"Как испанцы в Америке": королевско-магнатское соперничество, помешавшее польскому завоеванию России
08:00 19.05.2026 (обновлено: 08:20 19.05.2026)
420 лет назад, 18 мая 1606 года, в Москве состоялась свадьба Лжедмитрия I и польской дворянки Марины Мнишек, сопровождавшаяся первой в истории России коронацией женщины царской короной. Это событие вплотную приблизило её отца – сандомирского воеводу Юрия Мнишека – к реализации амбициозного плана по свержению короля Речи Посполитой Сигизмунда III
Правление этого монарха шведского происхождения началось конфликтом с польской знатью. Все помыслы избранного в 1587 году польским королём Сигизмунда Вазы были связаны с восшествием на престол родной Швеции. Ради этого он был даже готов передать польскую корону австрийским Габсбургам. Главным условием такой сделки являлась поддержка австрийцами Сигизмунда в борьбе за власть в Скандинавии.
Против затеявшего такую рокировку монарха возникла генеральная конфедерация шляхты и магнатов, вылившаяся в Инквизиционный сейм 1592 года для суда над государем. И хотя Сигизмунду III от нападок на него удалось отбиться, горький осадок, как говорится, остался.
Как отмечает доктор исторических наук Наталья Эйльбарт, к моменту прихода к власти Лжедмитрия I в Польско-Литовском государстве сложился заговор аристократии, планировавшей, ни много ни мало, посадить российского ставленника Мнишека ещё и на польский трон.
В качестве доказательства тому приводится сохранившаяся в шведском архиве реляция "Причины и советы Московской войны" от 1615 года, имеющая польское происхождение. В ней рассказывается о показаниях, данных пленённым в 1610 году поляками Дмитрием Шуйским.
Он сообщал, что справлявший в мае 1606-го свадьбу самозванец приказывал ему направляться с 40-тысячным войском к литовской границе в районе Смоленска. "За ним должен был наступать сам [великий] князь со своим гетманом Басмановым со ста тысячами человек, чтобы сесть на Польское королевство, если польский король потерпит поражение от своих подданных", – говорится в анонимном документе.
4 ноября 2024, 08:01История
Российская Смута – образец безгосударственного общества. Минин, Пожарский и анархисты Земское движение против польско-литовского вторжения в период Смутного времени вдохновляло представителей диаметрально противоположных идеологических доктрин. Но взгляды анархистов афишируются редко. А зря, ведь данный исторический сюжет явно повлиял на формирование федералистской теории классика анархизма Михаила Бакунина Последнее может объяснять исключительную многолюдность свадебного поезда в несколько тысяч человек, сопровождавшего Марину Мнишек в Москву. В него входили представители ряда аристократических семей, шляхта, солдаты, капелланы, музыканты, иностранные купцы – все они, вероятно, должны были двинуться с российскими войсками в обратный путь, не случись 27 мая в Москве бунт против Лжедмитрия.
Пойди события по такому сценарию, и это движение с востока наложилось бы на Сандомирский рокош (восстание) под руководством краковского воеводы Николая Зебжидовского, объявленный как раз в 1606 году.
Однако в мае того года Самозванец и около 500 его гостей были убиты в Москве, что привело к закреплению за данным событием названия "Кровавая свадьба". Пришедший к власти в результате боярского заговора Василий Шуйский разослал наиболее видных участников предприятия Мнишек (в том числе самого Юрия и Марину) по северным городам.
Примечательно, что между царём "Дмитрием" и королём Сигизмундом III отношения сложились весьма натянутые. Доктор исторических наук Вячеслав Козляков говорит об отказе королевских послов в какой-то момент даже присутствовать на свадебном пиру. Самозванец же, "не скрывая досады, стал не слишком лестно отзываться о короле и его представителях".
Но и оказавшись в плену, Юрий Мнишек продолжает интриговать против своего сюзерена. В 1608 году по Польше разошлось обращение к королю, которое Костомаров назвал "Мемориалом Мнишека". В нём аргументируется необходимость прямой интервенции польской коронной армии в Россию, в том числе для освобождения томящихся там в неволе участников "Кровавой свадьбы".
Это било по позициям Сигизмунда III, поскольку Речь Посполитая в это время была сама обескровлена внутренней смутой 1606-07 годов, но отказ помочь соотечественникам и воспользоваться слабостью России дискредитировал монарха.
4 ноября 2025, 08:00История
"Смутное время" и его особенностиДень народного единства в России отмечается 4 ноября - как праздник Казанской иконы Божией матери. И сама чудотворная икона, явленная в 1579 году, и владыка Гермоген (в то время – священник Гостинодворской церкви Казани Ермолай) сыграли огромную роль в избавлении России от интервентов, а косвенно - в установлении новой правящей династии в 1613 году"Обычай и обязанность христианских государей спасать тех, кто терпит угнетение за католическую веру. Примерами служат короли испанский, португальский и пр... Пусть нам придётся напрасно умереть здесь в тюрьме или же погибнуть иной позорной смертью, однако же его королевское величество не должен упускать великолепного случая способствовать общественному благу и славе", – поучал сандомирский воевода польского короля.
Более того, от имени "российских" сидельцев распространяются и иные прокламации, подталкивавшие Сигизмунда III к войне на востоке. Среди них особо выделяется "Московская песнь" шляхтича Павла Пальчовского.
