"Шахтинское дело": от НЭПа к ускоренной индустриализации
6 июля 1928 года суд вынес приговор по так называемому "Шахтинскому делу", официально – "Делу об экономической контрреволюции в Донбассе". Он обозначил переход от НЭПа к "социалистическому наступлению" в СССР и отстранение от власти в партии "правых"
"Шахтинское дело" стало первым в ряду так называемых "Больших вредительских процессов": далее последовали процессы "Промпартии" (1930) и "меньшевистский" (1931).
Ко времени "Шахтинского дела" в Советском Союзе возникла мощнейшая конфликтная ситуация по линии "город – деревня", обозначенная в советской литературе как "кулацкая хлебная стачка", а позднее – "кризис хлебозаготовок". На состоявшемся в апреле 1928 года Объединенном пленуме ЦК и ЦКК (Центральной контрольной комиссии) ВКП(б) ключевыми вопросами были названы хлебозаготовительный кризис и "Шахтинское дело". Агитпроп упирал на простое объяснение проблем: в первом случае – "кулак регульнул", во втором – "регульнул спец-вредитель". Хотя, как самокритично считал тогда Николай Бухарин, "мы сами себя регульнули".
"Размычка" с деревней привела к развёртыванию в феврале-мае 1928 года кампании по привлечению к судебной ответственности "злостных держателей хлеба". По предложению Сталина под эту статью, ранее нацеленную против спекулянтов, "подвели" производителей – крестьянские хозяйства.
Но суды над крестьянами, носившие показательный характер, обычно проходили на уровне районов и имели прагматичную цель – "подхлестнуть" хлебозаготовки. Перед началом полевых работ кампанию свернули, низовых работников обвинили в "перегибах", часть из них даже осудили на реальные сроки.
А вот распадающуюся "смычку" партии с рабочей массой было решено восстановить путём показательного судебного процесса над "спецами-вредителями", которые являлись объектом общей неприязни. Для этого явления возник даже особый термин – "спецеедство", который описывал как ненависть рабочих к высококвалифицированным специалистам, которые зарабатывали в несколько раз больше, так и подозрительное отношение номенклатуры к "спецам".
7 ноября 2023, 08:00История
"Год великого перелома"Название статьи Иосифа Сталина, опубликованной в газете "Правда" 7 ноября 1929 года, стало мэмом тогда, когда никаких мэмов не было. Как только не склоняли эту статью и её автора перестроечные публицисты! Однако, сейчас приходится признать, что упомянутые публицисты были неправы не во всём. Статья действительно производит двойственное впечатлениеВ период НЭПа "спецы" занимали достаточно высокое положение в системе управления экономикой СССР. Так, бывший управляющий заводов Нобеля Александр Серебровский возглавил Нефтесиндикат СССР, а после – Главное управление по цветным металлам, золоту и платине. В экономическом управлении Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) СССР высокую должность занимал представитель банкирской семьи Гинзбургов. А дядя Льва Троцкого, Абрам Животовский, с коллегами-банкирами Добрым, Цейтлиным, Лесиным, Высоцкими Златопольским создали в Париже "замаскированный советский банк" и получили для этого из Москвы 25 млн франков.
Но в 1927 году Троцкий был снят со всех постов и исключён из партии. Троцкистско-зиновьевская оппозиция была разгромлена, а победители во главе со Сталиным взяли курс на сворачивание НЭПа, отказ от концессий и широкомасштабную индустриализацию.
В том же 1927-м на шахте имени Красина (в поселке Шахты, тогда Северо-Кавказский край РСФСР, ныне Ростовская область России) произошел обвал, погиб рабочий. За грубое нарушение техники безопасности начальник горнопроходческого участка Венедикт Беленко был обвинен по статье "небрежное и халатное отношение к своим обязанностям". Отделался он легко – понижением в техники с переводом на другую шахту. Однако, после многочисленных заявлений рабочих, к делу подключилось ОГПУ.
