Каждую пятницу в центре Донецка объявляется джентльмен довольно экстравагантной наружности. Он похож на испанского конкистадора. Или на персонажа из чешских фильмов-сказок времен процветания социалистического лагеря. Или на человека из рок-н-ролльной тусовки Нью-Йорка. В общем, персона вне времени, но для любого пространства, где, разумеется, есть творческий вызов. Это Виктор Иванович Бурдук, глава гильдии кузнецов, которому из всех возможных эпох и территорий судьба для жизни и деятельности отвела военные времена в Донбассе.

В центр города со своего хутора, надо заметить, высокохудожественного, главный кузнец этих краев прибывает не просто так. По старинной традиции, он, сын моряка и сам в прошлом моряк, должен в пятницу выпить стаканчик рома под пряную селедку, встретиться с кем-то из партнеров, соратников и единомышленников, потолковать о перспективах и выстроить новые проекты. Так повелось, что все это происходит в ресторации донбасской кухни «Квасберри». Хорошее, согласитесь, название, многослойное. С одной стороны, нечто английско-ягодное, но на самом-то деле — квас бери, не раздумывай особо, доставь себе радость общения с исконной кухней и напитками.

Стальная пальмовая республика. Столица ДНР размашисто отмечает славный юбилей
Стальная пальмовая республика. Столица ДНР размашисто отмечает славный юбилей
Дончане — известные патриоты своего края, в чем-то квасные даже, да. Это тоже такая традиция, передающаяся из поколения в поколение. А Виктор Бурдук — хранитель традиций, и морских, и кузнечных, и рок-н-ролльных, и всяких других. Но еще он закладывает новые традиции и трепетно их поддерживает. Ему принадлежит идея уникального, единственного в мире Парка кованых фигур рядом с донецкой мэрией. И воплощение замысла в жизнь, разумеется, тоже его. Доказывать возможность делом — это, знаете ли, очень по-донецки.

Поводов встретиться с главным кузнецом Донбасса, разумеется, в пятницу, на бульваре Пушкина в Донецке, у меня была сразу целая обойма.

Во-первых, мы старинные друзья и давно не виделись. Во-вторых, он привез мне из Атлантик-Сити футболку из тамошнего «Hard Rock Cafe», в ответ на мой подарок ему — тоже футболку, тоже из «Hard Rock Cafe», но московского — с серпом, молотом и красной звездой. В-третьих, Донецк только что отпраздновал свое 150-летие, и по этому случаю в Парке кованых фигур была установлена очередная арка, на этот раз со Звездой Героя, которой некоторое время тому назад был награжден обороняющийся город. Самое же главное — Донецк стоит на пороге XXI кузнечного фестиваля.

Собственно, фестиваль и Парк кованых фигур — это единый и неделимый проект. Суть его, упрощенно говоря, такая: раз в год собираются кузнецы, раньше со всего света (включая такие «медвежьи углы», как Япония, Канада или Бразилия, теперь, понятное дело, география скромнее), в рамках предложенной устроителями концепции творят из металла чудеса, которые потом остаются в Донецке и составляют цельное и крайне привлекательное собрание скульптур. Если считать только крупные изваяния, то их уже 230. Имеются настоящие шедевры кузнечного искусства. Если учитывать и миниатюры, то экспонатов куда больше. Бурдук уверяет, что в мире такого парка, сколько ни ищи, не обнаружишь. И я ему верю.

- Виктор Иванович, я только что прошелся по Парку кованых фигур, в который раз уже убедился, как он прекрасен.

— А заметил, что он начинает постепенно приходить в упадок?

Дрова и утки «Донбасс Арены». Как в Донецке отметили десятилетие самого красивого стадиона Европы. Фоторепортаж
Дрова и утки «Донбасс Арены». Как в Донецке отметили десятилетие самого красивого стадиона Европы. Фоторепортаж
© Руслан Мармазов

- До таких резких оценок я, честно говоря, не добрался. Но, понимая, что металлические фигуры на открытом воздухе нуждаются в систематическом обслуживании, ремонте, как раз и хотел поинтересоваться: как обстоит дело с этим? Если в Донецке и есть что-то абсолютно уникальное, так это Парк кованых фигур. Если он будет разрушаться — это трагедия, без преувеличения.

