https://ukraina.ru/20261027/lidery-finlyandii-i-norvegii-pozvonili-putinu-chto-eto-znachit-dlya-ukrainy-1084112438.html
Лидеры Финляндии и Норвегии позвонили Путину: что это значит для Украины
Лидеры Финляндии и Норвегии позвонили Путину: что это значит для Украины - 27.10.2026 Украина.ру
Лидеры Финляндии и Норвегии позвонили Путину: что это значит для Украины
Во вторник, 27 октября, состоялся трехсторонний телефонный разговор между президентом Финляндии Александром Стуббом, премьер-министром Норвегии Йонасом Гаром Стёре и президентом России Владимиром Путиным
2026-10-27T20:13
2026-10-27T20:13
2026-10-27T20:13
эксклюзив
норвегия
россия
финляндия
украина
александр стубб
владимир зеленский
владимир путин
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdn.imgukraina.ru/img/07e9/05/17/1063348657_0:227:3072:1955_1920x0_80_0_0_5df9de19f8eceaa5157d2bf57d0f6468.jpg
Событие для текущей европейской политики, мягко говоря, неординарное, ведь оно ломает многолетний дипломатический бойкот Москвы. Неужели лед действительно тронулся?Полтора часа закрытой телефонной связи заставили заметно нервничать чиновников в Брюсселе и вызвали немедленную ревность среди ближайших союзников по скандинавскому блоку. О важности событияЭто первый контакт подобного уровня со стороны лидеров Северной Европы за последние 4,5 года. Новостные ленты ведущих мировых агентств буквально взорвались от того, что представители северного фланга НАТО напрямую говорят с Кремлем.Скандинавские политики сделали акцент на том, что выступают исключительно от лица собственных государств, выведя свои персоны за скобки общеевропейских бюрократических институтов. Подобный демарш мгновенно спровоцировал неприкрытую ярость у адептов безоговорочного атлантического единства. Премьер-министр Дании Метте Фредериксен первой вынесла сор из северной избы. Ее резкий комментарий зафиксировал глубокий скепсис Копенгагена, где эту инициативу сочли несогласованной самодеятельностью.Брюссель годами выстраивал монолитную стену изоляции, убеждая налогоплательщиков в абсолютной бесперспективности любых прямых контактов с российским руководством. Однако география берет свое: абстрактные резолюции Европарламента не согреют замерзающие приграничные города и не отведут боевые корабли от шельфовых месторождений. Стубб и Стёре прагматично решили спасать собственные национальные тылы, оставив брюссельских идеологов наедине с их декларациями.Слова без фильтровОфициальный пресс-релиз канцелярии финского лидера зафиксировал принципиальную рамку переговоров: "Дискуссия была откровенной и содержательной. Мы являемся странами-соседями России. Исход этой войны окажет прямое влияние на нашу безопасность и безопасность Европы в целом. Окончание войны требует прямых дискуссий".Премьер-министр Норвегии Стёре вторил коллеге: "Война несет колоссальные человеческие и материальные издержки. Страдания и разрушения затронут целые поколения. В ходе разговора мы подчеркнули важность деэскалации".Киевская реакция последовала незамедлительно. Владимир Зеленский признал, что контакты координировались с Банковой, а северные переговорщики пытались зондировать почву для заключения энергетического и морского перемирия.Ответная подача Кремля прозвучала голосом помощника президента Юрия Ушакова. Он подчеркнул готовность принять Зеленского в российской столице. Следом прозвучало безапелляционное условие относительно личных контактов лидеров: встреча Путина и Зеленского имеет смысл после окончания переговорного процесса, для подписания документов.Что касается претензий чиновников Евросоюза на ведущую роль в определении судьбы континента, то Кремль осадил их фразой помощника президента о том, что вопрос участия Европы в переговорном процессе сейчас даже не рассматривается. Москва четко дает понять: обсуждать параметры будущей безопасности она готова с Вашингтоном и отдельными вменяемыми соседями, но никак не с комиссарами, лишенными субъектности.Ловушка для КиеваСам факт использования скандинавских лидеров как таких курьеров высшего ранга вскрывает кардинальную смену риторики Киева. Ещё недавно украинское руководство наотрез отвергало саму гипотезу диалога, однако ситуация на фронтах и в энергосистеме вынуждает Зеленского искать любые способы донести личный сигнал до Кремля.