Политолог Абзалов: Для России Трамп лучше Байдена. Но только потому, что для него это последний срок
Политолог Абзалов: Для России Трамп лучше Байдена. Но только потому, что для него это последний срок
© РИА Новости, Владимир Трефилов
- Алексей Константинович, как вы считаете, вспыхнувшие протесты — это просто стихийное выступление или кем-то организованные действия масс?

— Я думаю, что это, как всегда, сочетание. То, что там присутствует стихийный элемент, совершенно очевидно. Более того, для меня очевидно, что далеко не все люди, которые вышли на улицы, особенно с разрушительными целями, ставили своей задачей борьбу за гражданские права афроамериканского населения. Я думаю, что они убийством Джорджа Флойда воспользовались для того, чтобы проявить свои агрессивные протестные и мародерские инстинкты. Я не верю, что люди, которые поджигают и грабят магазины, очень сильно переживают за судьбу Джорджа Флойда. Для них это просто повод показать свою сущность и воспользоваться ситуацией для того, чтобы извлечь из нее для себя какую-то выгоду.

С другой стороны, известно, что многие политики-демократы, и особенно афроамериканцы, по сути поддерживают эти протесты. То есть они осуждают вандализм, насилие, грабежи и мародерство, но поддерживают эти протесты по двум причинам. Во-первых, эти политические фигуры считают, что этой ситуацией надо воспользоваться, чтобы защитить права афроамериканского населения, а во-вторых, чтобы подорвать позиции Дональда Трампа. Потому что расширение протестов и их интенсивный характер бьют по рейтингам Трампа накануне выборов.

И здесь, я думаю, абсолютно сознательно они отказываются, например, от ввода Национальной гвардии в свои города, не применяют силу для разгона демонстраций. Для демократов эти гражданские беспорядки выгодны, потому что их кандидат на выборах Джозеф Байден, ничего не делая, просто получает сейчас конкурентное преимущество над Трампом. Просто потому, что он является кандидатом от оппозиции. А на Трампа, естественно, сейчас возлагают ответственность за то, что происходит в Соединенных Штатах и с коронавирусом, и с акциями протеста.

- То есть вы считаете, что изначально это было стихийной вспышкой, которой впоследствии решили воспользоваться политические силы?

— Да, я не думаю, что демократы имели возможность самостоятельно организовать такие выступления. Я также исключаю, что демократы вступили в сговор с полицией Миннеаполиса, чтобы она убила афроамериканца. Такой сценарий звучит довольно бредово.

Но то, что они увидели здесь шанс для себя развернуть эту ситуацию против Трампа (тем более что Трамп не демонстрирует какого-то эффективного подхода к этим бунтам), — это безусловно. Но это законы политики: если власть упускает инициативу, то ее пытаются перехватить другие.

- Укладывается ли в эту логику ситуация в Нью-Йорке, например, где глава полицейского профсоюза Эд Муллинс заявил, что полиция «теряет» город из-за действий, а вернее, из-за бездействия местных властей, чинящих препятствия работе правоохранителей? Ведь мэр Нью-Йорка Билл де Блазио тоже демократ.

— Мэры — это ведь люди выборные, и они не хотят брать на себя ответственность за силовые акции полиции. Поэтому они не хотят и Национальную гвардию, а тем более армию пускать в свои города. Потому что мэр, который возьмет на себя ответственность за силовые акции, становится очень уязвим на ближайших же выборах. Его оппоненты скажут, что он не нашел разумных путей решения этого вопроса, не способен управлять городом, обратился к Национальной гвардии, фактически отдал свои полномочия силовым структурам, и поэтому этого мэра надо переизбирать, — он доказал свою несостоятельность.

Поэтому помимо симпатий к афроамериканскому протесту и желания подставить Трампа тут есть третий момент, объясняющий позицию некоторых мэров и губернаторов. Он заключается в том, что им потом переизбираться: те из них, кто хочет сохранить свои посты, не хотят быть авторами непопулярных решений. Потому что люди, которых разгонят, потом будут голосовать против них. Это момент учета избирательного контекста.

