченко
Убийца-неонацист Стерненко начал терроризировать поэтессу Евгению Бильченко
© Facebook/Евгения Бильченко
В интервью, опубликованном 26 февраля 2017 года Радио «Свобода», Бильченко говорила о себе: «Русские имперцы… говорят, что я — идеолог "Правого сектора". Это неправда: я не состояла, не состою и не буду состоять ни в одной политической партии… Да, я была волонтером "Правого сектора", но я также была волонтером в нескольких бригадах Вооруженных сил Украины в начале войны».

А в другом интервью, вышедшем 29 марта 2017 года в интернет-издании «Страна», Бильченко сообщает, что она состояла в одном из структурных подразделений «Правого сектора», которое отнюдь не сводилось к политической партии под таким названием: «Я состояла в том крыле "Правого сектора", которое выросло еще из первого Майдана… У меня в "Правом секторе" был позывной Дон Кихот».

И далее говорит, что волонтеркой в «Правом секторе» была, хотя и не общалась с его руководством: «Я не общалась с Проводом… Я волонтер. Я общалась с бойцами».

Кстати говоря, по интернету не первый год ходят фотографии, на которых Бильченко запечатлена то в футболке с лозунгом «Героям слава!» и символикой «Правого сектора» (меч, вписанный в трезубец, на фоне красно-черного знамени), то в шапке в тех же красно-черных цветах с символикой организации и надписью «Правый сектор».

Проходит немного времени, и вот уже в интервью, опубликованном 10 января 2018 года Украиной.ру, Бильченко излагает все уже иначе: «Я не была волонтером "Правого сектора". Я помогала в начале войны отдельным бойцам, своим друзьям, которые не были адептами "Правого сектора". Они состояли в очень разных организациях, в том числе и в "Правом секторе"*, и в ВСУ, и просто работали в госпитале».

Как можно противоречить самой себе в двух идущих друг за другом предложениях («Я помогала своим друзьям, которые не были адептами "Правого сектора"» и «Они состояли в том числе и в "Правом секторе"») в одном интервью, загадка.

Мы навели справки у знающих Бильченко людей, и, по их словам, «волонтером "Правого сектора" она не была. Не занималась она там (в "Правом секторе". — Авт.) ничем, просто тусила. Насчет "идеолога" — чушь, но стихи тематические она писала, да».

Одно из таких стихотворений, датированное 1—3 марта 2014 года, было опубликовано под названием «Монолог маленького народа» в журнале «Театр» (№ 17, 2014 год): «Тот, кто вчера просил меня с ним венчаться, / Нынче шипит мне в спину: / "Нацист и выродок!"… Призрак Египта, камень кладя на камень, / Бредит Четвертым Римом Второй Германии».

Бильченко объяснила свои слова об «онкобольной» Украине
Бильченко объяснила свои слова об «онкобольной» Украине
© Facebook/Евгения Бильченко
Видимо, все-таки мнение о Бильченко как об «идеологе» появилось не на пустом месте.

Есть ощущение, что поэтесса-культуролог просто не помнит, что говорила сама только что. Либо же ее изложение собственного прошлого удивительно пластично, меняясь буквально на ходу в зависимости от того, какое впечатление она хочет произвести сейчас.

«Берия, Берия вышел из доверия»

Самое интересное, что в целом аналогичное можно сказать и про Стерненко, с которым Бильченко, кстати, могла тусить в общей компании «правосеков» весной 2014 года.

«До января 2014-го его деятельность никак не была связана ни с политикой, ни с общественным активизмом, — отмечается в большом материале Liga.Net о деятельности Стерненко, опубликованном 16 июня 2020 года и основанном в том числе на интервью с бывшим главой одесского "Правого сектора". — Политика накрыла Сергея сразу, как только он вышел к памятнику Дюку — месту дислокации одесского Евромайдана — посмотреть: что вообще в городе происходит. Для молодого человека, увлекавшегося в детстве украинской литературой, не могло быть сомнений, на чьей он стороне. Понятно, что на украинской».

Да, так сейчас это представляет все сам Стерненко. Но есть одно большое но.

26 января 2014 года он в качестве активиста Евромайдана дает по телефону комментарий «5-му каналу» украинского телевидения. И, сказав пару фраз, обращается к ведущей с просьбой: «Мне было бы удобней говорить на русском языке».

Человек, который якобы с детства увлекался украинской литературой, даже не знает толком украинского языка? Как-то странно. Как и то, что он позже сделает одной из своих главных «фишек» борьбу за то, чтобы все говорили только «державною мовою».

Еще один интересный момент. В одесском «Правом секторе», который был создан 5 февраля 2014 года и где недавно еще вообще неизвестный националистам Сергей Стерненко с ходу стал заместителем главы (а уже 23 марта 2014-го он поднимется и до руководителя областного отделения организации), у молодого активиста был позывной Берия. Очень странный позывной, потому что сталинский нарком внутренних дел Лаврентий Берия десятилетиями руководил репрессиями против украинских националистов.

Происхождение своего позывного Стерненко вообще никак сейчас не объясняет. В ходе интервью, показанном 11 апреля 2020 года на том же «5-м канале», на прямой вопрос журналистки Янины Соколовой «Скажи мне, почему Берия?» бывший глава одесского «Правого сектора» ответил так: «Тут нет никакого объяснения, оно само приклеилось во время Майдана».