Приглашение приехать в Москву — уже обычный для России ответ. В Киеве подобный шаг мгновенно нарекут безоговорочной капитуляцией, готов ли на такой шаг Зеленский — вопрос риторический.Требование сначала согласовать и парафировать весь пакет мирных соглашений на рабочем уровне полностью перечеркивает украинскую концепцию громких публичных саммитов. Банковая привыкла действовать в логике эмоциональных медийных представлений, где харизма и давление западных партнеров компенсируют слабость позиций на земле. Москва настаивает на бюрократической последовательности: демаркация границ, фиксация нейтралитета и гарантии безопасности, а затем протокольная подпись без права на экспромт.Исторический подтекст выбора Осло и Хельсинки в качестве каналов связи глубоко символичен. В 1975 году Хельсинкские соглашения закрепили нерушимость послевоенных границ и положили начало разрядке международной напряженности. Затем тайные соглашения в Осло свели заклятых врагов на Ближнем Востоке. Стубб и Стёре явно пытаются примерить лавры выдающихся миротворцев прошлого, стремясь вернуть рычаги европейского урегулирования на родной континент.Беда скандинавских миротворцев заключается в том, что былого нейтралитета больше не существует. Финляндия намертво интегрирована в военную структуру НАТО, а Норвегия поставляет тяжелые вооружения ВСУ с первых дней конфликта. Претендовать на статус беспристрастного арбитра в такой конфигурации невозможно.Личные северные счетыЗа ширмой заботы об украинском кризисе скрывается внушительный массив личных интересов стран севера. Нужно признать, что у сторон накопилось критическое количество нерешенных трансграничных проблем, требующих немедленного урегулирования во избежание масштабной региональной катастрофы.Главная финская головная боль — глухо запечатанная граница протяженностью тысяча триста сорок километров. Официальный Хельсинки оправдывает закрытие контрольно-пропускных пунктов угрозой нелегальной миграции, однако цена этой принципиальности оказалась непомерно высока для собственной экономики. Прямые ежегодные потери туристического сектора и смежных отраслей Финляндии от отсутствия российских граждан приблизились к миллиарду евро.Приграничные районы российской Карелии также испытывают болезненный разрыв родственных и коммерческих связей. Норвежский пункт пропуска Стурскуг остается едва ли не единственным сухопутным коридором между Россией и Шенгеном на Крайнем Севере.Норвежский премьер Стёре преследует еще более деликатную цель, замешанную на миллиардных газовых доходах и страхе перед потерей рынков. После вытеснения российских энергоносителей Норвегия превратилась в ключевого монопольного поставщика трубопроводного газа в континентальную Европу. По данным статистического агентства Statbase, норвежский экспорт голубого топлива стабильно превышает 120 млрд кубометров в год, принося колоссальные дивиденды государственному бюджету и суверенному фонду.Однако за кулисами большой политики активно циркулируют сведения о том, что Вашингтон зондирует почву для частичной расконсервации уцелевшей нитки "Северного потока — 2" в рамках будущей сделки по деэскалации. Для властей в Осло возвращение дешевого сырья из России станет финансовым кошмаром. Осло жизненно необходимо понимать реальные намерения Москвы и Белого дома в отношении энергетической карты континента.К этому добавляется растущая угроза безопасности на море. После диверсий на балтийских газопроводах и повреждения кабеля Balticconnector акватории Балтийского и Баренцева морей превратились в пороховую бочку. Постоянные попытки западных стран ввести ограничения против судов так называемого теневого флота несут прямую угрозу перерастания проверок в полноценную морскую блокаду с неизбежным военным ответом.В Арктике дела обстоят не менее напряженно. Деятельность Арктического совета фактически заморожена, но физические законы регионального сосуществования отменить невозможно. Продолжают тлеть споры вокруг статуса архипелага Шпицберген и порядка снабжения российского поселка Баренцбург через норвежские порты. Единственным островком выжившего здравого смысла остается Смешанная комиссия по рыболовству, ежегодно распределяющая квоты на вылов трески и пикши в Баренцевом море.