Украинские студенты в Польше не хотят возвращаться на родину
Украинские студенты в Польше не хотят возвращаться на родину
© РИА Новости, Максим Блинов | Перейти в фотобанк
Остальные, по словам дипломата, собираются остаться в Польше или ехать дальше на Запад — учиться или работать. Причём Дещица считает, что последние две категории равны в процентном отношении.

Никаких источников озвученных цифр посол Украины не привёл, поэтому проверить их невозможно. Однако в этом же интервью указано количество украинских студентов в Польше, которое расходится с польскими статистическими данными: Дещица говорит о 40 тысячах, тогда как официальное число — 37 тысяч 683 студента из Украины в высших учебных заведениях Польши, обладающих лицензией Министерства образования.

Возможно, господин Дещица просто не знает, что 39 тысяч мест, которые занимают украинские студенты в польских вузах, свидетельствует лишь о том, что часть из них учится разу на двух специальностях. Или посол имел в виду ещё и «студентов» польских «шарашкиных контор», которые имеют в названии слова «институт» или «университет», но правом выдачи дипломов о высшем образовании не располагают? Для получения студенческой визы документов от таких «вузов» хватило, а вот для легального трудоустройства (студент в Польше может работать 20 часов в неделю) — уже нет.

Надо сказать, что случаи подобного мошенничества единичны. Абсолютное большинство украинских студентов действительно получает в Польше высшее образование (о его качестве — ниже). Эта страна ещё с начала 1990-х пытается сделать образование в своих вузах привлекательным для иностранцев, особый упор делая на представителей польской диаспоры, причём не только на постсоветской территории, но и в странах ЕС, и даже в США. В 2017 году зафиксировано рекордное число иностранных студентов в Польше — 72 тысячи 743 человека, что на 6,950 больше, чем в предыдущем (рост — 10,56%). При этом общее число студентов в стране даже снизилось на 4,22%, и составило в 2017 году 1 миллион и почти 292 тысячи человек.

Таким образом, граждане Украины составляют больше половины всех иностранных студентов в Польше, что коррелирует с выдачей разрешений на временное проживание. По состоянию на 1 июля 2018 года украинцы получили 163 тысячи таких документов, то есть, почти половину от общего числа в 350 тысяч. Однако точно так же, как украинские гастарбайтеры спасают польскую экономику от нехватки рабочих рук, украинские студенты стали палочкой-выручалочкой для множества частных польских вузов, оказавшихся на грани закрытия.

Ведь согласно POL-on, интегрированной информационной системы о науке и высшем образовании Польши, во время образовательного бума в этой стране были зарегистрированы более 400 вузов.

«В какой-то момент бытовала фраза, что легче открыть вуз, чем детский сад», — приводит польский сайт «POLITYKA» слова профессора Станислава Моцка, ректора Collegium Civitas. Однако с наступлением «демографической ямы» были закрыты 16 польских вузов, еще 22 находятся в стадии ликвидации.

«Лечить» отсутствие студентов в Польше попытались «интернационализацией» высшего образования. Но как интернационализировать учебу в стране, ни один университет которой не входит в первые две сотни мирового образовательного рейтинга?

Мосийчук: Если бы не украинцы, Польши бы не существовало
Мосийчук: Если бы не украинцы, Польши бы не существовало
© Афсуищщл/Ігор Мосійчук
Оказалось, что идеальным импортным товаром может быть студент из Украины: физически неотличимый, лингвистически близкий, готовый заплатить за обучение сумму, которая все меньше и меньше отличается от той, которую пришлось бы потратить на Украине. Что касается платы за обучение на английском, польские университеты побили все европейские рекорды демпинга. Дошло до того, что получение диплома обходилось дешевле, чем обучение в хорошей частной школе. Как грибы после дождя появлялись факультеты, единственной целью которых было предоставление статуса студента. Скажем, в 2015 году за 1050 злотых (300 долларов) можно было год учиться на богослова, пользуясь всеми студенческими привилегиями (кроме упомянутого права на работу — это ещё и масса различных льгот и скидок).

Плата за обучение устанавливалась «с потолка», потому что далеко не все вузы сосредоточились на образовательном процессе. В начале 2000-х выяснилось, что под прикрытием одного из «институтов» в Польшу въезжали не студентки, а проститутки. Другой «университет» был источником дешевой рабочей силы для нескольких местных компаний. Пограничная охрана постепенно устраняла подобные патологии, но властям трудно вмешаться в сам образовательный процесс. Поскольку «невидимая рука рынка начала управлять высшим образованием», вуз не мог быть закрыт только потому, что он предоставлял низкий уровень образования.