"Если один сенатор польского королевства [Юрий Мнишек] смог посадить Дмитрия на это государство, так и далее его королевское величество со всей Речью Посполитой докажет, что сам может получить его", – безапелляционно утверждает автор, при этом красочно описывает исключительное богатство России. Алчность польской шляхты разжигалась рассуждениями о "ничтожности" московитов, завоевать государство которых, по мнению автора, будет даже легче, чем испанцы и португальцы получили "Индию".
Тем не менее Сигизмунд III в тот период не пошёл на открытый конфликт с Василием Шуйским. В 1608 году было заключено русско-польское дипломатическое перемирие, благодаря которому Юрий Мнишек вместе с дочерью Мариной обрёл свободу.
В 1609 году Юрий возвращается в Польшу, чтобы попытаться лично склонить членов Сената к официальному военному нападению на Россию. При этом он принимает образ русского аристократа: с окладистой бородой, в традиционном боярском одеянии. Мнишек позиционирует себя отцом русской царицы и вместе с официальным посольством Лжедмитрия II просит о военной помощи против "узурпатора" Шуйского.
Расчёт делался на то, что осада поляками Смоленска облегчит овладение тушинским войском Москвой. При этом Мнишек продолжал держать в поле зрения цель по ослаблению Вазы.
Между тем монарх уже принял решение о вторжении и готовится к нему. Но одним Смоленском амбициозный швед ограничиваться был не намерен, ему нужна вся Россия, а значит, клан Мнишек, сделавший ставку на "тушинского вора", ему не союзник.
В сентябре 1609 года, нарушив перемирие, польская армия начала осаду Смоленска. Казалось бы, события наконец-то стали развиваться по сценарию сандомирского воеводы. Однако Сигизмунд III игнорирует "царское" семейство Лжедмитрия II и Марины Мнишек, энергично переманивая на свою сторону тушинское воинство.
Поиздержавшийся в ходе своей "российской" авантюры и надорвавший здоровье Юрий Мнишек не может добиться от короля за своей дочерью даже признания наследства от Лжедмитрия I (Новгорода и Пскова в ленное владение).
Всё это активизирует его интриги против Сигизмунда. В то время как последний был связан событиями в России, Мнишек шлёт богатые дары в Ужгород. Там в это время планы на политическое господство строил богатейший венгерский магнат Валентин (Балинт) Другет.
В 1604 году он поддержал венгерское восстание против Габсбургов, возглавлял повстанческие войска, пользовался поддержкой у османского султана. Однако, после того как Сигизмунд Ракоци обошёл его в борьбе за лидерство в Трансильвании, Другет удалился в свои закарпатские владения, забрав с собой огромные богатства, полученные в ходе венгерского восстания.
Мнишек отправил Другету знаки монаршей власти: крытую соболями горностаевую мантию и несколько горностаевых шапок. А ещё он предложил ему руку своей младшей дочери — юной Ефросинии.
4 ноября 2023, 08:00История
Ответный удар Смуты: почему Сигизмунду не удалось стать русским царёмОдно из ключевых событий Смуты, капитуляция польского гарнизона Кремля, произошла в первых числах ноября 1612 года. К 7 ноября поляков в Москве уже не осталось, но Госдума почему-то сдвинула сроки к 4 ноября – уж не знаем, по неграмотности или по политическим соображениям (скорее первое, потому что это не единственный праздник, не попавший в дату)Всё это воспринималось в польском обществе как приглашение венгра вмешаться во властные расклады в Варшаве. Однако эта игра завершилась осенью 1609 года скоропостижной смертью 32-летнего графа Другета, ставшего жертвой отравления.
Но и это не смутило опытного политического авантюриста. В 1610 году Мнишек, а также лидер сандомирских рокошан Станислав Стадницкий, пригласили на польский престол противника почившего Другета – трансильванского князя Габора Батория. Тот приходился двоюродным внуком знаменитому польскому королю Стефану Баторию, что давало хорошие шансы в борьбе за престол Болеслава Храброго (первого польского короля).
Но 20-летний князь вступил в союз с Габсбургами, поссорившись с османами. Противостояние с ними из-за Валахии, куда Баторий вторгся в 1610 году, отнимало много сил и не давало результатов. В итоге потомок знаменитого польского короля был в 1613 году убит собственными приближёнными.
Последний удар по "высокомерному" шведу Юрий Мнишек нанёс незадолго до своей смерти. В 1611 году он внёс существенный вклад в то, что собравшийся в разгар борьбы за Москву сейм фактически отказал в финансировании коронной армии. Демонстрируя верноподданничество, Мнишек писал Сигизмунду о необходимости снести тяготы и не выпускать из рук всех достижений на востоке. Но в то же время он принуждал зависимую от себя шляхту Сандомирского воеводства и Червонной Руси голосовать против налогов на войну, а также поддерживать требования "Конфедерации столичного войска" (1612–14 годов) по первоочередному покрытию обязательств перед польскими ветеранами войны в России.
Смерть Юрия Мнишека, видимо, с облегчением была воспринята в королевском дворце. Тем не менее магнатская олигархия продолжала подтачивать центральную власть в стране, а клановые интриги стояли над государственными интересами.
Несмотря на внешний блеск и кажущееся могущество, Речь Посполитая неминуемо приближалась к своему краху.
Подписывайся на