— Мне кажется, что уникальность этого объекта не ощущают сами дончане. Да, понятно, что это интересная работа кузнецов — мило, симпатично, можно сфотографировать на память. Но нет понимания, насколько это на самом деле круто, что такого нет больше нигде в мире. Я и сам, откровенно говоря, не в полной мере это ощущаю. Потому что сам это все делал, привык, наверное. Если абстрагироваться, глянуть со стороны — уникальное явление. Когда ко мне приезжают иностранные делегации и я показываю им парк, они изумляются: «Ничего себе! Как ты это сделал? Собрать столько удивительных экспонатов в одном месте…»

- Имеешь в виду иностранных кузнецов?

«Яйцебой» в Донбассе. В Донецке на Пасху воевали в шутку и красиво. Фоторепортаж
«Яйцебой» в Донбассе. В Донецке на Пасху воевали в шутку и красиво. Фоторепортаж
© Олег Измаилов
— Не обязательно. Просто гостей города. Они по-другому к этому относятся. А наши земляки часто считают, что ничего удивительного. Живем ведь в Донецком крае, верно? Подумаешь, из металла чего-то наделали…

- Времена сейчас сложные, военные. Серьезно подозреваю, что проблемы содержания Парка кованых фигур упираются в тему финансирования.

— В значительной степени. В довоенные времена мы спокойно два раза год, к 1 мая и ко Дню шахтера, производили ремонт, даже безо всякой предоплаты. Знали, что город потом рассчитается. Правда, и у меня были возможности, работала кузнечная фирма, были заказы, а следовательно, имелись деньги, которыми можно было перехватиться. Мэр Донецка Александр Лукьянченко знал, что мы не подведем. Потом деньги перечисляли, и все нормально. Сейчас так не получается. И кузнечная фирма, считайте, не работает, и у города денег нет.

- У Донецка нет денег?

— У города вообще нет своих средств, он их может получить только из республиканского бюджета. А это крайне сложно — не выпросишь. Когда началась война, в 2014 году, я еще все делал за свой счет. Если бы моя фирма работала, так это бы еще было ничего. Слава Богу, «Зеленстрой» подключился. В этом году на него возложили обязанности наводить порядок в парке. Они хотя бы как-то красят фигуры. Ну, как красят? Кисточкой, как забор. Металлические скульптуры, конечно, требуют совсем другого подхода. Но хотя бы так. Требуется много сварочных работ, что-то отломалось, что-то поржавело. Может, кто-то этого даже пока не видит, но я-то замечаю, когда прохожу. Где-то нет детали, где-то двух… Нет хозяина, увы. Было бы у меня лишних 500 тысяч долларов, я бы попросил, чтобы мне этот парк сдали в аренду, сам бы все делал. Но денег нет.

- Ты давно говоришь, что Парк кованых фигур должен получить статус музея. Считаешь, это как-то поможет делу?

Донецк: Не сметь стрелять в нашего мамонта! Фоторепортаж
Донецк: Не сметь стрелять в нашего мамонта! Фоторепортаж
© Павел Нырков
— Этот вопрос я поднимал еще до войны. Начали его прорабатывать, но на киевском уровне все заглохло. Сам понимаешь, оно надо Киеву, чтобы в Донецке был уникальный музей? Но сейчас же, вроде бы, своя рука владыка. Делайте!

- А кто должен принять подобное решение?

— Если это муниципальный музей, то мэр города. Он в принципе не отказывается, только у него бюджета нет. А я говорю: давайте пока хотя бы на бумаге оформим. Это же единственный музей в мире, и он находится в Донецке!

- В законодательное поле такого рода преобразования вписываются?

— Вполне. Музей декоративно-прикладного искусства и ремёсел — в  законодательстве имеется такая категория. Есть, конечно, организационные нюансы, но они решаемы. Сейчас снова готовим расширенную записку, излагаем свои резоны, зачем нужен музей. Отправим руководству. Для меня, бесспорно, музей — это одни плюсы. Надо разрешить зарабатывать на этом музее тем, кто будет им управлять. Сами себя будут окупать.

- При сегодняшнем положении дел сколько парк еще может продержаться?