Наконец, в уникальной точке Муоткаваара, где сходятся границы России, Норвегии и Финляндии, функционирует каскад Пазских гидроэлектростанций на пограничной реке Паатсйоки. Семь гидроэлектростанций, часть из которых принадлежит России, а часть — Норвегии, завязаны в единую гидротехническую систему. Сбросы воды, паводковые режимы и экологический мониторинг требуют постоянного контакта между инженерами трех стран. Любая авария или нескоординированный сброс грозит затоплением приграничных поселков и разрушением энергетической инфраструктуры. Физику турбин нельзя перечеркнуть политическим бойкотом, о чем Стубб и Стёре прекрасно осведомлены.Финал европейских иллюзийСентенция Путина на пленарном заседании восьмого саммита Форума стран — экспортеров газа (ФСЭГ) о неизбежности поиска путей выхода из мировых кризисов прозвучала вполне логичным завершением сегодняшнего разговора. Москва принимает сигналы, фиксирует растущую нервозность европейских столиц и продолжает играть партию на истощение ресурсов оппонентов.Европейские элиты долго тешили себя надеждой на скорую безоговорочную победу над восточным соседом, вычеркивая дипломатию из списка допустимых инструментов. Сегодня лидеры Финляндии и Норвегии первыми осознали бесперспективность подобного догматизма. Когда за стеной кабинетов рушатся бюджеты приграничных территорий, а военные сценарии вплотную приближаются к центрам добычи углеводородов, абстрактная солидарность уступает место холодному эгоизму.Северный демарш Стубба и Стёре продемонстрировал непреложный факт: время тотального высокомерного молчания подошло к концу. Вопрос лишь в том, успеют ли остальные европейские игроки снять шоры до того, как контуры новой региональной безопасности будут начерчены без их малейшего участия.
https://ukraina.ru/20261027/andrey-suzdaltsev-lidery-evropy-zasuetilis-ponyav-chto-im-net-mesta-za-stolom-peregovorov-po-ukraine-1084111299.html
https://ukraina.ru/20261027/s-kem-rossiya-mozhet-dogovoritsya-po-ukraine-i-gde-zelenskiy-gotovit-krovavuyu-provokatsiyu--ordukhanyan-1084107726.html
https://ukraina.ru/20261026/voyna-pod-prikrytiem-zapad-odurmanivaet-rossiyu-tumanom-lzhi-1084073175.html
норвегия
россия
финляндия
украина
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Никита Волкович
https://cdn.imgukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
Никита Волкович
https://cdn.imgukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Никита Волкович
https://cdn.imgukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
эксклюзив, норвегия, россия, финляндия, украина, александр стубб, владимир зеленский, владимир путин
Лидеры Финляндии и Норвегии позвонили Путину: что это значит для Украины
Во вторник, 27 октября, состоялся трехсторонний телефонный разговор между президентом Финляндии Александром Стуббом, премьер-министром Норвегии Йонасом Гаром Стёре и президентом России Владимиром Путиным
Событие для текущей европейской политики, мягко говоря, неординарное, ведь оно ломает многолетний дипломатический бойкот Москвы. Неужели лед действительно тронулся?
Полтора часа закрытой телефонной связи заставили заметно нервничать чиновников в Брюсселе и вызвали немедленную ревность среди ближайших союзников по скандинавскому блоку.
Это первый контакт подобного уровня со стороны лидеров Северной Европы за последние 4,5 года. Новостные ленты ведущих мировых агентств буквально взорвались от того, что представители северного фланга НАТО напрямую говорят с Кремлем.
Скандинавские политики сделали акцент на том, что выступают исключительно от лица собственных государств, выведя свои персоны за скобки общеевропейских бюрократических институтов. Подобный демарш мгновенно спровоцировал неприкрытую ярость у адептов безоговорочного атлантического единства. Премьер-министр Дании Метте Фредериксен первой вынесла сор из северной избы. Ее резкий комментарий зафиксировал глубокий скепсис Копенгагена, где эту инициативу сочли несогласованной самодеятельностью.
