"Электрическое сердце Украины". 105 лет с начала проектирования Днепрогэс

Значение электроэнергетики для советского проекта исчерпывающе определяется классической формулой В.И. Ленина: "Коммунизм – это есть Советская власть плюс электрификация всей страны". Для воплощения этого лозунга был разработан знаменитый план ГОЭЛРО, один из пунктов которого предполагал строительство гидроэлектростанции на Днепре в районе порогов.

Такая ГЭС позволяла бы решить сразу две основные задачи: обеспечение электроэнергией "Приднепровского района, Криворожского района и северной части Таврической губернии" и обеспечение беспрепятственного судоходства по Днепру после затопления порогов.

Постановлением Комитета государственных сооружений от 5 марта 1921 года "составление как основного проекта станции, так и проекта временных построек" поручалось видному русскому инженеру Ивану Александрову. Выходец из семьи врачей, выпускник Московского инженерного училища путей сообщения, он ещё до революции занимался проектированием железных дорог и мостов, а также мелиоративных сооружений.

Спустя год с небольшим секция энергетики Госплана постановила выделить на проектирование необходимые суммы, принять меры к отведению земель под зону затопления и учредить комиссию, которая должна была выработать два варианта проекта. Однако, Совнарком урезал финансирование Днепростроя на 1922 год с требуемых 90 тысяч "довоенных рублей" до 20 тысяч.

В "Известиях ЦИК СССР и ВЦИК" от 5 декабря 1923 года Александров опубликовал статью "Электрификация и шлюзование днепровских порогов" с подробным экономическим обоснованием проекта:

"Чтобы иметь ток в 1930 году, надо начать постройку Днепровской централи с осени 1924 года, а закончить проектировку и изыскания в течение 1923/24 бюджетного года".

Совнарком УССР предлагал начать строительство с января 1925 года, предполагая завершить его за семь лет, но президиум Госплана на это обращение был вынужден ответить отказом. Во-первых, окончательный проект Днепровской гидроэлектрической станции не был утверждён, а во-вторых, "включение просимых кредитов в сумме свыше 10 млн рублей в смету 1924/25 г. невозможно ввиду финансовых затруднений, вызываемых неурожаем".

Тем не менее газета харьковского обкома КП(б)У "Коммунист" в номере от 18 сентября 1924 года писала:

"Чем начнется работа? – А вот: в январе 1925 года – подъездные пути и склады, в феврале – рабочий городок, в марте – здание управления и жилища для рабочих, необходимые земляные работы, в апреле – тепловая станция, в мае – мастерские, в июне – взрывные работы, а в июле – приступаем и к самой плотине…"

Однако вместо строительства подъездных путей и складов в январе 1925 года секция электрификации Госплана издала постановление, в одном из пунктов которого значилось:

"Признать целесообразным произвести в марте месяце, по готовности проекта, широкую техническую экспертизу такового, с привлечением крупных иностранных специалистов, уже проектировавших и осуществлявших подобные сооружения".

И вот, наконец, в приказе председателя ВСНХ СССР Ф.Э. Дзержинского от 13 июля 1925 года сообщается о завершении проектных работ и назначаются все необходимые экспертизы.

О том, что отношение к проекту у советского руководства было не столь однозначным, свидетельствуют многочисленные оговорки:

"ВСНХ считает себя вправе войти в соответственные государственные учреждения с предложением ассигновать столь исключительно крупные суммы, какие потребны на Днепровское строительство и связанные с ним мероприятия, лишь в том случае, если будет полностью учтён опыт прошлых строительств и их ошибки, если проект, подвергнувшись всесторонней проверке на основе нового опыта, целиком и полностью выдержит испытание и если таким путем народному хозяйству будут даны все гарантии целесообразности, своевременности и экономичности намечаемых проектом гигантских работ".

3 декабря 1926 года постановление Госплана СССР о Днепрострое было утверждено Советом Труда и Обороны. Начальником строительства стал Александр Винтер – выходец из рабочей семьи, за революционную деятельность отчисленный из Киевского политеха, но затем окончивший Политехнический уже в Санкт-Петербурге и руководивший впоследствии несколькими электростанциями.

"Днепровское строительство" было включено в перечень первоочередных проектов, но только 23 февраля 1927 года ВСНХ СССР издает приказ по случаю окончания проектных работ за подписью Валериана Куйбышева.

Американским специалистом, которого привлекли для экспертизы проекта и который затем во главе команды американских инженеров осуществлял технический надзор за строительством в роли "супервайзера", был полковник Хью Купер – крупнейший специалист по строительству плотин и гидроэлектростанций. За свою работу на Днепрострое он удостоился ордена Трудового Красного Знамени.

