«Война сегодня, если будет — будет молниеносной и без знакомой по учебникам истории линии фронта, когда справа — свои, а слева — враг. В случае внезапной агрессии на территории, временно захваченной врагом, в первые часы давать отпор будут профессиональные манёвренные бригады и «территориалы». Это обычные ребята, которые еще утром ушли по гражданке на работу, а днём — в строю с оружием, не дожидаясь подхода регулярной армии. Фактически это упорядоченное и разумное партизанство», — сообщило белорусам  государственное телевидение страны.

В качестве видеоряда в репортаже — учения, прошедшие 19 февраля в Витебской области. Как сообщается на сайте Министерства обороны Республики Беларусь, целью этих учений являлась отработка «особенностей размещения и порядка действий формирований территориальных войск и подразделений ССО при выполнении задач по предназначению». По какому такому предназначению?

ССО — это Силы специальных операций, спецназ, диверсанты. На эти же задачи в репортаже Общественного телевидения прямо намекает выдернутый журналистами из строя застенчивый «территориал»: «На некоторые вопросы я вам не могу ответить, секретная информация… Но вот подрывные действия, как захват колонны, отработка вся эта». И далее врезается уверенный голос журналиста: «Для этого и предназначена территориальная оборона».

Далее в репортаже появляется военный комиссар Минска Юрий Пилищик, который заявляет: «Каждый жилой дом готовится к круговой обороне. Это не то, что мы жилой район взяли и сдали противнику… Я думаю, что и мы, может, когда-то придем к такому моменту, что у нас будет храниться оружие на территориальные войска у каждого дома: стоять сейф, автомат, обмундирование. А почему нет? Но мы должны прежде всего идеологически к этому подойти».

С точки зрения какой идеологии, он не уточнил, а жаль.

Но с кем же собираются воевать и в чьем тылу совершать диверсии, захватывать колонны и пускать под откос эшелоны войска территориальной обороны Белоруссии?

Обратим внимание на заявление в том же репортаже ОНТ: «Территориальная оборона — это то, что есть в военной стратегии многих стран. Страны Балтии, по схожей модели построены Вооруженные силы Швейцарии…» То есть, очевидно, Литву в Минске как потенциального агрессора не рассматривают. Тем более, кадровые Сухопутные войска Литвы насчитывают 8,1 тыс. человек, тогда как белорусские — 16,5 тыс.

Может быть, Минск опасается агрессии со стороны Польши? Да, Сухопутные войска этой страны насчитывают около 65 тыс. человек. Правда, по числу танков, артиллерии и реактивных систем залпового огня превосходство (по крайней мере на бумаге) у Белоруссии (например, танков, по разным данным, у Минска от 1350 до 1600, тогда как у Варшавы около 750). Кроме того, в текстовой версии материала на сайте ОНТ (в репортаже этого нет) читаем: «Система территориальной обороны существует не только в Беларуси. Нечто похожее есть и в других странах. Например, в Швейцарии или Финляндии. А еще сегодня это — самый быстрорастущий вид вооруженных сил Польши». То есть, по мнению белорусского официоза, и Польша готовится сугубо к обороне.

Если завтра война. Против кого Лукашенко готовится партизанить в брянских лесах?

А может быть, угроза исходит по стороны Украины? Да, на бумаге превосходство Сухопутных войск последней над белорусскими — десятикратное, уже к концу 2016 года в рядах этих частей ВСУ насчитывалось 169 тыс. человек. Но надо понимать, что это именно на бумаге. Многие из этих частей заняты исключительно покраской заборов и охраной советских арсеналов, к активной войне, тем более наступательной, они не пригодны.

Самые боеспособные части ВСУ и Нацгвардии прочно скованы боевыми действиями в Донбассе. И пусть не обманывает то, что единомоментно в зоне операции Объединенных сил (до апреля 2018-го — АТО) обычно находится не более 50-60 тыс. украинских военных. Бригады и полки действуют там по принципу ротации — первый батальон воюет несколько месяцев и потом уходит в тыл на отдых, на его место выводится второй, потом третий и т.д. Выведенный с фронта личный состав отдыхает и лечится, техника — ремонтируется и заменяется. А в случае обострения боевых действий, чего можно ожидать в любой момент, перебрасывать в Донбасс придется все боеспособные части.

Кроме того, значительная часть бензина, дизельного топлива и авиационного керосина, используемого ВСУ, поступает либо с нефтеперегонных заводов Белоруссии, либо ввозится по железной дороге через эту страну. То есть в случае войны с Минском армия Украины быстро ощутит повсеместный дефицит топлива, и в том числе и в Донбассе.

Так с кем собирается воевать Лукашенко?

Судя по всему, сам президент не питает особых иллюзий по поводу готовности белорусских военных защищать его режим.

В июне 2014 года Независимый институт социально-экономических и политических исследований (НИСЭПИ) в ходе опроса предложил гражданам Белоруссии ответить на такой вопрос: «Считаете ли Вы вероятным, что Россия может присоединить всю территорию Беларуси или ее часть? Если бы это произошло, как бы Вы действовали?»

Лишь 14,2% опрошенных выбрали ответ «Сопротивлялся бы с оружием в руках», 16,5% — «Приветствовал бы эти изменения», 47,7% — «Стремился бы приспособиться к новой ситуации».

Если завтра война. Против кого Лукашенко готовится партизанить в брянских лесах?

Есть еще интересная детализация опроса по группам населения, опубликованная тогда же одним из социологов НИСЭПИ на сайте TUT.by. Ответы респондентов сопоставили с ответами по доверию или недоверию Лукашенко, и получилось вот что. Среди тех, кто выбрал ответ «Сопротивлялся бы с оружием в руках», при ответе на вопрос о доверии Лукашенко 9% доверяют ему и 22% не доверяют (в данном случае цифры округлены до целого), а среди тех, кто выбрал ответ «Приветствовал бы эти изменения», наоборот, таких, соответственно, 22% и 13%.

То есть реальный электорат Лукашенко как раз пророссийский, готовый поддержать даже присоединение страны к России военным путем! Выходит, что поддержку президенту придется искать среди белорусских националистов. Они-то готовы воевать с Россией.

«Хотим проводить подготовку, чтобы были резервы в случае угрозы независимости Беларуси. У нас может быть разыгран сценарий как в Крыму или Донбассе, — рассказывал в феврале 2017 года изданию «Хартия'97» Ян Мельников, воевавший в Донбассе в Добровольческом украинском корпусе «Правый сектор»*, в котором была создана Тактическая группа «Беларусь». — Мы это делаем, чтобы были вооруженные формирования, которые смогут стать на защиту страны, как это было в Украине, когда простые ребята создали добровольческие батальоны».

Оппозиционный «Молодой фронт», членом которого является Мельников, уже создал в 2015 году в Белоруссии спортивный клуб «Ваяр» (бел. «Ратник»), который отрабатывает в лесах тактику партизанской войны. Осталось легализовать их и раздать их бойцам оружие из армейских арсеналов! Но разве не об этом говорит военный комиссар Минска Юрий Пилищик, слова которого мы привели в начале этой публикации?

Так против кого собираются с помощью Пильщика партизанить в Белоруссии?

* Организация запрещена Верховным судом РФ