Брюссель годами выстраивал монолитную стену изоляции, убеждая налогоплательщиков в абсолютной бесперспективности любых прямых контактов с российским руководством. Однако география берет свое: абстрактные резолюции Европарламента не согреют замерзающие приграничные города и не отведут боевые корабли от шельфовых месторождений. Стубб и Стёре прагматично решили спасать собственные национальные тылы, оставив брюссельских идеологов наедине с их декларациями.
Официальный пресс-релиз канцелярии финского лидера зафиксировал принципиальную рамку переговоров: "Дискуссия была откровенной и содержательной. Мы являемся странами-соседями России. Исход этой войны окажет прямое влияние на нашу безопасность и безопасность Европы в целом. Окончание войны требует прямых дискуссий".
Премьер-министр Норвегии Стёре вторил коллеге: "Война несет колоссальные человеческие и материальные издержки. Страдания и разрушения затронут целые поколения. В ходе разговора мы подчеркнули важность деэскалации".
Киевская реакция последовала незамедлительно. Владимир Зеленский признал, что контакты координировались с Банковой, а северные переговорщики пытались зондировать почву для заключения энергетического и морского перемирия.
Ответная подача Кремля прозвучала голосом помощника президента Юрия Ушакова. Он подчеркнул готовность принять Зеленского в российской столице. Следом прозвучало безапелляционное условие относительно личных контактов лидеров: встреча Путина и Зеленского имеет смысл после окончания переговорного процесса, для подписания документов.
Что касается претензий чиновников Евросоюза на ведущую роль в определении судьбы континента, то Кремль осадил их фразой помощника президента о том, что вопрос участия Европы в переговорном процессе сейчас даже не рассматривается. Москва четко дает понять: обсуждать параметры будущей безопасности она готова с Вашингтоном и отдельными вменяемыми соседями, но никак не с комиссарами, лишенными субъектности.
Сам факт использования скандинавских лидеров как таких курьеров высшего ранга вскрывает кардинальную смену риторики Киева. Ещё недавно украинское руководство наотрез отвергало саму гипотезу диалога, однако ситуация на фронтах и в энергосистеме вынуждает Зеленского искать любые способы донести личный сигнал до Кремля.
Приглашение приехать в Москву — уже обычный для России ответ. В Киеве подобный шаг мгновенно нарекут безоговорочной капитуляцией, готов ли на такой шаг Зеленский — вопрос риторический.
Требование сначала согласовать и парафировать весь пакет мирных соглашений на рабочем уровне полностью перечеркивает украинскую концепцию громких публичных саммитов. Банковая привыкла действовать в логике эмоциональных медийных представлений, где харизма и давление западных партнеров компенсируют слабость позиций на земле. Москва настаивает на бюрократической последовательности: демаркация границ, фиксация нейтралитета и гарантии безопасности, а затем протокольная подпись без права на экспромт.
Исторический подтекст выбора Осло и Хельсинки в качестве каналов связи глубоко символичен. В 1975 году Хельсинкские соглашения закрепили нерушимость послевоенных границ и положили начало разрядке международной напряженности. Затем тайные соглашения в Осло свели заклятых врагов на Ближнем Востоке. Стубб и Стёре явно пытаются примерить лавры выдающихся миротворцев прошлого, стремясь вернуть рычаги европейского урегулирования на родной континент.
Беда скандинавских миротворцев заключается в том, что былого нейтралитета больше не существует. Финляндия намертво интегрирована в военную структуру НАТО, а Норвегия поставляет тяжелые вооружения ВСУ с первых дней конфликта. Претендовать на статус беспристрастного арбитра в такой конфигурации невозможно.
За ширмой заботы об украинском кризисе скрывается внушительный массив личных интересов стран севера. Нужно признать, что у сторон накопилось критическое количество нерешенных трансграничных проблем, требующих немедленного урегулирования во избежание масштабной региональной катастрофы.