Артикуляция войны. Дончане избавляются от своего оригинального произношения старательно и под музыку
Артикуляция войны. Дончане избавляются от своего оригинального произношения старательно и под музыку
© предоставлено автором
— Когда точка невозврата? Сложно прогнозировать. Ряд скульптур мы отремонтировали. Ставили сейчас ко Дню города новую арку, смотрю: бабушка приносит листочки, говорит, отвалились от такой-то скульптуры. На Аллее мистики стоит фигурка Доброго Шубина (что-то типа шахтного домового, покровитель горняков. — Ред.), у него была рука с шахтерской лампой, отломалась, болтается. Мужик стоит, рассматривает, пытается починить. Вижу, надо серьезно заниматься. Мы ее отрезали, отремонтируем, потом приварим. По мелочам стараемся поддерживать… Сейчас, думаю, опять упадет Птица-банкир (одна из популярных скульптур парка — Ред.). Люди ее обнимают на счастье, она расшатывается. Пять раз уже переваривали.

- Падение Птицы-банкира — это момент классовой борьбы.

— Можно даже без птицы, просто банкира.

- 21 сентября стартует XXI кузнечный фестиваль. Насколько он будет представительным, если сравнивать с довоенными временами?

— Сейчас мы не очень печемся о представительности. Понимаем, что нам просто надо сохранить традиции и, по возможности, их приумножить. Надо трезво оценивать ситуацию. Приведу пример. В прошлом году был XX фестиваль, он получился совершенно потрясающим. Мы делали в том числе часовню Космы и Дамиана. Создавалась она по эскизам российского кузнеца и преподавателя, большого авторитета в нашем деле Владимира Сохоневича. Он намеревался приехать на фестиваль, все же такой необычный проект — кованая часовня, да по его эскизу. Но потом передумал. Может попасть под санкции, появятся сложности с въездом в Европу. Вот, спрашивается, какое представительство может быть при таких раскладах? С Украины ребята, которые объективно понимают ситуацию, тоже хотели бы приехать. Но опасаются по понятным причинам. В общем, вышло так, что мы никого не приглашаем. Участники приезжают сами по себе, истинные друзья.

В Донецке перекуют мечи на часовню
В Донецке перекуют мечи на часовню
© Facebook, Виктор Бурдук | Перейти в фотобанк

- Как Брежнев в старом анекдоте: «Кто помнит — придет».

— Примерно так. Крымчане приезжают. В прошлом году были пермяки. И в этом году будут россияне из близлежащих областей. Но я принципиально никого не тяну, не приглашаю. На данный момент — не это главное.

- В былые времена у фестивалей были тематические истории. Перед Евро-2012 — футбол, знаки Зодиака делали, сказочных героев, беседку для молодожёнов и так далее. В этом году тематика есть?

— Разумеется! Мы пережили XX фестиваль, отметили его знаком, который будет долго стоять, — часовней. К слову, наш фестиваль третий в Европе по старшинству. Первый в Чехии, второй в Италии, третий у нас. Мы прошли веху — ХХ фестиваль. Было отдано много сил, сделали, все прекрасно получилось. Потом долго ощущалась эмоциональная пустота, творческие силы были выплеснуты. Потом стали восстанавливаться, думать, размышлять. Была у меня давняя тема — «Время. Состояние. Рок».

- Вообще-то, звучит всеобъемлюще.

— И, думаю, сейчас наступило время, чтобы она заиграла. У нас, во всяком случае, есть такая мотивация. На дворе XXI век — надо все делать по-новому. XXI фестиваль, 21 сентября, в этом много символизма… Словом, хватит ковать листочки, розочки, завиточки. Надо более концептуально подойти к металлу. В принципе, это тема для несколько будущих фестивалей. Скольких — это определит история. Как уж будет получаться! В этом году открываем ряд скульптур. Пока еще думаем, как назвать — аллея, поляна…

«Время. Состояние. Рок» — это работа не одного года. Тема обширная, будем постепенно пытаться ее раскрывать. Время течет, каждый момент имеет свое состояние, и все это — неизбежность — рок. Как все это увидит кузнец, пока не понятно.

На долгую-долгую память. Донецкие сувениры времен текущей войны
На долгую-долгую память. Донецкие сувениры времен текущей войны
© Павел Нырков
- Раньше ковали листочки, а теперь — смыслы?