- Вы сказали, чем беспорядки невыгодны Трампу. При этом некоторые американские эксперты уже высказали такую точку зрения, что текущая ситуация может, напротив, сыграть на руку президенту и помочь ему отыграться за неудачи в борьбе с пандемией. Что вы думаете по этому поводу?

Политолог Серенко: Ситуация с протестами в США выгодна и Трампу, и Байдену
Политолог Серенко: Ситуация с протестами в США выгодна и Трампу, и Байдену
© предоставлено Андреем Серенко
- Мне кажется, эта ситуация для Трампа в любом случае очень неприятная. С каким результатом он из нее выйдет, сейчас предсказать невозможно — для этого нужны замеры общественного мнения. Из тех опросов, о которых я слышал, ясно, что Байден как кандидат в президенты сейчас опережает Трампа примерно на 10 пунктов. И это притом что еще в январе после провала затеи с импичментом против Трампа, когда он был на коне, у него было явное преимущество перед любым демократическим кандидатом, включая Байдена.

Может ли ситуация с эпидемией и ситуация с расовыми волнениями в США сыграть в пользу Трампа? Пока не вижу этого. Дело в том, что применение военной силы поможет решить вопрос, но это не сделает Трампа популярнее. А ее неприменение тоже не сделает его популярнее, потому что он будет выглядеть как пассивный президент. То есть любое решение для него чревато негативными последствиями.

- И совсем нет возможности выйти сухим из этой истории?

— Единственный шанс для Трампа — это то, что до конца лета уйдет острая фаза эпидемии, будет покончено с расовыми волнениями и постепенно начнет восстанавливаться экономика, потому что экономика была самым сильным его козырем. У него середина срока пришлась на активизацию экономического цикла в Соединенных Штатах: у них были хорошие темпы роста — до 3,5%, очень низкая безработица. И если экономика начнет восстанавливаться к ноябрю, тогда у Трампа есть шанс.

Если эпидемия продлится и волнения продлятся, я думаю, ему будет весьма сложно победить на выборах. Байден слабый кандидат, и это играет в пользу Трампа, но ситуация в стране на данный момент играет все-таки против него.

- Как думаете, будет ли Байден сейчас пытаться подчеркнуть свою связь с предшественником Трампа Бараком Обамой? Может ли это сыграть ему на руку?

— Барак Обама популярен среди либеральной части американского общества и, безусловно, афроамериканского населения. Хотя есть афроамериканцы, которые не голосовали за Обаму, — это, как правило, представители состоятельных классов. Но с учетом того, что Обама по-прежнему популярен в США, тем более что сейчас он ни за что не отвечает, критиковать его не за что, — да, я думаю, что принадлежность Байдена к команде Обамы, статус вице-президента при нем — это один из козырей Байдена.

- Возвращаясь к предвыборной кампании Трампа, как вы расцениваете предложение американского лидера расширить состав G7 до G11? Это очередное предвыборное заявление?

— Нет, не думаю, что это предвыборное заявление. Я думаю, здесь речь о другом. Трамп как человек крупного бизнеса отличается достаточно большим чувством реальности, я бы сказал, здравого смысла. Чего не было у Джорджа Буша-младшего, у которого вместо реальности в голове был "компот", который помешивал ложкой вице-президент Дик Чейни. И этот "компот" побудил Джорджа Буша — при очень сильном лоббировании со стороны Чейни — начать войну в Ираке, что было абсолютно проигрышной историей с самого начала.

А вот у Трампа правильные инстинкты. Он не стал посылать вооруженные силы в Сирию — я имею в виду вооруженные силы, которые стали бы принимать там участие в боевых действиях. Он заканчивает войну в Афганистане. То есть у него достаточно развит здравый смысл: он знает, какие ситуации для него и США выигрышные, а какие — проигрышные.

И он прекрасно видит, что «Большая семерка» устарела, не вызывает такого интереса, как раньше. Видит, что встречи «Большой семерки» стали виртуальными посиделками друзей Соединенных Штатов Америки, что от таких людей, как [премьер Канады Джастин] Трюдо, в мире вообще ничего не зависит, кроме поддержки движения ЛГБТ. Поэтому у Трампа, мне кажется, возник вполне оправданный скептицизм относительно «Большой семерки». Тем более он усилился, когда у него обозначились серьезные разногласия с [канцлером ФРГ] Ангелой Меркель по целому ряду вопросов, и она отказалась приехать на встречу, которую он хотел провести в июне.