«Лаврентий Берия» в «Правом секторе»*, или Удивительная история Сергея Стерненко

Одесское интернет-издание «Монитор» в мае 2020 года провело расследование и выяснило, с чем связано происхождение такого позывного у Стерненко. Для понимания этого надо окунуться в прошлое героя, непосредственно предшествовавшее Евромайдану и «Правому сектору».

Евгения Бильченко: Я никогда не была членом и волонтером «Правого сектора»*
Евгения Бильченко: Я никогда не была членом и волонтером «Правого сектора»*
© Facebook/Евгения Бильченко
Как рассказал сам Стерненко в интервью Liga.Net, в мае 2013 года у него произошла ссора с отцом: «После конфликта с отцом он решил не возвращаться домой… Неожиданно приятель предложил… работу. Что-то вроде SMM-менеджмента: надо было администрировать сетевые сообщества. "Вы, может быть, видели такие группы, как, например, "Блудильник"? А на страничку Frazer не заходили?" — спрашивает Сергей и огорчается, услышав отрицательный ответ. Первых заработков хватило на то, чтобы в складчину с приятелем снимать дачный домик. Затем Сергей начал не только администрировать сообщества, но и создавать их по заказу. Зимой того же года его ежемесячный доход перевалил за 1000 долл. — огромные деньги для 18-летнего пацана».

Не очень понятно, почему 18-летний юноша именуется журналистами «пацаном». Но, видимо, такова была личная самопрезентация Стерненко (далее увидим почему).

Журналисты «Монитора» нашли страницу администратора упомянутых выше групп, среди которых были и другие, которые Стерненко сейчас стыдится упоминать, — например «ФАЧ», на аватарке которой красовались нарисованные мужские члены. Кстати, как можно понять, дизайном этой аватарки 18-летний Стерненко даже очень тогда гордился.

«Лаврентий Берия» в «Правом секторе»*, или Удивительная история Сергея Стерненко

Аккаунт администратора как раз носил название «Лаврентий Берия». На фотографиях, которые выкладывались хозяином страницы, можно узнать молодого Стерненко. Да и друзья обращались к «Лаврентию Берия» в комментариях просто «Сережа».

Между прочим, «Лаврентий Берия» бережно выкладывает и анонс упомянутого выше выпуска «5-го канала» от 26 января 2014 года, где выступает Стерненко, и его видеозапись.

Юноша, гордо позировавший в спортивном костюме Adidas, демонстрировал своим подписчикам подчеркнуто хулиганское поведение. Например, на опубликованных 27 ноября 2013 года фотографиях с подписью «Типичный завтрак админа» мы видим бульбулятор, из которого курят марихуану. Бульбулятор (причем заполненный дымом) вновь появляется на фотографии «Лаврентия Берия» перед ноутбуком 18 декабря 2013-го.

Фотографии бульбулятора выкладывать не буду, ибо законодательство России запрещает пропаганду наркотиков. К тому же на той же странице есть более интересные вещи.

Стерненко еще до прихода в национализм и «Правый сектор» пытается создать себе облик bad boy, gangsta. Он даже пытался читать рэп под псевдонимом Sergey Esdabes.

«Лаврентий Берия» в «Правом секторе»*, или Удивительная история Сергея Стерненко

На фотографиях, выкладываемых в конце 2013 года в аккаунте «Лаврентия Берия», рядом с бутылкой какого-то алкоголя и вязаной шапкой в цветах флага Эфиопии (намек на ту же марихуану, которая в обязательном порядке входит в образ жизни растафарианца) заботливо выложены кастет и пистолет (видимо, травматический или газовый).

Примерно тогда же юный Стерненко пишет на популярном у молодежи сайте ask.fm, отвечая на вопрос «Какой лучший способ выплеснуть негативную энергию»: «Убить кого-то». Спустя несколько лет он действительно зарежет человека насмерть.

С учетом всего вышеизложенного и уголовного дела о «крышевании» в том же 2013 году наркоточек неудивительно, что среди идейных националистов Стерненко по сей день не считают за «своего» и отказываются помогать ему.

Тем более что они видят, что Сергей вновь «поменял окрас», на глазах перекрашиваясь из татуированного праворадикала в футболке Svastone, изрекающего ксенофобские реплики (их он любил до прихода к националистам), в «общественного активиста» в пиджаке и очочках, поддерживающего легализацию гей-браков, деятельность фонда Сороса на Украине и т.д. Не исключено, что вскоре мы услышим от Стерненко, что он всю свою жизнь был либералом, отстаивавшим идеи демократии и толерантности…

Кто они — убийца и профессор — на самом деле?

Перед нами две судьбы людей, которых когда-то объединяло одно общее увлечение — «Правым сектором». При этом для Бильченко это была модная тусовка, а для Стерненко — «путь наверх» — из администраторов в кумиры. По большому счету, и профессор, и уголовник не были и никогда не будут идеологически близки националистам. Вот теперь, когда профессор «очнулась», как ей кажется, от сна разума и, оглядевшись вокруг, обнаружила бездну, из этой бездны к ней и вылезло чудовище «Берия», для которого что человека зарезать, что муху прихлопнуть — главное, чтобы это приносило пользу его собственной карьере «мелкого одесского фюрера».

Впрочем, именно такие профессора и создают таких вот монстров.

* Организация запрещена Верховным судом РФ.