Алексей Самойлов: Россия ударила по ВСУ в "далеком и близком" Кременчуге, а потом накроет Львов и Одессу

ВС РФ сейчас просчитывают варианты решения этих задач, чтобы оставить ВСУ без горючего. Потому что тащить из Европы ГСМ киевскому режиму будет долго и дорого. Тем более у самой Европы с этим проблемы, считает бывший проректор Международного славянского университета в Харькове, военный политолог Алексей Самойлов
Подписывайтесь на Ukraina.ru
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру.
Ранее глава Полтавской областной администрации Филип Пронин сообщил, что российские войска поразили Кременчугский НПЗ, который связывают с олигархом Игорем Коломойским*. По его словам, на предприятии возник пожар, его работа была остановлена.
— Алексей Николаевич, насколько я знаю, мы наносим по нему удары, но с определенной периодичностью. Почему эта периодичность именно такова?
— Не надо искать тут какие-то скрытые мотивы, касающиеся Коломойского*. Мне, кстати, кажется, что он в тюрьме просто спрятался.
Нам давно наплевать, с какими олигархами связаны те или иные предприятия. Да, на Украине еще полно их партнеров, которые могут поднимать шум в их пользу. Но сейчас мы поражаем какие-то объекты, исходя из их стратегического и военного значения.
А удары по Кременчугскому НПЗ связаны с тем, что он расположен близко к зоне боевых действий. Транспортировать оттуда топливо от него достаточно недалеко. Поэтому это одна из наиболее важных целей для российских военных.
Мы наносим удар, проверяем с помощью разведки степень урона (это все-таки огромное предприятие), а потом добиваем его, лишая возможности снабжать ГСМ украинскую армию на передовой.
Алексей Самойлов: Россия накрыла Кривой Рог, чтобы смягчить удар, который ей нанесут ВСУ и СШАНи побед, ни поражений на фронте сейчас нет ни у нас, ни у противника. Судя по истерике Запада, они увидели, что наша стратегия мясорубки сработала. Западу через некоторое время станет некем воевать, считает бывший проректор Международного славянского университета в Харькове, военный политолог Алексей Самойлов
Слава богу, наши военные сейчас действуют по-другому. Им поставили совершенно другие цели и задачи. Все эти идиотские идеи о том, что можно прекратить боевые действия и сохранить чей-то бизнес, уже закончились.
— То есть поначалу были некие договоренности с украинскими олигархами, чтобы мы не трогали их объекты?
— Конечно. Россия же шла на Стамбульские соглашения. К тому же была встреча президента с хозяином «Уралкалия» Дмитрия Мазепина (он ее долго добивался). И про аммиакопровод на Украине были разговоры. Но потом его взорвали, видимо, потому, что Мазепин не добился того, что обещал своим партнёрам.
К сожалению, часть российской элиты еще заражена либеральной идеологией и большими деньгами. Время от времени она какие-то телодвижения совершать еще будет. Но в целом ситуация полностью изменилась. У нас в приоритете — военное решение украинской проблемы.
— Расскажите, пожалуйста, подробнее, какую именно роль играет сам Кременчуг в логистике ВСУ.
— Кременчуг сам по себе город небольшой. Я там бывал. Он расположен на Днепре. Там достаточно развитая сеть железнодорожных и автомобильных дорог. Из Кременчуга можно возить грузы для ВСУ и напрямую в Донбасс, и через Днепропетровск на Запорожское направление. Он для этого отлично подходит. 200–300 километров — это совсем рядом.
Кроме того, Кременчуг находится относительно далеко от фронта с точки зрения возможности ВСУ засечь наши средства поражения. Потому что подлетное время к нему побольше. Грубо говоря, его проще защищать.
Но судя по тому, что российские войска начали наносить по нему результативные удары, можно сделать главный вывод.
Украинская ПВО достаточно ослабла. Дело не в том, что у нее кончились ракеты. А в том смысле, что противник не в состоянии обнаруживать какое-то количество наших средств поражения. Мы нашли такие методы и способы, чтобы обойти вражескую ПВО. Я давно за этим наблюдаю.