© Фото : Открытый источник
"Шахтинское дело": государственные обвинители Николай Крыленко и Григорий Рогинский
Полномочный представитель ОГПУ на Северном Кавказе Ефим Евдокимов решил это придать делу масштабность – речь шла о заговоре и шпионаже. Но из 9 арестованных в Шахтах лишь двое дали нужные показания, причём один из фигурантов состоял на учете у психиатров, а второй выбросился из окна. Силясь найти "западный след", чекисты арестовали троих находившихся в Шахтах специалистов германских фирм, что вызвало протест Берлина. В конце 1927 года Евдокимов свой доклад о заговоре представил председателю ОГПУ Вячеславу Менжинскому, но тот не дал делу хода из-за отсутствия весомых улик.
Расследование в Шахтах подстегнуло ГПУ УССР, в чьём ведении находился остальной Донбасс (собственно, Шахтинский округ до 1924 года тоже находился в составе УССР). Украинские чекисты подняли дело от 1923 года, когда жена главного инженера Кадиевского рудоуправления (сейчас – Стаханов в ЛНР) рассорилась с мужем, явилась в ГПУ и рассказала, что она ездила в Харьков, где передавал сведения о шахтах советнику консульства Польши. Объяснялось это тем, что в Варшаве действовало "Польское объединение бывших директоров и владельцев горнопромышленных предприятий в Донбассе".
В 1923 году дело широкого освещения не получило, но теперь всё изменилось. Харьковские чекисты с 3 по 10 марта 1928 года взяли под стражу 19 работников центрального аппарата треста "Донуголь", объявив о раскрытии сети "вредителей" в 11 из 28 рудоуправлений Донбасса. Судя по всему, это было сделано после того, как в Москве было принято политическое решение о подготовке процесса (с санкции Сталина оно было публично оглашено 10 марта в газете "Правда").
9 февраля, 16:00История
Никита Изотов: предтеча стахановского движения9 февраля 1902 года в деревне Малая Драгунка, что по соседству с городом Кромы в Орловской губернии родился Никифор Изотов – выдающийся новатор отечественной угольной отрасли. Имя Никита он получил позднее в результате опечатки, допущенной в газете "Правда": публикуемая в главном издании страны информация считалась эталонной11 апреля Политбюро приняло решение объединить следственное дело "Донугля" с "Шахтинским". 24 апреля появился 95-страничный доклад под названием: "Экономическая контрреволюция в Донбассе".
Три волны арестов специалистов дали в совокупности 53 подсудимых для процесса, который начался 18 мая 1928 года. При этом только в аппарате и рудоуправлениях треста "Донуголь" поначалу было арестовано 160 из почти 200 "старых инженеров", но часть из них была освобождена, а часть (82 человека) – получила сроки во внесудебном порядке Коллегией ОГПУ.
Аресты, проводившиеся ростовскими, украинскими и московскими чекистами привели на скамью подсудимых крайне пёструю группу "вредителей". Это сказалось как на качестве предварительного следствия, так и на поведении подсудимых в ходе процесса. Ещё более абсурдной эту картину делал "немецкий след", представленный тремя гражданами Германии, работавшими по контрактам в СССР. Советские дипломаты в лице Георгия Чичерина и Николая Крестинского обосновали необходимость оправдательного приговора в их отношении.
© Bibliothèque nationale de France/Agence de presse Meurisse. Agence photographique
1925. Г. В. Чичерин и Х. Г. Раковский у Советского посольства в Париже
Из 53 подсудимых к началу процесса полностью виновными в предъявленных им обвинениях признали себя 20 человек, 10 вину признали "частично" и 23 отрицали обвинения.
Сам процесс был в первую очередь пропагандистским мероприятием. В состав судебной коллегии, помимо профессиональных юристов (Андрей Вышинский, Владимир Антонов-Саратовский и Михаил Васильев-Южин), были включены рабочие из Горловки и Москвы. Среди свидетелей преобладали рабочие. На суде также присутствовали в основном рабочие, за формирование списков от предприятий отвечал ВЦСПС.
Для надзора и контроля была создана комиссия по "Шахтинскому делу", которую возглавил председатель Совнаркома (правительства) СССР Алексей Рыков. Она включала ряд членов Политбюро с привлечением "профильных" наркомов. Комиссия занималась синхронизацией действий различных ведомств (ОГПУ, Наркомюст, НКИД и др.), контролировала агитационно-пропагандистскую кампанию и санкционировала текст обвинительного заключения.
