Но тяжбы вокруг «недораспущенной» Рады продолжаются. Споры между Конституционным судом (КС) и парламентом Украины идут о «дате смерти» — когда же прекратила свое существование правящая коалиция, в 2016 или 2019 году? Дата имеет принципиальное значение. Если в 2016-м, то все последующие решения парламента незаконны. А если в 2019-м, то незаконно решение президента Зеленского о ее роспуске.

Спикер парламента Андрей Парубий заявил о распаде коалиции под названием «Европейская Украина» только 17 мая 2019 года, чтобы застраховаться от роспуска парламента. По закону распустить парламент можно только через месяц после формального распада коалиции, но не позже 6 месяцев до даты запланированных выборов в Раду. Однако фактически правящая коалиция не существовала уже с 2016 года, после выхода из нее ряда фракций. С 11 июня Конституционный суд Украины (КСУ) рассматривает иск о законности решения Зеленского, пытаясь установить дату «смерти».

«Гальванизация трупа» правящей коалиции

Верховную Раду 8-го созыва избирали на внеочередных парламентских выборах в октябре 2014 года, а 2 декабря того же года было объявлено о формировании правящей коалиции «Европейская Украина». В нее вошли фракции БПП, «Народного фронта», «Самопомощи», «Радикальной партии Олега Ляшко» и «Батькивщины» — всего 302 депутата.

Примечательно, что одними из первых законов, принятых «ЕвроУкраиной», были закон об отказе от внеблокового статуса страны и решение депутатов поднять себе зарплаты. В 2015 году фракция «Радикальной партии» заявила о выходе из коалиции из-за несогласия с законом «О децентрализации власти», предполагавшим «особый статус Донбасса». В феврале 2016 года разразился правительственный кризис, вызванный противоречиями между вчерашними союзниками по Евромайдану, в результате чего коалицию покинули фракции «Батькивщины» и «Самопомощи».

Правящая коалиция прекратила существование, но против досрочных парламентских выборов резко выступили западные партнеры. Главы МИД Франции и Германии срочно вылетели в Киев, потребовав от украинских депутатов как-то договариваться, потому что именно в тот момент на Западе решался вопрос о введении новых санкций против РФ, и западным партнерам не нужна была политическая нестабильность на Украине. Кроме того, решался вопрос о предоставлении новых траншей МВФ и других внешних кредиторов, которые обычно не дают денег странам, где нет действующего правительства и правящей коалиции. Иными словами, по факту коалиции не было с 2016 года, но ради получения кредитов и по требованию западных партнеров этот факт старались замалчивать.

После выхода из состава коалиции ряда депутатских фракций в 2016 году председатель ВР Андрей Парубий не объявил, что коалиции нет. Некоторые депутаты из покинувших коалицию фракций своих заявлений о выходе не подавали, а спикер парламента и не настаивал. В ответ на соответствующие вопросы Андрей Парубий с 2016 года заявлял, что у него «нет данных» и нет возможности посчитать оставшихся депутатов. Окружной административный суд города Киева, рассматривая дело об отставке Ульяны Супрун, еще в феврале 2019 года требовал у Верховной Рады сведения о персональном составе парламентской коалиции, но так и не получил ответа.

Политэксперт Владимир Гладких еще в 2017 году утверждал, что коалиции по факту не существует, но руководство Верховной Рады отказывалось предоставлять список оставшихся в ней депутатов.

«Сейчас парламентскую коалицию образуют две фракции — «Народный фронт» и «Блок Петра Порошенко», первая насчитывает в своем составе 81 депутата, вторая — 140. Считаем: 140+81= 221. Даже если досчитать главу Верховной Рады Парубия (избран по спискам НФ) и первого заместителя спикера Ирину Геращенко (по списку БПП), которые, в соответствии с требованиями действующего законодательства, не могут входить в состав депутатских фракций, все равно получается меньше, чем необходимые 226 голосов», — писал Гладких. По его словам, попытки двух правящих партий скрыть от общества факт отсутствия коалиции напоминают «внуков-наркоманов, которые не хотят юридически оформлять факт физической смерти своего дедушки, потому что очень уж им любо получать его пенсию».

Иными словами, три года в парламенте «гальванизировали труп» «Европейской Украины», а решения принимались в парламенте ситуативным большинством, преимущественно за счет внефракционных депутатов, многие из которых не прочь продать свои голоса. Однако коалиционное соглашение 2014 года не предусматривало участие отдельных, внефракционных депутатов.

Именно к этому и апеллирует сейчас представитель Владимира Зеленского в Конституционном суде Федор Вениславский.

По его словам, коалиция украинского парламента 8-го созыва прекратила свое существование в 2016 году, когда из ее состава вышли три фракции. «С учетом того, что с 27 ноября 2014 года до 29 марта 2016 года из состава фракций политической партии Блок Петра Порошенко и политической партии Народный фронт выходили народные депутаты, то по состоянию на 29 марта совокупный состав двух фракций составлял 216 народных депутатов», — говорит Вениславский.

Юридическая коллизия и перспективы двоевластия

Как заявил 18 июня 2019 года представитель президента в парламенте Руслан Стефанчук, в ответ на запросы Администрации президента о численности коалиции Андрей Парубий шлет отписки, затягивая дело. «Мы внесли прошение на имя председателя Верховной Рады о предоставлении ряда документов — копий стенограмм и так далее — и, к сожалению, получили отписку, что наше обращение зарегистрировано и, учитывая большое количество запросов, поэтому рассмотрение требует продолжения указанного вами срока для выполнения», — отметил Стефанчук.

По мнению политолога Алексея Якубина, сейчас идут политические торги, так как ряду политиков невыгодны досрочные выборы, но при любом решении крайними останутся судьи Конституционного суда.

«Последняя динамика нам показывает, что идут закулисные процессы. Сам факт того, что КС в ускоренном режиме взялся за этот вопрос, говорит, что происходят торги о проведении досрочных выборов. Сейчас накопилось очень много игроков, которым невыгодны эти досрочные выборы. Они пытаются надавить на судей и приостановить процесс досрочных выборов. Это большая часть депутатов от "Народного фронта", премьер Гройсман, который хочет как можно дольше усидеть в своем кресле, и часть олигархов. Например, Ринат Ахметов, чьи политические проекты не проходят в парламент. По каким-то пунктам это выгодно и олигарху Коломойскому, чтобы не дать усилиться Зеленскому через «Слугу народа». На данный момент досрочные выборы выгодны только «Оппозиционной платформе» и «Слуге народа». Сами судьи КСУ пребывают в такой ситуации, что их в итоге сделают крайними, какое бы решение они ни приняли», — говорит Якубин.

Таким образом, мы видим, как желание западных партнеров усиливать санкции против РФ и сохранить свой имидж, а также стремление украинских депутатов получать внешние кредиты привело к юридической коллизии и сложности с фиксацией даты смерти «Европейской Украины». При определенной настойчивости обеих сторон (руководства Верховной Рады и Администрации президента) это может привести к тому, что уже после 21 июля на Украине может сложиться двоевластие — уже будет избран новый состав парламента, но продолжит функционировать и «недораспущенный» старый.

И оба состава парламента непременно между собой «подерутся», если не последует очередной окрик от западных партнеров.