Давно ничего нового не случалось в посмертной биографии Михаила Лермонтова. И вот, аккурат перед 27 июля 2019 года (178 лет со дня смерти) трое неизвестных уничтожили известный барельеф поэту в Кисловодском национальном парке. Барельеф этот был установлен в 1948 году, изготовил его скульптор Григорий Валуйский. Скорее всего, барельеф хотели украсть, но не справились с задачей, слишком тяжёлым и неудобным для транспортировки оказался великий поэт. На вредительство ушло около минуты — один из вандалов влез на барельеф, вырвал его из стены, после чего детище Валуйского было разбито о плитку.

Не сама литература прошлого, но всё, что около неё, — это огромная компостная яма, в которую свалены письма, записки, черновики, споры, случайные фразы, взгляды и т.д. Всякий новый исследователь подходит к этой яме и выуживает что-то подходящее да стоящее, примеривает, подходит или нет, берёт, интерпретирует, выдаёт на-гора «новое». Отсюда все эти бесконечные новые биографии великих, когда об одном и том же, но своими словами не устают писать новые биографы. В случае с Лермонтовым всё вообще до трагичности скудно да коротко. На гербе рода Лермонтовых была надпись «SORS MEA IESUS» (Судьба моя Иисус), сам поэт не дожил даже до роковых тридцати трёх лёт, погиб на двадцать седьмом году. Это сегодня мы оперируем понятием «Клуб 27» (Джими Хендрикс, Курт Кобейн, Эми Уайнхаус и т.д.), а раньше ни о каком «Проклятии 27 лет» никто и слыхом не слыхивал, зато существовало знание о другом проклятии.

Проклятие рода Лермонтовых

Ровно 178 лет назад пуля, выпущенная кавалергардом Николаем Мартыновым, оборвала жизнь поэта, который, по словам Николая I, «мог заменить нам Пушкина». Проклятье рода Лермонтовых состояло, прежде всего, в том, что Лермонтовы не только рано уходили из жизни, но и были глубоко несчастны в любви. Дед поэта из-за несчастной любви покончил с собой, выпив стакан «какой-то дряни», мать умерла в 21 год от чахотки, отец окончил путь земной в 44 года. Бабушка, сильная, богатая, властная и знатная женщина, никогда не знавшая женского счастья, обожала маленького Мишеньку. Обожала до того неистово, что спустя многие годы кто-то из современных школьников умудрился написать в сочинении, что Лермонтов родился у бабушки в деревне, пока его родители были в Петербурге. Бабушка в Мишеньке души не чаяла, все остальные были иного мнения о поэте: жёлчный, злобноватый, острый на язык.

Если сопоставить зеркальные годы (1814 и 1841) рождения и смерти Лермонтова, то довольно легко поверить в «лермонтовское проклятье». Спустя сто лет после рождения Лермонтова началась Первая мировая война, а спустя двести лет — одна из самых кровопролитных войн современности, война на Донбассе. Столетье гибели поэта не прошло для потомков незамеченным. В 1941 году началась Великая Отечественная война, унесшая миллионы жизней советских людей. В 1964 году (150-я годовщина со дня рождения) Анна Ахматова сказала Анатолию Найману: «Это Лермонтов. В его годовщины всегда что-то жуткое случается. В столетие рождения, в 14-м году, Первая мировая, в столетие смерти, в 41-м, Великая Отечественная. Сто пятьдесят лет — дата так себе, ну и событие пожиже. Но всё-таки с небесным знамением…» Событие пожиже — снятие с должности Никиты Хрущёва. А в 150-ю годовщину со дня гибели поэта распался СССР. Можно предположить, что тут еще не конец этого трагического ряда.

Дар бесценный

Юношей Лермонтов написал своё знаменитое стихотворение «Предсказание», в котором не иносказательно, а очень даже в лоб описал события 1918 года.

Настанет год, России чёрный гол,
когда царей корона упадёт;
забудет чернь к ним прежнюю любовь,
и пища многих будет смерть и кровь…

За небольшое время до трагической гибели Лермонтов предсказывает собственную смерть через строки стихотворения «Сон»:

В полдневный жар в долине Дагестана
с свинцом в груди лежал недвижим я;
глубокая ещё дымилась рака,
по капле кровь точилася моя.

В пятнадцать лет в коротеньком наброске «Моё завещание» Лермонтов писал, чтобы на его могилу положили камень и «пускай на нём ничего не будет написано, если одного имени моего не довольно будет доставить ему бессмертие».

Кофейная гадальщица

Её называли Александрой или Шарлоттой. Фамилию писали по-разному: и Киргоф, и Киргхоф, и Кирхгоф. Что касается отчества, то их тоже больше, чем одно. То ли Филипповна, то ли Фёдоровна. Она гадала на кофейной гуще и картах. Это она в 1811 году предсказала Александру I, что его дела пойдут блестяще, если он будет действовать смело и энергично. Это она предсказала Пушкину смерть от «человека в белом», а Грибоедову — страшную смерть на чужбине.