— Да, пришло время ковать концепцию. XXI век — время новых решений, свежих подходов. Посмотрим, насколько получится.

- В последней фразе слышу некоторое сомнение, тебе не слишком свойственное.

— Так тяжело же. Мало профессиональных кадров, кузнецов, художников. Кто-то уехал, кто-то нас бросил… Тем не менее, мы зарядились темой. В этом году создадим скульптуру, которая, уже не секрет, будет называться «Сто пятьдесят».

- Это в связи с юбилеем Донецка?

— Понимай как хочешь. Это будет первый пример нашего видения. Фестиваль, правда, будет простеньким, обычным, традиционным. Кроме собственно кузнечной части, наездники выступят, силачи, исторические фехтовальщики. Внутри большого действа состоится Х рок-фестиваль. Естественно, будет братчина — каша в большом котле. И новая скульптура, которая, надеюсь, совершенно по-иному будет смотреться.

- Новая арка, установленная к 150-летию Донецка, стоит на гильзах от снарядов. Война подтолкнула к соответствующим материалам, образам. И не только кузнецов. Смотрю, в Донецке предлагают сувенирные ножи из осколков, на бульваре Пушкина торгуют бусами из боеприпасов. Это перековка мечей на орала? Защитная реакция? Что это вообще такое?

Те же яйца, только строже. Чем военный Донецк отличается от себя довоенного
Те же яйца, только строже. Чем военный Донецк отличается от себя довоенного
© Twitter, Александр Жучковский | Перейти в фотобанк
— Вопрос очень широкий. Для кого-то это просто материал для сувениров. Нормальная ситуация, мастер что-то модное делает, зарабатывает на кусочек хлеба. А для кого-то тема — именно что перекуём мечи на орала. Был случай, когда я вырвался из Донецка на конференцию Ассоциации европейских кузнецов. Поехал вместе с дочкой, она у меня и за переводчика, и за компаньона по этому проекту. Мы, кстати, до сих пор являемся членами континентальной ассоциации.

- Выступали на конференции?

— Как раз об этом и хочу рассказать. Поскольку мы редкие гости, вместо одной минуты, как каждому городу, нам дали пять минут. Провели презентацию. Мы не говорили, что идет война. Говорили, что живем в состоянии кризиса. Показали некоторые разрушения — разбитый Свято-Иверский монастырь, кладбище возле Донецкого аэропорта… А вот, смотрите, кузнецы продолжают работать — фестивали 2014, 2015, 2016, 2017 годов. Вывели, откуда мы берем силы для творчества в этой обстановке.

- И откуда?

— Из реакции людей. Если бы они не приходили к нам со слезами на глазах, с благодарностью, мы бы не смогли ничего создать. Эта мотивация очень серьезно подвигает нас в самой ужасной обстановке что-то создавать. Именно перековывая мечи на орала. Мы призываем к этому всех.

- Как европейская аудитория отреагировала на ваше выступление?

Мирча Луческу: Я живу довоенным Донецком
Мирча Луческу: Я живу довоенным Донецком
© MARMAZOV.RU | Перейти в фотобанк
— Реакция была просто неописуемой. Работа конференции остановилась. Люди подходили к нам… Признаюсь, я спрятал глаза за темные очки, чтобы не видно было слез. Дочка выступала, а я стоял в сторонке. Не смог бы говорить… Люди подходили, обнимали, целовали. Пошли спонтанные выступления, мол, вспомните, как было во время Второй мировой войны — пушки стреляли, а музыканты продолжали играть. Посмотрите, что делают кузнецы в Донецке — не просто работают для людей, а подают всем пример.

Для европейцев это был шок. Они ведь толком не знают, что у нас происходит. Мы не поднимали никаких флагов, не трогали политику. Но у нас есть своя миссия. Призываем не воевать, а жить, творить. На фестивале 2014 года, когда трагедия только заваривалась, мы ковали голубей мира. С тех пор все наши работы, конечно, навеяны войной. Сейчас — 150 лет Донецку. Вроде бы почти отошли от темы войны. Но в арке, которую ты упомянул, в ее основании действительно остались гильзы.