И Трамп сделал из этого справедливый вывод, что надо «Большую семерку» расширять если не за счет официальных членов, то хотя бы за счет приглашенных. Потому что иначе ее выдавливает на обочину мировой политики «Большая двадцатка», которая гораздо лучше представляет современный мир, в котором много полюсов, много крупных региональных держав. И чтобы не проиграть это соревнование с "Большой двадцаткой" за мировое внимание и за мировое влияние, Трамп пытается найти страны, которые можно было бы подтянуть к деятельности «Большой семерки». Он считает, что это подтвердит накануне выборов его лидерский потенциал. Это одна причина.

Ищенко о протестах в США: Победа Трампа может закончиться тюрьмой для многих демократов
Ищенко о протестах в США: Победа Трампа может закончиться тюрьмой для многих демократов
© РИА Новости, Нина Зотина
Вторая причина более скрытая, но присутствует. Трамп уже давно думает, как обуздать Китай. И его пресс-служба пробросила что-то вроде того, что на саммите «Большой семерки» с новыми приглашенными участниками надо бы обсудить будущее Китая. То есть Трамп вынашивает идею если не создания антикитайской коалиции, то во всяком случае некой платформы, на которой будет формулироваться политика в отношении Китая.

- Имеет ли смысл в таком случае России принимать приглашение, если оно когда-нибудь поступит?

— Конечно, этот антикитайский крен ставит вопрос перед Россией, надо ли ей участвовать в таком мероприятии. Очень много неизвестного остается насчет этого приглашения. Трамп такой человек: он формулирует что-то без предварительной проработки, а детали никому непонятны. Уже премьеры Канады и Великобритании выступили против присутствия России на саммите «Большой семерки» даже в качестве гостя.

То есть Трамп вбрасывает идею, которая может быть сама по себе верной, но в силу того, что она мало проработана, насчет ее реализации на сегодняшний день мало что можно сказать.

- Как далеко Трамп может зайти в своем противостоянии с Китаем? Станет ли он использовать фактор Гонконга или реальных экономических санкций?

— Соединенные Штаты уже приняли ряд санкций против Китая: индивидуальные санкции недавно были приняты против крупных китайских чиновников из-за обвинений в так называемом нарушении прав уйгурского населения Китая. Сейчас внесен в сенат законопроект, по которому Соединенные Штаты могут принять экономические санкции против Китая из-за распространения коронавируса. И [госсекретарь США Майк] Помпео дал понять, что могут быть приняты санкции из-за Гонконга. Так что я думаю, какая-то сумма новых санкций будет принята против Китая.

Сейчас отношения между США и Китаем переходят в фазу политической войны. И никаких движений в сторону примирения с Китаем Трамп не демонстрирует. Поэтому я думаю, что финал его президентства будет раскрашен в антикитайские цвета.

- Это носит долгосрочную перспективу и будет актуально и после выборов?

— Это зависит от того, как пройдут выборы. Дело в том, что Байден, если станет президентом, внесет некоторые изменения во внешнюю американскую политику. Это не значит, что улучшится отношение к России, более того, я думаю, что на уровне риторики и правозащитной тематики оно даже ухудшится.

Но Байден может скорректировать антикитайский крен в американской политике. Обама с Китаем был более аккуратен, чем Трамп. Конечно, объективно Китай и Соединенные Штаты — это соперники. Поэтому в политике Байдена тоже, безусловно, будет антикитайское начало. Весь вопрос — в степенях. Тем более что если дело дойдет до большой экономической войны между Китаем и США, то еще неизвестно, кто выиграет.

Трамп — человек популистского типа, ему важно произвести впечатление решительного лидера, поэтому он сейчас нагнетает эту антикитайскую истерию. А Байден, я думаю, будет более сдержанным в отношениях с Китаем, хотя, повторяю, соперничество сохранится. В любом случае прогнозировать американо-китайские отношения после выборов очень сложно.