10 декабря 2024, 08:06История
Родился в Одессе, а умер в Нью-Йорке. Жизнь и смерть сталинского прокурора Андрея ВышинскогоВышинский — яркий пример руководителя сталинского периода: жёстокого (прозвище "Ягуарьевич" ему дали сотрудники МИД), беспринципного, но преданного, работоспособного и профессионального. Без таких людей был бы невозможен экономический подъём 1930-х годов и победа в войне, но не были бы возможны и ужасные преступления сталинского периодаКлючевым был вопрос, как мрачно отметил один из защитников Матвей Оцеп, "о головах". Из общего числа подсудимых по формальным основаниям выделялась группа из десяти человек, обвиняемых по "расстрельным статьям", а государственный обвинитель Николай Крыленко требовал ещё больше "голов".
Вопрос обсуждался на расширенном заседании Политбюро с участием членов ЦК и ЦКК ВКП(б) 3 июля 1928 года. Через несколько дней Николай Бухарин в ходе встречи с опальным Львом Каменевым обмолвился о поразившем всех "правых" поведении Сталина: "он предлагал ни одного расстрела по Шахтинскому делу (мы голоснули против)".
6 июля 1928 года было вынесено решение суда, согласно которому одиннадцать обвиняемых были приговорены к "высшей мере социальной защиты" – расстрелу, но 8 июля Президиум ЦИК СССР в отношении шестерых осужденных эту меру заменил 10 годами лишения свободы.
Официальная информация в печати о том, что 9 июля 1928 года "приговор в отношении осужденных к расстрелу Горлецкого, Кржижановского, Юсевича, Будного и Бояринова приведён в исполнение", оказалась не вполне достоверной. В ходе исследования процесса т.н. "Промпартией" новосибирскому историку Сергею Красильникову удалось выяснить, что Николай Кржижановский и Николай Бояринов казни избежали. Их амнистировали "с использованием по специальности в промышленности". Это, вероятно, единственный в истории советских политических процессов случай, когда объявленный в печати исполненным смертный приговор не состоялся.
Четверо обвиняемых, в том числе двое граждан Германии, были оправданы, ещё четверо были приговорены к условным срокам наказания. Остальные фигуранты дела получили различные сроки лишения свободы.
Как было отмечено в годовой сводке Луганского окружного отдела ГПУ за 1928 год, решение суда не удовлетворило рабочих: "большинство мнений сводилось к тому, что 2/3 вредителей надо расстрелять и тогда это явилось бы хорошим уроком для всех остальных".
31 августа 2025, 08:00История
Уроки Стаханова. Почему новшества должны изменить систему90 лет назад, в ночь с 30 на 31 августа 1935 года, на шахте "Центральная-Ирмино" в Донбассе был поставлен смелый технологический эксперимент, показавший высокую эффективность новых методов планирования труда в процессе внедрения механизации в забое. Имя главного участника этого эксперимента известно всему миру. Это Алексей СтахановОдним из главных последствий "Шахтинского дела" стало усиление "спецеедства" и падение трудовой дисциплины. Это негативно сказались на производственных показателях. Специалисты стремились покинуть "опасное" производство, переходя в управленческие структуры. Но на совещании Политбюро в конце 1928 года по ситуации в Донбассе (в связи с ощутимым снижением угледобычи) Сталин заявил, что "общий баланс от шахтинского процесса, безусловно, положительный".
"Шахтинское дело" позволило советскому режиму осознать просчёты в организации показательного процесса. В первую очередь, это были слишком большой и разнообразный состав подсудимых, включая иностранных граждан, наличие значительной группы обвиняемых, полностью или частично не признавших свою вину, и очевидная декоративность рабочих, привлечённых в качестве членов суда. Кроме того, к защите обвиняемых были допущены опытные адвокаты, вскрывшие просчёты предварительного и судебного следствия. Последующие "вредительские" процессы в СССР носили уже полностью постановочный характер.
Подписывайся на