Скоропостижную гибель Лермонтову предрекла ещё акушерка, едва не выронившая новорождённого. Акушерка перекрестилась и сказала, что мальчик умрёт не своей смертью. Александра Кирхгоф это подтвердила, предсказала Лермонтову смерть от руки человека, который не умеет убивать. Весной 1841 года у Пяти углов, где жила гадальщица, побывал Лермонтов. Поэт тогда надеялся уйти из армии, посвятить себя полностью литературе. Лермонтов спросил у гадальщицы, будет ли он выпущен в отставку и останется ли в Петербурге. Ответ гадальщицы оказался неутешительным, она сказала, что в Петербурге поэту больше не бывать, не бывать и отставке от службы, что ожидает его другая отставка, «после которой уж ни о чём просить не станешь».

Дуэль

О дуэли Михаила Лермонтова с Николаем Мартыновым было запрещено писать три десятилетия после смерти поэта. Позже были написаны и опубликованы множественные тома исследований, но точности всё равно нет. За Лермонтовым к 26 годам числились три дуэли. Июль — месяц довольно нестабильный с точки зрения кавказской погоды. Грозу сменяет солнце, солнце сменяется грозой, по кругу, несколько раз в сутки, то дождь срывается, то град, то ветер, то затишье. И сейчас, в июле 2019 года, что в Кисловодске, где Лермонтов любил бывать, что в Пятигорске, последнем пристанище поэта, грозы — явление ежедневное и привычное. 27 июля 1841 года к часу дуэли (в седьмом часу вечера) между Лермонтовым и Мартыновым в горах разразилась страшная гроза. Тело поэта под проливным дождём пролежало несколько часов, пока в город ездили за лекарем и извозчиком для перевозки трупа в Пятигорск.

Лермонтов был убит с десяти шагов (около шести с половиной метров), почти в упор. Из рассказа очевидца дуэли, секунданта поэта, князя Александра Васильчикова: «Мы отмерили с Глебовым 30 шагов; последний барьер поставили на 10-ти и, разведя противников на крайние дистанции, положили им сходиться каждому на 10 шагов по команде «марш». Зарядили пистолеты. Глебов дал один Мартынову, я другой Лермонтову, и скомандовали: «Сходись!» Лермонтов остался стоять неподвижно и, взведя курок, поднял пистолет дулом вверх, заслоняясь рукой и локтем по всем правилам опытного дуэлиста. В ту минуту, и в последний раз, я посмотрел на него и никогда не забуду то спокойное, почти весёлое выражение, игравшее на лице поэта перед дулом пистолета, уже направленного на него. Мартынов быстрым шагом подошёл к барьеру и выстрелил. Лермонтов упал, словно его скосило на месте, не делая движений ни взад, ни вперёд, не успев даже захватить больное место, как это обычно делают люди раненые или ушибленные. Мы подбежали. В правом боку дымилась рана, в левом — сочилась кровь, пулей были пробиты сердце и легкие».
Из вечной немоты

Лев Толстой писал о Лермонтове так: «Какие силы были у этого человека! Что бы сделать он мог! Он начал сразу, как власть имеющий. Его «Бородино» — это зерно моей «Войны и мира». Поживи Лермонтов чуть дольше — не нужен был бы ни я, ни Достоевский».

Удивительно то, что город Пятигорск в русском жестовом языке можно показать как два пистолета, которые смотрят друг на друга, олицетворяя дуэль Лермонтова и Мартынова. «Отравленный войной» Лермонтов ушёл в вечную немоту, но и из неё продолжает целиться то ли в Мартынова, то ли в нас, ныне живущих.

А что Мартынов?

Николай Мартынов порывался написать воспоминания о Лермонтове. Скорее всего, ему хотелось оправдаться перед современниками и потомками. Два раза он начинал свои записи и дважды их бросал. Дальше воспоминаний об учёбе в юнкерской школе Мартынов ни первый, ни второй раз не продвинулся. Второй Дантес дожил до 60-ти лет и скончался через 34 года после дуэли. Он хотел, чтобы его похоронили в селе, которое принадлежало его отцу под Москвой, в отдалённо стоящей могиле, без каких либо надписей, чтобы никто не мог понять, что это могила убийцы Лермонтова, но этого не сделали.

За дуэль Мартынов был приговорён военно-полевым судом к разжалованию и лишению всех прав состояния, однако по окончательному приговору, конфирмованному Николаем I, приговорён к трёхмесячному аресту на гауптвахте и церковному покаянию. В течение нескольких лет отбывал епитимию в Киеве. Мартынов умер в 1875 году и был похоронен в фамильном склепе рядом со Знаменской церковью в селе Иевлево. Могила Мартынова не сохранилась, так как в 1924 году в усадьбу переселилась Алексеевская школьная колония МОНО, ученики которой в порыве мести за убийство Лермонтова разорили склеп, а останки убийцы поэта утопили в ближайшем пруду.

P.S.

Жизнь… Нет, не жизнь, а смерть навсегда связала имена Пушкина и Дантеса, Лермонтова и Мартынова. Пока мы помним Лермонтова, Мартынов будет жить. Это его проклятие. Это его призрак ходит по Курортному бульвару Кисловодска. Это его фанаты взобрались в ночь на 24 июля 2019 года на барельеф великому русскому поэту в надежде уничтожить часть нашей памяти.