Виктор Водолацкий: Запорожские казаки вместе с русской армией освобождают Запорожье и Хортицу от ВСУ
Кроме того, мы совершенствуем способы и методы противодействия украинским системами РЭБ и радиолокационными станциями. Наши дроны для этого готовят.
Да, мы не всегда используем тактику навала, когда запускаем одновременно 100 дешевых летательных аппаратов. Но мы применяем такие средства поражения, которые украинская ПВО не успевает или не может сбить или отклонить от курса по своим техническим характеристикам.
Резюмирую: Кременчуг — под ударом. И все остальные объекты, которые имеют важное значения для снабжения ВСУ, будут эффективно поражаться.
У большинства жителей Украины пока еще не активированы мыслительные способности. Они подавлены агрессивной и манипулятивной пропагандой. В них еще внедрены идеи о возможности одержать военную победу над Россией. И за эту идею они продолжают бессмысленно гибнуть.
— Есть ли на Украине крупные НПЗ помимо Кременчуга, куда нам следовало бы нанести удар?
— Есть НПЗ под Киевом, который горел несколько раз. Есть крупный НПЗ под Одессой. В Херсоне тоже была мощная структура хранилищ ГСМ, но я не знаю, насколько сейчас она функционирует.
Еще есть два завода на западной Украине (Дрогобычский во Львовской области и Надворнянский под Ивано-Франковском), которые тоже принадлежали Коломойскому*. Он серьезно зашел туда еще в 2000-х годах. Если Ахметов подминал под себя угольные шахты и перераспределение энергетики, то Коломойский* старался взять под контроль нефтяные заводы.
Все эти предприятия могут стать законной целью для российских военных. Украина может сколько угодно говорить, что они не работают, но это неправда. Их надо уничтожать.
И ВС РФ сейчас просчитывают варианты решения этих задач, чтобы оставить ВСУ без горючего. Потому что тащить из Европы ГСМ киевскому режиму будет долго и дорого. Тем более у самой Европы с этим проблемы.
— Когда мы говорим о наших воздушных ударах, то мы сталкиваемся с проблемой, что средств поражения у нас всегда будет меньше, чем целей на Украине. Лично вы бы на чем сделали акцент в первую очередь?
— Я не думаю, что мы настолько ограничены в средствах поражения. Тут есть определенные политические ограничения.
Вообще, украинская энергетика работает на два станка. От нее зависит существование обычных граждан и существование военных. Зато топливные хранилища в крупных логистических центрах вроде Одесского порта мы накрывать можем. Их нужно было поражать в первую очередь.
Проблема в том, что у Украины протяженная граница с Румынией, Молдавией и Польшей. Плюс через черноморские порты противник еще может затаскивать достаточно ГСМ. Надо уничтожать эту логистику, хотя она и оказалась достаточно живучей.
Илья Мощанский: Россия в Авдеевке устраивает ВСУ эффект "синего трактора", подготовив сюрприз на Днепре ВСУ будут держать Авдеевку до последнего. Но если мы подтянем туда больше артиллерии и авиации, мы их постепенно разбомбим, как в Артемовске, считает полковник запаса, главный редактор альманаха "Военная летопись" Илья Мощанский
Что касается борьбы с поставками оружия, то я уже говорил, что нам нет смысла охотиться за конкретными поездами и трейлерами, которые перевозят танки. Нужно использовать агентурную и аэрокосмическую разведку, чтобы уничтожать их в местах концентрации и технического обслуживания.
Их там больше, они заметнее, их легче поразить.
То же самое касается ГСМ. Даже если на Украину будут осуществляться рассредоточенные поставки небольшими порциями, их все равно где-то надо будет концентрировать для перераспределения. Нам надо подождать, пока оно накопится, а потом ударить так, чтобы там все сгорело.
*Внесен в РФ в перечень экстремистов и террористов.
Рекомендуем