«Проблема пара-вузов, потому что именно так нужно их называть, была последствием решений с начала 90-х. Я могла только усилить контроль, что я и сделала, и рассчитывать на то, что студенты в конце концов поймут: посредственность — это не пропуск в будущее», — сказала в комментарии сайту «POLITYKA» профессор Лена Колярска-Бобиньска, бывший министр высшего образования. Для многих студентов из-за границы Польша стала лишь пропуском в ЕС, и неудивительно, что они хотели как можно меньше тратить на него.

Бум на студентов из Украины начался в Польше около восьми лет назад. Однако ситуация радикально изменилась после 1 мая 2015 года, когда иностранные студенты очной формы обучения получили право работать в Польше на законных основаниях (тогда в Польше учились 22,511 студента из Украины). После этого образовательный бизнес начал набирать обороты: украинский студент приезжал, находил работу, платил за обучение. Если хватало времени — он приходил на занятия. Если не приходил, то из хорошего вуза вылетал. А в посредственном — получал второй, а иногда и десятый шанс остаться в списке студентов.

На Украине при этом развивалась сеть посредников, которые набирали студентов для обучения в Польше. Рекрутер получал от 200 до 500 евро за «голову». Неудивительно, что этот бизнес привлекал широкий спектр специфических личностей.

«Были даже польские вузы, которые рекламировались на базарах. Вы идёте за мясом, и тут продавщицы — бах, хватают за руки и убеждают ехать учиться в Польше», — рассказал сайту «POLITYKA» доктор наук Юрий Карягин, который преподает в польских университетах.

При этом хорошие польские университеты искали украинских студентов по собственным каналам. Они переводили свои сайты на украинский, публиковали видео-инструкции о подготовке документов и прочим формальностям, или выезжали с рекрутационными турами на Украину. Таким путём, к примеру, пошла Люблинская политехника. При этом приезд студентов из Украины поддерживают и городские власти Люблина.

А власти Вроцлава пошли ещё дальше: на украинский сейчас переводятся все городские онлайн-ресурсы, город стал первым в Польше, где украинский язык добавлен в меню автоматов по продаже билетов на коммунальный транспорт. Собственно, это и есть европейская демократия в классическом виде: ведь из 600 тысяч жителей Вроцлава граждане Украины составляют десятую часть.

Однако стоит обратить внимание на то, что ведущие университеты Польши — Варшавский Университет, Ягеллонский Университет в Кракове, Варшавская политехника — никаких специальных программ по привлечению студентов из Украины не реализуют. И вопрос тут не только в деньгах (у этих вузов нет потребности закрывать прорехи в своих бюджетах, привлекая иностранных студентов), но и в уровне образования. Ведь даже добросовестные преподаватели вузов приграничных с Украиной Перемышля и Жешува просто вынуждены были снизить уровень требований к своим студентам, среди которых украинцы порой составляют половину группы. Соответственно, диплом такой «высшей школы» теряет в реальном рейтинге, и даже граждане Польши с ним не могут найти работу по специальности.

Украинку после кровоизлияния в мозг польский работодатель выбросил на улицу
Украинку после кровоизлияния в мозг польский работодатель выбросил на улицу
© РИА Новости, Евгений Биятов | Перейти в фотобанк
Получается своеобразный замкнутый круг: поляки все с меньшей охотой идут в вузы с большим количеством украинских студентов, и уровень образования там неумолимо снижается. Однако руководство этих вузов пока не очень этим озабочено: на место выброшенных на рынок труда выпускников с украинскими паспортами неизбежно придут новые. А их привычно будет интересовать не столько диплом и трудоустройство по записанной в нём специальности, сколько возможность три-четыре года легально находиться и работать в Польше.

И то, что из нынешних украинских студентов польских вузов не более 10% собираются вернуться в Украину (к примеру, среди украинских гастарбайтеров связывают своё будущее с Польшей 59%), вряд ли связано с их надеждами получить после завершения образования более высокооплачиваемую работу, чем во время него. Речь скорее идёт о совершенно безнадёжной ситуации в Украине, что для молодёжи намного очевиднее, чем для трудовых мигрантов постарше. Польский студенческий билет всё больше становиться похожим на билет в один конец из Украины.