Главная финская головная боль — глухо запечатанная граница протяженностью тысяча триста сорок километров. Официальный Хельсинки оправдывает закрытие контрольно-пропускных пунктов угрозой нелегальной миграции, однако цена этой принципиальности оказалась непомерно высока для собственной экономики. Прямые ежегодные потери туристического сектора и смежных отраслей Финляндии от отсутствия российских граждан приблизились к миллиарду евро.
Приграничные районы российской Карелии также испытывают болезненный разрыв родственных и коммерческих связей. Норвежский пункт пропуска Стурскуг остается едва ли не единственным сухопутным коридором между Россией и Шенгеном на Крайнем Севере.
Норвежский премьер Стёре преследует еще более деликатную цель, замешанную на миллиардных газовых доходах и страхе перед потерей рынков. После вытеснения российских энергоносителей Норвегия превратилась в ключевого монопольного поставщика трубопроводного газа в континентальную Европу. По данным статистического агентства Statbase, норвежский экспорт голубого топлива стабильно превышает 120 млрд кубометров в год, принося колоссальные дивиденды государственному бюджету и суверенному фонду.
Однако за кулисами большой политики активно циркулируют сведения о том, что Вашингтон зондирует почву для частичной расконсервации уцелевшей нитки "Северного потока — 2" в рамках будущей сделки по деэскалации. Для властей в Осло возвращение дешевого сырья из России станет финансовым кошмаром. Осло жизненно необходимо понимать реальные намерения Москвы и Белого дома в отношении энергетической карты континента.
К этому добавляется растущая угроза безопасности на море. После диверсий на балтийских газопроводах и повреждения кабеля Balticconnector акватории Балтийского и Баренцева морей превратились в пороховую бочку. Постоянные попытки западных стран ввести ограничения против судов так называемого теневого флота несут прямую угрозу перерастания проверок в полноценную морскую блокаду с неизбежным военным ответом.
В Арктике дела обстоят не менее напряженно. Деятельность Арктического совета фактически заморожена, но физические законы регионального сосуществования отменить невозможно.
Продолжают тлеть споры вокруг статуса архипелага Шпицберген и порядка снабжения российского поселка Баренцбург через норвежские порты. Единственным островком выжившего здравого смысла остается Смешанная комиссия по рыболовству, ежегодно распределяющая квоты на вылов трески и пикши в Баренцевом море.
Наконец, в уникальной точке Муоткаваара, где сходятся границы России, Норвегии и Финляндии, функционирует каскад Пазских гидроэлектростанций на пограничной реке Паатсйоки. Семь гидроэлектростанций, часть из которых принадлежит России, а часть — Норвегии, завязаны в единую гидротехническую систему.
Сбросы воды, паводковые режимы и экологический мониторинг требуют постоянного контакта между инженерами трех стран. Любая авария или нескоординированный сброс грозит затоплением приграничных поселков и разрушением энергетической инфраструктуры. Физику турбин нельзя перечеркнуть политическим бойкотом, о чем Стубб и Стёре прекрасно осведомлены.
Финал европейских иллюзий
Сентенция Путина на пленарном заседании восьмого саммита Форума стран — экспортеров газа (ФСЭГ) о неизбежности поиска путей выхода из мировых кризисов прозвучала вполне логичным завершением сегодняшнего разговора. Москва принимает сигналы, фиксирует растущую нервозность европейских столиц и продолжает играть партию на истощение ресурсов оппонентов.
Европейские элиты долго тешили себя надеждой на скорую безоговорочную победу над восточным соседом, вычеркивая дипломатию из списка допустимых инструментов. Сегодня лидеры Финляндии и Норвегии первыми осознали бесперспективность подобного догматизма. Когда за стеной кабинетов рушатся бюджеты приграничных территорий, а военные сценарии вплотную приближаются к центрам добычи углеводородов, абстрактная солидарность уступает место холодному эгоизму.
Северный демарш Стубба и Стёре продемонстрировал непреложный факт: время тотального высокомерного молчания подошло к концу. Вопрос лишь в том, успеют ли остальные европейские игроки снять шоры до того, как контуры новой региональной безопасности будут начерчены без их малейшего участия.