8 марта 1927 года СНК СССР был утверждён состав технического совета при правлении Днепровского строительства под председательством профессора И.Г. Александрова. В него вошли Герман Красин (брат знаменитого инженера и наркома внешней торговли), Глеб Кржижановский, проф. Генрих Графтио (автор дореволюционного проекта каскада ГЭС на Днепре) и другие.

18 марта состоялось символическое начало работ на Днепрострое. Подготовительные работы включали в себя строительство временной электростанции, которая должна была обеспечивать энергией грандиозную стройку.

Главной задачей 1928 года стали строительство и пуск механического завода для обслуживания задействованной в строительстве техники, а также подготовка к возведению плотины – пуск камнедробильного и бетонного заводов.

В начале работы ЦК ВКП(б) указывал:

"Некоторая стихийность организации работ в связи с необходимостью быстрого темпа развертывания строительства при неподготовленности к этому хозяйственных организаций".

Плодами этой "стихийности" были постоянная нехватка строительных материалов, рабочих рук, жилья, низкий уровень механизации труда.

Были проблемы и с организацией труда. В документе отмечаются "нездоровые настроения в широких рабочих массах (рвачество значительных групп рабочих и служащих, отсутствие производственной заинтересованности)", проблемы с трудовой дисциплиной, "высокий процент прогулов", а также "бюрократические извращения в отдельных звеньях хозяйственного руководства".

Эти проблемы решались традиционными для строек первых пятилеток мобилизационными методами, стимулированием массового энтузиазма. Днепрострой был объявлен зоной сплошного ударного строительства. Работы велись в три смены, сверхурочно.

Благодаря ударным методам строительства еще в конце сезона 1928 года удалось начать первые работы по возведению плотины в русле реки.

Весной 1929 года строители Днепрогэса приступили к укладке рабочих путей, по которым бетон с заводов должен был поступать к плотине. В этом же году началось возведение всех основных сооружений электростанции. В июле из котлованов была откачана вода и начаты работы по возведению бетонной плотины. Её строительство велось одновременно с обоих берегов Днепра, что было сложнее технически, зато позволяло выиграть время. В 1930 году было завершено возведение дамбы.

Темпы строительства были впечатляющими. Если первоначально строительство планировали закончить за семь лет, что подтверждали и американские специалисты, то впоследствии сроки сдачи ГЭС корректировались в сторону ускорения.

Одновременно проектировались и возводились предприятия, которые должны были стать основными потребителями его энергии. 9 мая 1930 года постановлением Совета Труда и Обороны был утверждён их перечень, а предприятия предполагалось объединить в составе Днепровского промышленного комбината. В него должны были входить металлургический, коксо-бензольный, ферросплавный заводы и завод спецсталей. Кроме того, тем же документом утверждалась необходимость соединения строящегося Днепрогэса линиями электропередач с Донбассом.

В том же году компания General Electric поставила пять генераторов, а Newport News Shipbuilding and Drydock Company – девять турбин.

28 марта 1932 года строители отрапортовали о завершении работ на плотине. Строительство гидроэлектростанции было завершено 1 мая – к этому времени был введён в постоянную эксплуатацию первый агрегат Днепрогэса. Была возведена плотина длиной 760 метров, поднявшая уровень воды на 37 метров – на 4 метра выше самых высоких порогов.

10 октября 1932 года был подписан приказ наркома тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе о включении Днепровской гидроэлектрической станции им. В.И. Ленина в число действующих. В тот же день состоялось торжественное открытие Днепрогэса; к этому времени были пущены пять агрегатов гидроэлектростанции мощностью в 310 тыс. кВт. С пуском ещё четырёх агрегатов мощность станции составила 558 тыс. кВт.

О Днепрогэсе сохранились уникальные воспоминания одного из его строителей Бориса Вейде:

"Два дня шли банкеты в ресторанах на правом и левом берегу. На столах – большой выбор блюд, вина из подвалов Массандры. Демократия была полная: рядом с прославленным комбригом сидел рядовой колхозник, с академиком чокался монтажник. В конторах отделов стояли столы с водкой, мясом, хлебом. Кто угодно мог выпить и закусить, сколько душа пожелает!"

Результаты ввода Днепрогэса в эксплуатацию оценивались Госпланом СССР в "Итогах выполнения первого пятилетнего плана развития народного хозяйства Союза ССР" (1933 г.):

"Днепровская плотина, дающая возможность выработать огромное количество дешевой электроэнергии (стоимость 1 кВтч = 0,7 коп.), в то же время создает непрерывный судоходный путь по всему Днепру; кроме того, сезонные избытки электроэнергии будут использованы для ирригации прилегающих степей. Комбинат электроемких производств создается по единому плану с гидростанцией и в непосредственной близости к ней, что даст наиболее эффективное использование электроэнергии и экономию в капитальных вложениях".